Стихея - Нана Рай

Эллиот оперся о каменные перила и вдохнул свежий воздух, наполненный дыханием приближающейся грозы.

Раньше в Вэйланде было безопасно, но с появлением ведьмы давний порядок нарушился. Духи требуют крови. Это знают все, кто состоит в обществе. Это знают Охотничьи Псы – мужчины, в чьих жилах течет кровь ведьмы. Это знает Эллиот.

– Я потеряла тебя так же, как и Эдварда.

– Эллиот услышал позади себя грудной голос Джорджи и резко обернулся. Она выглядела мило в оверсайз свитере из темно-синего кашемира он скрывал ее худобу и подчеркивал голубые глаза. Сейчас она закрыла волосами выбритую сторону и заправила их за уши, растеряв всю дерзость. Но Эллиот не испытал к ней ни капли жалости. Лишь усталость и злость на то, что мисс Кэрролл заставила его присматривать за Джорджи, а ту угораздило влюбиться в него.

– Знаешь, последние месяцы я еще надеялась, а вчера вдруг проснулась и поняла, что… всё. – Джорджи обхватила себя за плечи.

– Жаль, что тебе понадобилось так много времени. Осознай ты это сразу, не избила бы невиновного человека. – Эллиот не смог сдержаться.

– Она ведьма! – прошипела Джорджи. – Ты видел ее взгляд!

Эллиот стиснул кулаки. Ветер забирался под куртку, пощипывая кожу. Да, Эллиот видел этот взгляд. Хотя обычно Мари старалась избегать смотреть людям в глаза, но пару раз, когда она злилась, забывала про сдержанность. И от ее глаз душа Эллиота скручивалась в жгут. Казалось, все фобии мира разом накатывали на него, заставляя испытывать страх, который обычно испытываешь лишь перед смертью. А еще он видел цвет ее крови. Смоляной, как глубокая ночь. И именно эту кровь искала мисс Кэролл.

– Ты бредишь, Джорджи. Я не сдал тебя вице-канцлеру только из-за наших с тобой прошлых отношений. – Он вернулся в замок, плечом зацепив Джорджи.

Та в отчаянии схватила его за руку. Ее ледяные пальцы обжигали его ладонь.

– Эллиот, а если я пообещаю, что отстану от нее… Ты дашь мне еще один шанс?

Он на секунду прикрыл глаза, а когда открыл, его взгляд упал на репродукцию картины Уотерхауса «Тристан и Изольда». Рыжеволосая девушка с вуалью на голове и рыцарь в доспехах плыли на корабле. Они держались за один кубок с любовным зельем. На их лицах отражалось чувство, которое погубило обоих. Сейчас на лице Джорджи пряталось то же самое выражение: страсть, боль, тоска. Коктейль из невыносимых эмоций.

– Дело не в Мари, – как можно мягче произнес он и свободной рукой погладил Джорджи по щеке. – Мы расстались до того, как я познакомился с ней. Дело в тебе, Косточка. – Он специально упомянул ее ласковое прозвище в последний раз, чтобы она поняла, это конец. – Ты должна жить, а не цепляться за других. Я заменил тебе брата… «Который погиб из-за мисс Кэролл», – раздраженно подумал он, а вслух продолжил: – Но тебе пора признать, что я – не он, и двигаться дальше. И если ты сделаешь это, то станешь счастлива.

Он силой вытащил руку из ледяной хватки Джорджи и направился в мужскую половину. Позади него раздались всхлипы, но он не обернулся. Джорджи сильная, она справится. А вот Мари слабее, чем кажется. И возможно, она – та девушка, которая поможет Эллиоту найти его место в жизни. На границе между людьми и ведьмами.

– Хорошо, хорошо! Я не буду тебя спрашивать, почему ты вчера собрала чемодан и пыталась слинять из Вэйланда, но, согласись, молчать полдня и пялиться в блокнот – это еще страннее!

Мари пришлось оторвать взгляд от разрисованного скетчбука, где черными линиями извивались коварные слова: «оковы», «скорбь» и «нагая», а остальная половина оказалась разрисована фразами, смысл которых ускользал от нее. Надо признать, с тех пор как она появилась в Вэйланде, ее дар усилился.

Мари посмотрела в прищуренные глаза Айви. Они, как огоньки зеленой гирлянды, сверкали за прямоугольными очками. Рыжие кудряшки были закручены в две гульки под стать плюшевой пижаме, напоминающей костюм розового кролика.

– Я – плохая подруга, вздохнула Мари.

– Плохая, потому что не делишься тревогами, про секреты я вообще молчу. Твоя замкнутость связана с Эллиотом? Вчера он довел тебя до комнаты, и ты его еле выгнала.

– Эллиот? – Мари с улыбкой покачала головой. – Нет, он ни при чем.

Слово «секреты» резануло слух и отозвалось ноющей болью в сердце.

«Ох, Айви, узнай ты главный секрет, не сидела бы здесь».

– Ну, окей, у вас с ним платонические отношения. Тогда пойдем гулять. Я не хочу просидеть все выходные в четырех стенах!

Айви слетела с кровати и быстро переоделась в черные лосины и вязаную тунику с узором из белых пони:

– Одевайся! – скомандовала она. – Мы идем на экскурсию.

Мари побоялась возражать. Нехотя натянула берет и едва успела схватить пальто, как Айви потянула ее за руку прочь из комнаты.

– Знаешь, чем мне больше всего полюбился Вэйланд? Его природой, сказала она, когда они вышли на улицу. – Наверное, это у ирландцев в крови влюбляться в деревья, холмы, горы. Наслаждаться воздухом, жизнью. – Айви заразительно улыбнулась, и Мари не удержалась от улыбки в ответ. – И Вэйланд так же прекрасен, как и Ирландия, да простит меня матушка.

– И ты мне сейчас это докажешь?

– Ты просто читаешь мои мысли!

Они свернули с главной улицы, которая вела к вокзалу, и очутились на уютных улочках, наполненных ароматами свежеиспеченной пиццы, кофе с корицей и ванильных булочек. Запахи доносились из кафе вдоль улиц. Изредка ресторанчики перемежались с магазинчиками, в которых продавались сувениры. И, вопреки словами Тины, в существовании которой Мари теперь сомневалась, нигде не продавались ни защитные амулеты, ни травы, ни прочая колдовская атрибутика. В Вэйланде избегали всего, что было связано с ведьмами, и в центре города это ощущалось сильнее всего.

Они шли по разноцветной брусчатке, и Айви болтала о том, как она впервые увидела Вэйланд и влюбилась в него. Мари больше интересовали жилые дома, – некоторые снимали студенты, где-то жили коренные Вэйландцы. Милые двухэтажные домики, точно стеснительные девицы, прикрывались зеленым покрывалом из виноградной лозы.

– Матушка хочет приехать ко мне на Рождество. А ты где планируешь провести каникулы?

– Еще не думала об этом. – Мари прикусила нижнюю губу. – Но у меня небольшой выбор. Сто процентов я остаюсь в Вэйланде.

– Твой папаша, конечно же, не навестит тебя? – фыркнула Айви. – Он даже не позвонил после того, как тебя избили. Ты меня прости, но что это за отношения такие между отцом и дочерью?!

– Никакие. Он бросил нас с мамой, когда мне