Стихея - Нана Рай

– Как?

– Так, словно мы давно знакомы.

Он не выдал себя. Либо ему и правда нечего было скрывать. С неизменной улыбкой смотрел на Мари, словно она не студентка, а школьница, совсем ребенок.

– Если вы о дружеском общении, то я отношусь ко всем одинаково.

– Не ко всем. – Мари покачала головой и взялась за ручку двери. – К Айви вы относитесь намного теплее. Уж точно теплее чем, ко мне, – с горечью добавила она и спряталась в лекционном зале, уже жалея, что позволила себе по-детски неловкий укол ревности.

Она не имеет права ревновать. Ни Уильяма, ни к Айви. Но почему внутри так болит, словно ее снова избили? Почему хочется вернуться в коридор, схватить Уильяма за руку и заставить сказать правду? Правду, что на самом деле ему нужна она, Мари. Или это не правда, а просто несбыточное желание?

Мари понуро уселась на задний ряд. Просторный светлый зал с огромными окнами уже наполнялся первокурсниками, и она впервые задумалась, что так и не подружилась со своими одногруппниками. Кто-то махал ей, мимо прошмыгнула знакомая девушка с лиловыми волосами, на первых рядах сидели два брата-близнеца с ее курса. Они все примелькались, но за почти два месяца учебы по-настоящему Мари сблизилась только с Айви и Моникой. А они были второкурсницами.

Не желая выделяться, Мари заставила себя встать и спуститься на несколько рядов вниз к девушке с лиловыми волосами. Они были с одной кафедры. И, кажется, девушку точно звали… звали…

– Мне стыдно, но я забыла твое имя. – Мари села на свободный стул рядом с ней и смущенно скривилась. – Прости.

Девушка оторвалась от телефона и удивленно похлопала глазами. Маршмэллоу. Такую ассоциацию она вызвала у Мари. Мягкая, нежно-розовая, с ямочками на щеках.

– Дейзи, – успела прошептать она, и прозвенел бьющий по ушам звонок.

В зале мгновенно наступила напряженная тишина. Снова распахнулась дверь, и по коридору между рядами спустилась мисс Кэролл. Стук каблуков гулко разносился по лекционной, и Мари поразилась, что все студенты молчат.

На остальных занятиях всегда находились любители пошушукаться, но вице-канцлер Вэйландского университета обладала особым магнетизмом, заставляя замолчать даже отъявленных болтунов. В черном платье-футляре с высоким кружевным воротником, в ярко-алых туфлях на высокой шпильке она напоминала невесту Дракулы. Черные волосы она убрала во французский пучок, а природная бледность лица только добавляла сходства. И мрачный взгляд, которым она обвела зал, когда встала за трибуну, был вишенкой на торте.

– Лекции по политологии в Вэйланде – самые важные занятия в университете, – звонким поставленным голосом стала вещать мисс Кэролл в маленький микрофон. – Именно поэтому мы начинаем их проводить спустя два месяца после начала обучения, чтобы вы успели освоиться и смогли воспринимать мои лекции. Которые запрещено пропускать, – категорично добавила она, и впервые по залу пронесся смущенный шепот. – Только с официальной справкой от нашей медсестры миссис Поттс.

Мисс Кэролл оперлась руками о стойку и выдержала торжественную паузу, чтобы все осознали важность предмета. Мари переглянулась с Дейзи, та закатила глаза и незаметно усмехнулась уголком рта. Затем быстро настрочила в заметках пару предложений и показала Мари.

«Она держит нас за идиотов. Сейчас будет втирать нам про ведьм и выдаст топ правил инквизитора». В конце сообщения тошнотные смайлики.

Мари еле удержалась от улыбки, потому что цепкий взгляд мисс Кэролл скользил по студентам и высматривал любой признак бунта на корабле. На душе полегчало. Впервые за все время обучения Мари встретила человека, который презирал идеологию университета. Даже Айви была против ведьм, а значит, против Мари.

Она достала свой телефон и быстро напечатала ответ: «Хоть у кого-то разумные мысли». Они обменялись улыбками и вновь вернулись к речи мисс Кэролл.

Наш университет делится на несколько колледжей, – продолжила вице-канцлер. – Распределение студентов происходит на основании анкет, которые они заполняют перед поступлением. Но после начала обучения есть возможность перевестись. В главном здании, нашей средневековой достопримечательности, в замке, учатся студенты, которые либо чем-то отличились, либо не подошли ни в один другой колледж. Есть колледж «Белой розы». Там учатся любители философии. – Мисс Кэролл включила пультом проектор, и на стене засветился экран. Она стала переключать слайды. Фотографию уже знакомого всем Вэйландского замка сменило изображение милого трехэтажного здания в кремовых тонах. – Колледж «Жителей мира», студентам которого интересно почти все на свете. – Загорелось бирюзовое здание г-образной формы с пышными клумбами перед входом. – И мои любимчики, здесь нечего скрывать, колледж «Огненных дев» – самые яростные последователи нашей идеологии. – Мисс Кэролл переключила слайд, и студенты увидели современное здание в серо-зеленых цветах в стиле хайтек. – Поднимите руки, кто в этом колледже.

Человек пятнадцать из аудитории осторожно подняли руки, в том числе новая знакомая Мари. Она не смогла подавить удивление и воззрилась на Дейзи, уже жалея, что пересела к ней. Та даже не обратила внимания на реакцию Мари.

Чудесно. – Мисс Кэролл лучезарно улыбнулась и снова переключила слайд: на нем горели костры инквизиции. – Идеология Вэйланда – очищение мира от зла. От ведьм. Они хитры, коварны и легко скрываются среди людей. Но есть признаки, по которым их можно отличить. – Она стала загибать пальцы: – Они не любят, чтобы трогали их волосы, взгляд ведьм вызывает животный ужас, и самое главное – их кровь черного цвета. Чернее ночи.

Каждое слово вице-канцлера падало в душу Мари тяжелым камнем. Вокруг нее сомкнулись железные прутья мышеловки, в которую ее загнал собственный отец.

– Мисс Кэролл, – звонкий голос Дейзи разрядил гнетущую атмосферу в зале, – извините, что без разрешения, но это правда, что вы хотите расформировать «Огненных дев» из-за того, что они избили первокурсницу?

Мисс Кэролл побледнела, и ее взгляд перебежал на Мари. Та поспешно опустила глаза, боясь выдать себя. Почти все в аудитории повернулись к ней, и теперь благодаря Дейзи она снова стала объектом всеобщего внимания.

– Н-нет, – слегка опешив, ответила вице-канцлер. – Виновные еще не найдены, но их обязательно вычислят и они понесут наказание. Не вижу смысла наказывать весь колледж за проступок двух-трех человек.

«Конечно, меня ты убеждала в обратном», – фыркнула про себя Мари.

– Да, но в последнее время в Вэйланде небезопасно, – продолжила Дейзи. – Сначала странное самоубийство первокурсницы, затем поджог во дворе, а теперь и выходка Огненных дев. Впереди Хэллоуин, поговаривают, снова что-то произойдет.

Элизабет Кэролл натянуто улыбнулась:

– Извините, мисс, как вас зовут?

– Дейзи. Дейзи Метаксас.

Мари вскинула голову и в который раз уставилась на Дейзи, но теперь уже со смесью ужаса и шока.