Неправильное число - Денис Кащеев

«Ковчег», день второй

– Итак, слушаю вас, капитан, – выжидательно склонила голову к плечу Кора.

– Давайте сперва куда-нибудь уберем все это, – предложил Вербицкий, кивнув на последствия вчерашней вечеринки – по инициативе распорядительницы для разговора они поднялись в комнату отдыха.

– Отличная идея, – улыбнулась Кора. – Вот только заняться этим придется вам самим. Я покажу, куда все сложить.

Минут за пять общими усилиями грязная посуда и остатки еды перекочевали в выдвижной ящик – вроде того, что поглотил в медотсеке Олегову футболку. Наполненный, он заезжал обратно в стену и уже через пару секунд вновь был снова готов к использованию – пустой, чистый и блестящий. Освободившийся стол протерли устройством, напоминавшим губку на изогнутой ручке, – оно обнаружилось в нише над «мусоропроводом». Пятна от пива, масла и кетчупа исчезали от контакта с этим приспособлением без следа.

– Вот теперь другое дело, – заявил Андрей, усаживаясь в кресло, когда комната отдыха приняла наконец благопристойный вид. Олег сел по соседству, на диванчике, рядом с ним оказалась Галя, остальные разместились кто где. Инна, например, предпочла остаться стоять, расположившись за спиной капитана. – Приступим? – Вербицкий посмотрел на Кору – та замерла ближе к дверям и приблизиться то ли не хотела, то ли не могла (Олег уже заметил, что распорядительница явно тяготеет к одним и тем же точкам в помещениях).

– Как скажете, капитан.

– Тогда начнем с самого начала, – проговорил Андрей. – Вы утверждаете, что мы находимся на некоем космическом корабле?

– Почему же некоем? – продолжая улыбаться своей зловещей улыбкой, спросила Кора. – Вполне определенном, типа «Ковчег». Да, вы находитесь на космическом корабле, – четко сформулировала она, как видно заметив тень недовольства, пробежавшую по лицу Вербицкого.

– И как же, по-вашему, мы на него попали? – задал новый вопрос Андрей.

– Вам напомнить весь процесс, капитан? Извольте. Вы явились к месту сбора и загрузились в транспортные капсулы, которые доставили вас на борт – непосредственно в ваши каюты.

– Хорошо, – слегка поморщился Вербицкий. – Изменю вопрос: как космический корабль оказался на Земле? Или эти ваши транспортные капсулы и сами способны летать в космосе?

– Нет, капитан, транспортные капсулы летать не способны, ни в космосе, ни даже в атмосфере планеты, – тоном, каким обычно мамы говорят детям: «Нет, Олежка, на троллейбусе номер шестьдесят четыре до Америки доехать нельзя» или «К сожалению, сынок, потрогать ручкой Луну не получится, даже если попросить у пожарных их самую длинную лестницу», – ответила распорядительница. – Что до «Ковчега», то он был построен непосредственно на Земле. Павильон ВДНХ послужил ему прикрытием.

– Так он там что, с 1939 года стоял, нас ждал? – насмешливо спросила Ада из кресла напротив Олега. – Или с 1954-го, когда его реконструировали?

– Поразительные познания вопросах краеведения, – усмехнулась, чуть повернув голову в ее сторону, Кора. – В моей памяти, к примеру, эти даты отсутствуют. Нет, разумеется, «Ковчег» сооружен в течение последнего земного года – именно столько павильон был закрыт для публики.

– Закрыт под предлогом обустройства клуба, – догадался рыжий Артем, без своих «гаррипоттеровских» очков смотревшийся немного странно.

– Совершенно верно, – подтвердила распорядительница.

– Почему именно там? – снова заговорил Вербицкий. – В центре Москвы?

– А почему нет? – развела руками Кора.

– Ну, там, из соображений секретности? Удобства доставки материалов и оборудования? Где-нибудь в сибирской тайге было не проще?

– Как видите, ни с секретностью, ни с логистикой трудностей не возникло, – заметила распорядительница. – Возможности строителей «Ковчега» несоизмеримо превышают все земные средства наблюдения и контроля.

– То есть строители не земляне? – ухватил суть ответа Андрей. – А кто? Инопланетяне?

– Да, этот термин верен, хотя и недостаточно конкретен. Однако любые попытки его уточнения, с учетом багажа ваших знаний, скорее приведут к путанице, нежели к ясности, поэтому предлагаю в дальнейшем использовать именно его.

– Таким образом, вы утверждаете, что инопланетяне построили в Москве на ВДНХ космический корабль, спрятав его в павильоне «Космос», собрали на нем нас, тридцать человек в возрасте от пятнадцати до, если не ошибаюсь, двадцати двух лет, и отправили в полет? – ровным тоном подытожил Вербицкий.

Кто-то хохотнул, на него тут же зашикали.

– Совершенно верно, – в тон Андрею ответствовала Кора.

– Возникает один-единственный вопрос, – широко развел руками капитан. – Зачем?

– Затем, чтобы спасти от надвигающейся катастрофы, – сообщила распорядительница.

– Да, помню: катастрофа, – кивнул Вербицкий. – А почему именно нас?

– А почему нет?

– Ну… – кажется, впервые за время разговора Андрей замялся. – Можно было бы найти куда более достойных кандидатов.

– Безусловно, – и не подумала спорить с этим утверждением Кора. – Было бы можно – ставься такая цель.

– Но цели не ставилось?

– Изначальная выборка – порядка пятисот размещенных пригласительных билетов – была заведомо случайной. Окончательный отбор – непосредственно перед посадкой – осуществлялся уже с учетом определенных критериев. Существуют базовые стандарты заполнения «Ковчегов» – ими и руководствовались.

– И что же это за стандарты?

– Данная информация отсутствует в моей памяти как избыточная.

Такой ответ – по сути, уход от ответа – был встречен недовольным гулом. Андрей резко поднял руку, и ропот почти тут же стих.

– Раз стандарты базовые, выходит, для ваших инопланетян заполнение «Ковчегов» – обычное дело? – спросил он.

– Достаточно обычное, – подтвердила распорядительница.

– То есть Земля не первая планета, с которой кого-то эвакуируют из-за надвигающейся катастрофы?

– Даже не тысяча первая.

– А почему всего тридцать человек? – подала из-за спины капитана голос Инна.

– Да, маловато будет – из семи-то с половиной миллиардов! – подхватил Дима.

– Тридцать человек не способны создать жизнеспособную колонию, – добавила Ада.

– С чего вы это взяли? – как будто бы удивилась Кора, повернувшись к ней. – Ваш вид разделен всего на два постоянных пола, значит, вполне достаточно двух особей.

– Близкородственное скрещивание ведет к генетическим заболеваниям и вырождению популяции, – с умным видом заявила Ада.