Одержимый - Александр Гедеон

В комнату, бряцая железом, ввалилась присланная Дараном парочка и тут же нацелила на Мию с Лёхой свой арсенал. Молча, не сделав ни одного лишнего движения, не замешкавшись и не столкнувшись друг с другом или стоящей магичкой. Ясно, что эти трое — отлично слаженная и опытная команда.

Оглядев их, Лёха вернулся к происходящему в саду.

— Это честь, ваше высочество, — поклонилась принцу Лаура.

Выпрямившись, она громко объявила:

— Церемония принесения присяги состоится через десять дней. К этому времени требуется провести много восстановительных работ, потому я прошу гостей покинуть замок до заката. Боюсь, что каменщикам придётся работать днём и ночью, нарушая ваш покой.

Намёк все поняли правильно, но отреагировали по-разному. Одни принялись поздравлять новую главу клана, другие развернулись и молча покинули сад. Гарм, к некоторому удивлению Лёхи, подошёл к Лауре, галантно поцеловал ей руку, тихо шепнул что-то на ухо и ушёл с непроницаемым выражением лица.

Лёха перевёл дух. Похоже, этот бой они выиграли. Напряжение, державшее его в состоянии сжатой пружины, отпустило и на смену ему пришла усталость. Миа тоже заметно расслабилась, задумчиво оглядела троицо охранников и сообщила:

— Я хочу лечь и отдохнуть. Можно?

Магичка молча кивнула и Миа медленно, не делая резких движений, принялась отстёгивать перевязь с ножами.

— Да всё снимай, не стесняйся! — весело предложил один из стражников. — Считай, что нас тут нет!

Лёха недобро покосился на весельчака, но Мие явно было глубоко наплевать на комментатора. В компании Дарана и големов Лауре никто не угрожал, а раз прибывшее подкрепление не убило их сразу, значит приказ остался прежним — охранять чужаков. И лучшее решение в этой ситуации — воспользоваться моментом и отдохнуть, заодно демонстрируя полное миролюбие.

— Поможешь? — попросила эльфийка и Лёха молча помог ей избавиться от тяжёлых и непривычных доспехов.

— Трахаться! — радостно провозгласила Белочка, явившись в классическом голливудском образе демоницы: с рогами, копытами и хвостом.

«Не знаю как ты, а я уже успел затрахаться за это утро», - мысленно буркнул Стриж.

Сняв броню, Миа скинула кожаный камзол и сапоги, оставшись в мокрой от пота рубахе, облепившей тело. Не обращая внимания на одобрительные комментарии всё того же стражника-весельчака, она с блаженным вздохом рухнула в постель.

— Решите казнить — не будите, — буркнула Миа и закрыла глаза.

Притворяется, или реально уснула — Лёха поручиться не мог, но склонялся к последнему. Ничто так не выматывает, как бой и после адреналинового всплеска всегда приходит слабость.

Он уселся на подоконник и с удивлением осознал, что у него самого сил больше чем достаточно.

В прошлой жизни он скорее всего бы уже сидел в тени, в стороне от товарищей, унимая дрожь в руках, чтобы не расплескать отвратный пайковый кофе. Вонючая бурда тёмно-коричневого цвета, не имеющая ничего общего с нормальным кофе, и в то же время невообразимо-прекрасная в такие моменты, когда схлынул боевой азарт и осталось лишь робкое удивление от того, что ты выжил. Победил, обманул костлявую, уже смотревшую тебе в глаза. И теперь можешь сидеть, баюкая в руках манерку с горячей жидкостью, щедро сдобренной сахаром.

Лёхе показалось даже, что он ощущает во рту кисло-приторный вкус этого напитка. Помассировав веки, он огляделся в поисках хоть чего-то, способного заменить кофе. Увы, на столе были лишь вино и вода. Вздохнув, Стриж плеснул в кубок немного вина, долил до краёв водой и вернулся на подоконник.

«Ну что, смертушка, — мысленно провозгласил он тост. — До следующей встречи.»

Лаура появилась где-то через полчаса. Она без сил рухнула в кресло и поморщилась, когда рукоять висящего на поясе кинжала врезалась под рёбра. Миа проснулась, стоило открыться двери, будто и не спала вовсе.

— Все выйдите, — приказал вошедший вслед за Лаурой калека. — С чужаков глаз не спускать!

— Алекс и Миа останутся, — тут же внесла коррективы графиня.

— Ваше сиятельство, я настаиваю, — вскинулся Даран, но наткнулся на неожиданно твёрдый взгляд Лауры.

— А я приказываю, — отчеканила графиня. — Они останутся.

Одноглазый смотрел на пустотников с ненавистью и презрением. Лёха отнёсся к этому философски: в конце концов, они не местная большая серебряная монета, чтобы всем нравиться. Главное, чтобы ненависть не выплеснулась дальше самого калеки.

— Райна, останься, — с явным недовольством приказал своим людям Даран. — Остальные — ждите за дверью.

Когда воины вышли, он вперил в Лауру требовательный взгляд. Не обращая на него внимания, Миа подошла к креслу, расстегнула на девчонке пряжку ремня и помогла стащить кольчугу.

— У меня очень много вопросов, ваше сиятельство, и я жажду получить ответы, — несмотря на почтительные слова, в голосе Дарана звенела сталь.

— Я воспользовалась правом, дарованным мне Древними, — голос Лауры звучал не слишком убедительно. Сейчас она хотела покоя, а не сложных объяснений.

— Правом Древних? — в голосе Дарана звучал едва сдерживаемый гнев.

Если бы не лишние уши за дверью — можно было поспорить, что калека бы орал на легкомысленную девчонку. Стоящая за его плечом магичка сняла шлем. В отличие от командира, она выглядела скорее заинтересованной, чем взбешённой. Голубоглазая и светловолосая красотка уместней смотрелась бы в бальном платье, чем в доспехе и при оружии.

— Правом заключать сделки с демонами и оставлять свободу пустышкам?! — продолжал тихо яриться Даран.

Лаура вздрогнула и бросила быстрый взгляд на Стрижа. Тот лишь виновато развёл руками.

— Это был не мой выбор, — нехотя призналась графиня. — Пустотники бежали от Гарма и мы действовали сообща, чтобы выжить. Алекс по незнанию активировал незавершённый артефакт высшей защиты и впустил в себя демона.

— Невозможно! — рыкнул Даран. — Демон захватывает носителя меньше, чем за день, а этот здесь уже гораздо дольше и пока не устроил кровавую баню!

— Он подчинил демона, — просто сказала Лаура. Подумав, она добавила: — По крайней мере они как-то договорились. Может дело в том, что Алекс — пустотник и тоже чужак в этом теле. Он способен сопротивляться воле демона.

Даран окинул иномирцев таким взглядом, будто уже прикидывал глубину братской могилы.

— Нам нужно поговорить наедине, ваше сиятельство, — произнёс он обманчиво-спокойно. — Мои люди присмотрят за пустышками.

Лёха и Миа напряжённо переглянулись. Строго говоря, с этого момента они больше не нужны Лауре. Да что там — теперь из спасителей они превратились в угрозу. Узнал Даран, со временем могут узнать и другие. И тогда по местным законам девчонке конец, глава она клана, или нет.

А ведь выход из ситуации заманчиво прост: приказать пустышкам выйти, договориться с Дараном и их прирежут за углом, или отравят за обедом.