Шаг второй. Баланс сил - Антон Демченко

— Прошу простить мою забывчивость… молодой господин, я обязательно исправлюсь, — отозвался дворецкий. Два-два, камнемордый. Ничего, ещё сочтёмся.

Пока мы добирались до "малой гостиной", Сварт решил провести небольшую экскурсию по особняку, который, по-моему, следовало бы именовать маленьким дворцом. Нет, ну а как иначе, если здесь даже бальный зал есть?!

— Первый этаж правого крыла отдан под служебные помещения и комнаты прислуги, — рассказ Сварта мерно лился мне в уши, пока мы шли по длиннющей галерее третьего этажа, к роскошной центральной лестнице особняка, виднеющейся в проеме меж распахнутых настеж высоких двойных дверей в самом конце коридора. — В левом крыле того же этажа находятся малая гостиная, библиотека и приёмная его сиятельства. Над ними, на втором этаже находятся буфетная комната, столовая и большая гостиная, а ещё выше — личные покои хозяев и гостевые комнаты. Второй и третий этаж правого крыла отданы под бальный зал, из которого можно попасть в большой зимний сад.

— Полагаю, если есть большой сад, то должен быть и малый? — спросил я.

— Мы называем его "верхним", — кивнул Сварт, и в его эмоциях я с удивлением почувствовал всплеск то ли гордости, то ли удовольствия. А может, и всего вместе, всё же я пока не так силён в эмпатии, чтобы сходу разобраться в нюансах чувств незнакомого человека. Да что там эмоции, он же почти улыбается… или это свет из окна так упал? Хм… Я покосился на дворецкого, продолжающего свой рассказ. — Это, можно сказать, личный сад Лады Баженовны, под её руководством построенный и её собственными руками взращенный. Попасть в него можно только отсюда, из хозяйского крыла, поднявшись по лестнице, что находится в противоположном конце этого коридора. Я бы настоятельно рекомендовал просить её сиятельство показать вам её сад. Редкое по своей красоте зрелище, уверяю. Об этом саде даже в столице слухи ходят, да только мало кто удостаивался чести в нём побывать. Но вам, как гостю дома, отказа не будет, так что… пользуйтесь возможностью, молодой господин.

— Благодарю за совет, — невольно сваливаясь в подражание тону собеседника, откликнулся я. — Обязательно им воспользуюсь.

А что? Мне действительно интересно, что же должен быть за сад такой, если его вид пронимает даже этого твердокаменного дворецкого?!

За разговором, я и не заметил, как мы спустились по огромной широкой лестнице и оказались в просторном холле первого этажа. Здесь, Сварт уже знакомым жестом-посылом распахнул двери, ведущие в левое крыло, и уже через минуту мы оказались в той самой "малой гостиной", где должна была состояться моя вторая встреча с князем Старицким. Удивительно, но я абсолютно не волновался по этому поводу. Очевидно, вчерашний шок от заявления "земляка" начисто исчерпал такую возможность. В общем, сейчас, перед беседой с князем, я был спокоен как танк. Оно и к лучшему.

Приложив указательный палец к уху, словно прижимая невидимый наушник, Сварт чему-то кивнул и указал мне на одно из кресел у декоративного, но от того не менее настоящего камина, в котором, несмотря на время и погоду за окном, уже весело трещал огонь, пожирающий пару поленьев, распространяющих по комнате приятный хвойный аромат.

— Присаживайтесь, молодой господин. Его сиятельство подойдёт через пару минут, — произнёс он и, чуть помедлив, предложил: — может быть, желаете чаю?

— Лучше кофе, — устраиваясь в кресле, ответил я. — Чёрный, без сахара.

— Я распоряжусь, — кивнул Сварт и исчез за дверью. Я же принялся рассматривать обстановку гостиной в ожидании, когда появится хозяин дома. В отличие от "моей" спальни, меблировка этой комнаты не отличалась монументальностью. Несколько лёгких, хотя и очень удобных кресел, пара кушеток и низкие "журнальные" столики с лакированными деревянными столешницами, узор и цвет которых вполне гармонировал с бежевым цветом стен и деревянными же панелями на них. Просто, изящно… и без претензий на роскошь. Весьма приятная обстановка, надо сказать. По крайней мере, в этом помещении у меня не возникает ощущения, что я нахожусь в музее.

— Доброе утро, Ерофей, — голос раздавшийся от двери, полускрытой тяжёлой портьерой, заставил меня отвлечься от осмотра гостиной. Обернувшись на звук, я поднялся с кресла и коротко кивнул стоящему на пороге хозяину дома.

— Здравствуйте, ваше…

— Виталий Родионович, с твоего позволения, — покачав головой, перебил меня Старицкий. Мы окинули друг друга изучающим взглядом, и не сдержали ухмылок при появлении дворецкого, вошедшего в гостиную с подносом в руках. И было отчего. Очевидно, князь тоже не очень-то любит официоз, по крайней мере, у себя дома, поскольку одеты мы оказались под стать друг другу. Брюки, рубашка с закатанными рукавами, жилет и к чёрту галстук с пиджаком. Три-два, камнемордый. Три-два!

Сварт, правда, ни мимикой, ни жестом не выдал своего отношения к такому вопиющему нарушению этикета. Разве что в эмоциях проскользнули нотки недовольства… и смирения в адрес князя. Кажется, дворецкий давно махнул рукой на поведение своего хозяина.

Пока Сварт расставлял на столике кофейный набор, Старицкий успел приземлиться в соседнее кресло и теперь молча наблюдал за действиями дворецкого. Вот только ощущение направленного чужого внимания, змеями скользящего вокруг моего тела, не оставляло меня ни на секунду. И что самое паршивое, за этим потоком я совершенно не мог разобрать эмоции князя… кроме тех, что он сам изволил демонстрировать.

— Как твоё самочувствие, Ерофей? — спросил Старицкий, когда дворецкий покинул гостиную, закрыв за собой дверь.

— Благодарю, чувствую себя замечательно, — ответил я, делая глоток горячего, отдающего кардомоном кофе. — От вчерашнего срыва не осталось и следа.

— Переволновался?

— Можно сказать и так. Последний месяц выдался слишком… слишком активным, — согласился я. — А ваше заявление просто стало последней каплей, если можно так выразиться.

— Понимаю, — кивнул Старицкий и, в свою очередь, пригубив кофе, откинулся на спинку кресла. — Но сейчас, как я вижу, ты уже в порядке, да?

— Вполне, — пожал я плечами. — Выспался, успокоился, готов к продолжению беседы.

— Это замечательно, — вернув блюдце и чашку на столик, князь хлопнул в ладоши, и пространство вокруг на миг исказилось, пропуская через себя волну какого-то конструкта, мгновенно затянувшего стены радужной прозрачной плёнкой. Заметив мой взгляд, князь пояснил: — вообще-то, это защита от попыток подслушать или подсмотреть происходящее в комнате, но в данном случае, просто знак обитателям дома, чтобы не беспокоили без веской причины. Разговор у нас будет серьёзный… и долгий. Ты готов?

— Вполне, — ответил я.

— Славно-славно, — протянул Старицкий и ожёг меня пристальным взглядом. — Спокоен, сосредоточен и совершенно не удивлён, хотя не можешь не понимать, что беседа наша будет непростой.

— Я успел понять, что всё очень серьёзно, ещё вчера, когда мне представили кое-кого из гостей вашего дома, — заметил я. — И у меня было достаточно времени, чтобы… морально подготовиться.