Триумвират - Игорь Черепнев

– Это который вместе с Макаровым в Порт-Артуре воевал? Когда это было?

– Еще до того, как мы встретились, в начале июня прошлого года. Вы, господин штабс-капитан, в то время по немецким тылам гуляли со своими головорезами… В общем, одни ни здоровья, ни жизни не жалеют, а другие только и думают, как свою ж… особу бумажками о скорости маршевых подразделений прикрыть. Государь, когда Верховное командование принял, сто пятьдесят генералов на пенсию отправил. И ничего не изменилось! Одни дураки ушли, другие пришли… Ладно, оставим это. В ближайшее время нам с вами нужно быть в Институте. На следующей неделе туда приедет великий князь Михаил Александрович. А к его приезду нам ещё надо окончательно решить все спорные вопросы и принять основополагающие, стратегические направления для наших действий. Если в двух словах, то какой должна быть Россия и что для этого нужно сделать… Штабс-капитан, в каких облаках витаете? О чем задумались?

– О том, Федор Артурович, как объять необъятное и совместить несовместимое. Хотел жену отправить домой, к маме, в смысле, к теще. А надо в Москву ехать.

– А что такое? Мадемуазель Даша… Тьфу, простите, бога ради, Денис Анатольевич, это я по привычке! Ваша супруга отнюдь не производит впечатления взбалмошной особы, чтобы сегодня хочу быть здесь, а завтра уже надоело.

– Федор Артурович, очень надеюсь, что скоро появится еще один маленький человечек, который будет носить фамилию Гуров-Томский.

Келлер несколько секунд стоит в оцепенении, потом широко и радостно улыбается, и моя совсем не маленькая ладонь утопает в генеральском рукопожатии.

– Ай, молодец, Денис Анатольевич! Очень рад за вас обоих! – Затем улыбка становится слегка издевательской, а Федор Артурович переходит на сдавленный полушепот: – И хочешь жену к маме отправить! Одну! Без охраны!.. Тебе каким солнцем голову напекло, а, штабс-капитан? Насколько я понимаю, Дарья Александровна про тебя всё знает, значит, является… как вы там сами говорить изволили?.. Секретоносителем высшей категории! Не говоря уж о том, что немцы за твою голову обещали сто тысяч марок!.. А зная тебя… Ты же, невзирая ни на кого, помчишься ее спасать, ежели что!.. Тьфу-тьфу-тьфу, не приведи Господь!

Генеральский кулак стучит по столешнице… Блин, оказывается, токсикоз на ранней стадии беременности действует не только на женщин, у мужиков тоже крышу сносит. Хожу, блин, как придурок, в состоянии перманентной эйфории, сам додуматься до таких простых вещей не мог?..

– Простите, Денис Анатольевич, за фамильярность, – Келлер уже успокаивается.

– Ничего, ничего, Федор Артурович, это ефрейтору нельзя было старшим тыкать, а генералам – всегда пожалуйста.

– Ладно вам, не обижайтесь. Посоветуемся с нашим академиком, что-нибудь придумаем… Лучше бы, конечно, Дарью Александровну в Институт отправить. Под присмотр медицинский и не только.

– Даша хочет ехать к маме. А что такое желание женщины в её положении, вы, надеюсь, понимаете? Существуют два мнения. Одно – ее, второе – неправильное.

– Хорошо, уговорите ее подождать, пока вы не приедете из «командировки»… Теперь, в продолжение разговора о наградах. За прорыв я представил вас к Анне второй степени с мечами. И мое представление утвердили и в штабе армии, и в штабе фронта, так что вопрос можно считать решенным. А вот за самовольные действия по захвату генерала фон Гутьера со всем его штабом вас, как обер-офицера, по чину награждать особо уже нечем. – Келлер хитро смотрит на меня, желая увидеть реакцию на свои слова. – Вижу, что особо не расстроены.

– Не за награды воюем, Федор Артурович. И так уже три ордена, не считая союзных, плюс Георгиевское оружие.

– Вот поэтому я имел смелость просить императора пожаловать вам чин капитана сразу после сдачи экзаменов в училище. Его величество обещал подумать, но, скорее всего, согласится. Так что, молодой человек, вы уж не подведите меня, старика. Времени готовиться вам осталось до апреля.

– Как до апреля?! Весенняя экзаменация в училище в мае – июне!..

– Ну, вы же самовольничали при выполнении боевой задачи? – Келлер снова хитро улыбается. – Вот и я позволил себе связаться с генерал-лейтенантом Вальбергом и попросить назначить эту самую экзаменацию вам пораньше, мотивируя тем, что в конце весны начнутся активные боевые действия и вы, как командир батальона, мне нужны будете на фронте. Сославшись при этом на Высочайшее мнение. Иван Иванович счел за лучшее согласиться.

– Так когда я все успею?!

– Успеете, штабс-капитан. Приедем из Института, решите вопрос с Дарьей Александровной и напишите рапорт об отпуске для подготовки к сдаче экзаменов. А когда сдадите, в чем я не сомневаюсь, приедете и примете командование батальоном.

– Стоп, а как же Валерий Антонович? Его куда?

– А капитана Бойко я заберу к себе в штаб. Мне там умный и знающий генштабист очень пригодится. Вот так-то… Если вопросов ко мне нет, хотел бы совершить с мадемуазель Зиночкой небольшой вояж по губернскому граду Минску. И не надо так многозначительно ухмыляться, сударь. Генералы – тоже люди и иногда имеют право на увольнение из расположения полка…