Волки на границе - Роберт Черрит

Усадьба Хошон, Серант, Ан-Тинг, Военный округ Галедон, Синдикат Драконов,

9 ноября 3024 г.

Стрела гулко врезалась в мишень, на два пальца в сторону от предыдущей; пятый выстрел оказался самым удачным. Миноби переключил внимание на очередную цель и стал выбирать стрелу. Наложив ее на тетиву, он вскинул лук над головой. Застыв на долю мгновения, он стал медленно опускать его, в то же время с силой натягивая тетиву. Он подождал, пока лук, стрела и цель не стали единым целым. Он ждал, и...

— Муж!

...и когда пришло нужное мгновение — спустил стрелу, которая, описав плавную дугу, воткнулась точно в центр круга.

Теперь он может уделить внимание делу, ради которого Томико прервала его занятие.

Миноби снял тетиву и положил лук в колчан, после чего закрыл его, чтобы предохранить верное оружие от сырого утреннего воздуха Ан-Тинга. Накинув кимоно на голые плечи, он направился к дому. В дверях, зябко подрагивая в своем халатике, его встретила жена.

Когда Миноби переступил порог, она задвинула за ним панель и обвила его руками за шею.

— Ты так продрог, муж мой. Разве ты не можешь заниматься своим кийдо в доме?

— В таком случае у меня не возникнет желания, чтобы ты меня согревала потом, — ответил он, беря Томико на руки. Распустив ленточку, которая придерживала на затылке узел иссиня-черных волос, он нашел ее губы. И когда он понес ее, волосы копной рассыпались по плечам Томико, закрыв их уединение неожиданно упавшей ночной завесой.

Она высвободилась из его объятий.

— Явился твой адъютант, капитан Нокетсуна. Кто-то хочет встретиться с тобой.

— На границе все спокойно. — Пальцы прошлись по ее шее, скользнули под кимоно, и он стал ласкать ее грудь. — Пусть подождут.

— Похоже, он чем-то обеспокоен, — запротестовала Томико, хотя в ее голосе появилась хрипотца наслаждения.

— Какая жалость, что у бедного самурая жена более предана его долгу, чем ему самому.

Лукаво улыбнувшись, Томико оттолкнула Миноби. Он ответил на ее улыбку.

— Если все спокойно, то у нас будут и другие возможности, — сказала она.

— Значит, другие возможности? Что ж, тогда я возвращаюсь к исполнению своих обязанностей. — В голосе его скользнула насмешливая нотка. — Но пусть моя жена не сетует, когда я нанесу визит в квартал удовольствий, потому что она не проявляет интереса ко мне.

Томико швырнула в него подставкой для головы, чье твердое кедровое дерево могло нанести основательный синяк, попади она в цель. Та пролетела мимо него и упала на пол. Но Томико не расхохоталась в унисон с ним, и он увидел, что ее лицо хранит серьезное выражение.

— Что-то имеющее отношение к этим ужасным Драгунам? — Ее слова были не столько вопросом, сколько утверждением. — Они принесут тебе несчастье.

— Скорее всего, речь пойдет именно о Драгунах, но тебе не стоит так говорить о них. С тех пор как полтора года назад я встретился с ними, они приносили нам только счастье. Как офицер связи я получил этот прекрасный дом, где нам так удобно жить. Весной наш Ито начинает заниматься в Академии «Сан-Занг». Нужны ли тебе еще доказательства, что судьба к нам благоволит?

Он так и не убедил ее, и она вздохнула.

— Порой мне кажется, что все это иллюзия. Я так волнуюсь. Ты проводишь слишком много времени с этими... с этими наемниками.

Томико произнесла это слово с нескрываемым отвращением. Миноби подумал, не было ли у него самого тех же чувств, когда он получил это назначение. В таком случае от былого презрения не осталось и следа. Он многое понял в общении с Волчьими Драгунами.

— Я провожу с ними время потому, что этого требуют мои обязанности. — Ты не обязан проводить и свободное время с этим Джеймсом Вульфом.

— Да, не обязан. — Снова начинался старый спор. — По крайней мере, я мог выбирать. Джеймс представляет собой гораздо большее, чем простой наемник. В нем много достоинств, но самое главное, что он человек чести. Кроме того, разве Координатор не побуждал нас внимательно изучать, чем объясняются успехи Драгун? Вот я и стараюсь выполнять свою часть задачи.

Она повернулась к нему спиной, положив конец спору в той манере, с которой он был отлично знаком.

Не проронив больше ни слова, он кончил одеваться. Когда был готов, снова посмотрел на жену, которая не сдвинулась с места. Подойдя к дверям, он открыл их и вышел в коридор.

— Я буду в кабинете, — сказал он, задвигая за собой панель.

Отведенная Тетсухаре часть усадьбы Хошон была невелика, но мерцание темного дерева и изящные панели седзи создавали атмосферу мира и покоя. Этот дом с его простой традиционной обстановкой благотворно воздействовал на него.

Через внутреннюю дверь Миноби вошел в свой кабинет. В приемной он услышал возбужденный голос Наташи Керенской, которая поносила его адъютанта. Бедный Мичи Нокетсуна! Молодой таи-и лишь недавно приступил к своим обязанностям и был явно не готов в столь ранний час иметь дело с яростной и напористой Наташей Керенской, капитаном. Сев за стол, Миноби нажал кнопку, и на письменном столе Нокетсуны зажегся сигнал, сообщивший адъютанту, что Тетсухара уже на месте.

Нокетсуна, должно быть, с нетерпением ждал его. Он сразу же сменил обращенные к капитану Керенской просьбы успокоиться на предложение присесть, пока он разберется с делами в кабинете. Но она не предоставила ему возможности скрыться.

— О нет, никуда вы не пойдете, маленький японский охранник. Я тоже видела эту лампочку. И пойду с вами.

От слов она сразу же перешла к делу.

Но первым у его стола все же оказался Мичи Нокетсуна. Наметанным глазом Миноби сразу же увидел, что тот взволнован, но старается держать себя в руках. Ниточка его прибора была столь же безукоризненна, как и обычно, волосок к волоску. Мичи был более смугл, чем большинство подданных Куриты, имеющих японских предков, но Миноби предположил, что сейчас он просто покраснел, смущенный нарядом их гостьи.