Боги войны - Виктор Мишин

И я просто убежал. Расположение своих-то я выяснил, точнее, направление, вот и ищу. Бежать было на удивление легко. Дышалось хорошо, где-то справа шел серьезный бой, но от меня далековато, километра два, наверное. Не прошло и двух часов, как я нашел позиции. Надо ли говорить, что дали мне абсолютно неверные координаты. До позиций батареи было чуть более восьми километров. Что вышло бы, прими я на веру расстояние, указанное мне Иванцовым? Быстро перекинувшись с замкомандира батареи, тот пытался выяснить, где мы были и где сейчас, я перекусил и побежал назад. С собой взял двух радистов и парня из разведки. Тянуть провода на восемь с лишним километров не стали, рация есть, да мы еще одну взяли с собой, так что приказ выполним, думаю. Кстати, у нас в батарее были серьезные потери. Погиб командир моего бывшего орудия, пара человек из расчета. Пополнили бывшими пехотинцами. В расчетах других орудий тоже не все хорошо.

– Первому, прицел сто семьдесят… – Через несколько секунд, удивительно долгих секунд, впереди, метрах в семистах, грохочет разрыв снаряда. Перелет, все же перестраховался я, да и по фронту сдвинуть нужно, первоначальные установки оказались неточны. Но это и понятно, я ж практически наобум диктовал.

Сделав нужные поправки, передаю координаты и вновь прошу один снаряд. А впереди совсем беда. Немцы, поняв, видимо, что им сейчас будет грустно, пошли в атаку. Вновь вношу изменения в данные и ору связисту поправки. Пока снаряд летит, немцы пройдут несколько десятков метров, хоть их и пытается сдерживать пехота. Но у врага танки, причем около десятка.

– Батарее, беглым… – а вот и наш гостинец немцам. Ой, как им поплохело-то… А хорошее это зрелище, радостное даже – смотреть, как враг бежит, можно бесконечно.

– Товарищ сержант, посыльный от командира батареи… – орет мне в ухо Никоненко.

– Вадим, чего так орать-то? Я ж не глухой! – отвечаю, вздрогнув, я.

– Товарищ сержант, приказ выдвинуться вперед со взводом пехоты и не дать врагу уничтожить мост через реку.

– Какую, в жопу, реку? Какой мост? – обалдело смотрю на посыльного.

– Впереди, километра полтора, как сказали, – пожимает плечами посыльный.

– Ладно, Юрка! – кричу связисту. – Сворачивай шарманку, Вадик, дуй вперед, возьми трех бойцов, дозором будешь. Немцы откатились, но могли оставить заслон, осторожнее!

До моста мы не дошли. Немцы вызвали авиацию, и уже нам пришлось бежать. Да-да, именно бежать. Рассыпались в разные стороны, но эти долбаные стервятники словно специально гонялись за нами. А мне так и вовсе казалось, что именно за мной. А чуть позже вновь вылезли танки. Да уж, мост фрицы будут уничтожать, кто и придумал-то такое? Он им и самим нужен. На нас перли двенадцать танков противника, а сделать мы ничего не могли. Связь просто пропала. Причем это на батарее не отвечали на вызовы, рация-то у нас в порядке пока.

– Вадик, дуй к лейтехе, чего нам делать-то?

– Уже бегу, – кивнул боец и рванул. Молодец, отличный боец, надо попросить командира, чтобы представление на него написал, таких трудяг нужно поощрять.

Мы с оставшимися бойцами медленно пятились ползком, собирая на себя, будучи и без того грязными, килограммы глины. Танки и пехота противника шли чуть в стороне, не прямо на нас. Мы располагались не по центру, а немного правее их фронта. Непосредственной угрозы пока нет, но это только пока. Фрицы, прорвав заслон, развернутся, и тогда будет жопа. А точнее, самый ее центр.

– Приказ отойти на два километра назад, вам прибыть на КП батальона, – выпалил мне в лицо запыхавшийся Никоненко.

– Давай рули тут сам, я пошел, – кивнул я и направился в сторону КП. Это, кстати, не близко. Почти те же два километра, на какие приказали отойти. Я, кстати, был очень удивлен, когда после разведки и пристрелки к нам не явился командир батареи. До этого он всегда был на передке. А тут… Словно свалил все на меня, так думалось мне, но хотелось прогнать эти мысли.

Мои шатания по округе заняли около часа. Что делать, когда у тебя под боком вражеское наступление? Командир отчитал за нерасторопность, не вспомнив даже о выполненном задании.

– У меня приказ остановить врага любой ценой! – орал тот, а я лишь молчал. А что говорить? – Немедленно на позицию и накрыть огнем танки противника. Приказ ясен?

– Куда ж яснее… – пожал я плечами. – Разрешите выполнять?

Лейтеха замахал руками, но я уже развернулся и побежал назад. Черт возьми, неужели деды так и воевали? В который раз уже ловлю себя на такой мысли. Ведь Никоненко приказали отойти на два километра, а мне открыть огонь по врагу. Значит, ребят уже там, на поле, нет. Бегу вперед, одновременно забирая влево. Нашел. В небольшой очередной рощице меня окликнул сам Вадим.

– Вадик, связь есть? – выпалил я.

– Нету, – развел руками боец.

– Млять! – только и смог что сказать я. Хоть разорвись на четыре части, по числу сторон света, что делать-то?

– Оставаться тут нельзя, не выйдем. Пока отходили, видел фрицев, – Никоненко почесал кончик носа, – много их. Танков вроде бы больше не стало, десяток где-то, а вот пехтуры у них тут прилично, полк, не меньше.

– Вадик, у лейтехи совсем с головой туго стало, приказ отдал, а как его выполнить, я не знаю, хоть стреляй.

– Рация работает, может, все-таки докричимся? – с надеждой в голосе проговорил боец.

– Мля, ты гений! – выдохнул я. Чего-то я совсем в панику ударился, разум потерял.

– Ты чего, командир? – удивился моему возгласу Вадим.

– Юрка! – кричу связисту.

– Тута я, – отвечает радист из кустов.

– Батареи живы? – Тот высунулся и кивнул. – Гоняй по всем частотам, ищи хоть кого-нибудь, не только батарею. Понял?

Ожидание длилось недолго. Минуты через три радист вдруг закричал:

– Есть связь, товарищ сержант!

Подскочил к нему.

– Кто на проводе? – спрашиваю без всяких кодов.

– Здесь Ольха, вы кто? – в ответ летит запрос.

– Дуб я, млять, гнилой, – ору в трубку, – командир батареи, полк не скажу, можете ударить по координатам? Или свяжите меня с артиллерией!

– Ты чего, сдурел, что ли?

Ну, вопрос закономерный, откуда мне знать их гребаные позывные?

– Срочно! Нахожусь непосредственно рядом с врагом, до полка пехоты, танки, могу дать точные координаты, иначе они до вас дойдут! – выдыхаю я.

– Кто говорит? – вдруг слышу другой голос. Серьезный, требовательный.

– Сержант, наводчик первой батареи…

– Ты как там оказался, возле врага, сержант?

– Извините, товарищ командир, не знаю, кто вы, я получил приказ, пытаюсь выполнить. На вас вышли, вызывая на всех частотах…

– Ориентир!

– Левее десять деревни Красное, большое количество солдат и техники противника…