Валентин Понтифик - Роберт Силверберг

– То есть меняющие облик, – пробормотал Валентин.

– Я не смею давать вам советы относительно государственных дел… – начала пожилая женщина.

– Избавь меня от излишних церемоний. От советников мне нужны советы, а не политес.

– Моя область – исключительно сны, – сказала Тизана.

– Мне снились снег на Замковой горе и жуткое землетрясение, расколовшее мир.

– Растолковать вам этот сон, мой повелитель?

– Как ты его растолкуешь, если мы еще не выпили вино сновидений?

– Сомневаюсь, что это хорошая идея, – заметил Делиамбер. – С короналя более чем хватит видений на сегодня, и сонное вино лишь повредит ему. Считаю, толкование стоит отложить…

– Этот сон растолкует и ребенок, – ответила ему Тизана, – даже без вина. Землетрясение? Распавшийся на части мир? Что ж, мой повелитель, вы должны готовиться к худшему.

– Но что ты все-таки имеешь в виду?

За нее ответил Слит:

– Это знамения войны, ваше высочество.

Валентин повернулся и посмотрел на невысокого человека.

– Война? – выкрикнул он. – Война? Я первым из короналей за восемь тысяч лет вывел войска на поле битвы. Неужели мне придется повторить это?

– Мой повелитель, – сказал Слит, – вы и сами знаете, что война за реставрацию была лишь первым сражением настоящей, большой войны, которая сейчас назревает. Много веков все шло к этой войне, и, думаю, вы понимаете, что ее не избежать.

– Неизбежных войн нет, – ответил Валентин.

– Вы уверены, мой повелитель?

Корональ взглянул на Слита с гневом и печалью и ничего не ответил. О сказанном только что он успел догадаться сам, без посторонней помощи, но не хотел слышать подтверждений своей догадки, чтобы не наполнять душу невыносимой тревогой. Он встал и принялся молча расхаживать по комнате. У противоположной от двери стены огромная и жутковатая скульптура из резных костей морского дракона: обращенные вверх сцепленные ладони с переплетенными пальцами, но с тем же успехом она могла изображать и огромную зловещую пасть со смыкающимися клыками. Валентин довольно долго стоял перед ней, бесцельно поглаживая лоснящуюся полированную кость. Незаконченное дело, сказала Тизана. Да. Да. Меняющие облик. Меняющие облик, метаморфы, пьюривары – назовите их как угодно, но они коренные жители Маджипура, и это у них первопоселенцы со звезд отобрали их чудесный мир четырнадцать тысяч лет назад. «Уже девятый год, – думал Валентин, – я стараюсь понять чаяния этого народа, но так ничего и не знаю о них».

Он повернулся и сказал:

– Когда я поднялся, чтобы сказать тост, я думал о словах верховного глашатая Хорнкаста: «Корональ – это мир, а мир – это корональ». И внезапно я стал Маджипуром, и через меня прошло все, что происходило во всех концах мира.

– С вами уже бывало такое, – сказала Тизана, – в снах, которые я толковала вам: когда вы держали в правой руке двадцать миллиардов золотых нитей, растущих из земли, и другой сон, когда вы раскинули руки и обняли весь мир, и еще…

– В этот раз было по-другому, – сказал Валентин, – мир раскололся.

– Как?

– Буквально. Разлетелся на куски. Осталось только море тьмы, и я упал в него.

– Хорнкаст сказал очень верно и точно, – тихо ответила Тизана, – вы и есть мир, ваше величество. Со всего мира к вам притягиваются дурные эмоции и мысли. Так что, ваше величество, это действительно было послание, но не от Повелительницы, не от Короля Снов, а от самого мира.

Валентин посмотрел на врууна:

– Что скажешь на это, Делиамбер?

– Я знаком с Тизаной уже лет пятьдесят и ни разу не услышал от нее ни единой глупости.

– Значит, быть войне?

– Уверен, что война уже началась, – ответил Делиамбер.