Стать прочнее - Лёха

— Матвей, у меня прадед умер, — я попытался достучаться до него.

— Костя, я безмерно уважаю Андрея Никитича, но ему уже всё равно. На похороны ты однозначно успеешь. Так что собирайся, я буду ждать тебя в местном аэропорту.

Он отключился, я же, грязно ругаясь пошёл предупредить мать о своем отъезде и попросить Марго присмотреть за порядком. Надо ещё деду позвонить и Анне. Чёртов Лейманов! Ну что ему ещё нужно? Понравилась же девчонка, видно же было. Да и она на него, как кошка весной смотрела. Козлина тупая. В общем, настроение у меня то ещё, а учитывая предстоящий перелёт, так и вовсе. Лейманову я точно не завидую, пускай готовится к встрече, идиота кусок.

Глава 2

Перелёт прошёл ужасно. Самолёт постоянно попадал в воздушные ямы. Трясло просто запредельно. Стюардессы, которая могла бы меня успокоить, на этом рейсе предусмотрено не было. И когда самолёт приземлился, я готов был землю целовать, на которую спустился, едва дождавшись, когда подкатят трап.

— Ты плохо переносишь перелёт? — Подоров встречал меня в ангаре, куда и зарулил небольшой самолёт на котором я прилетел.

— Да неужели ты этого не знал? — я представляю, как выгляжу, такого приятного бледно-зеленого цвета. Ноги первые пару минут держали меня плоховато, и я оперся спиной о трап.

— Как-то этот факт твоей биографии от меня ускользнул. Мне почему-то о нём не доложили, а сам ты делиться своими фобиями не спешишь, — задумчиво ответил Подоров. — А чего так? Ты водник, укачивать тебя вроде не должно.

— Самолёты падают и разбиваются! Вот основная причина моей нервозности в воздух. — Подоров скептически посмотрел на меня, и я махнул рукой. Сам не понимаю, откуда у меня эта фобия вылезла, но она была, и как от неё избавиться я не знаю, тем более, что высоты как таковой, я не боюсь. — Забудь.

— Я-то забуду, но вот тебе ещё завтра утром обратно лететь. — Успокоил меня Матвей. Молодец просто. Так стоп, почему завтра? Почему не сегодня?

— Почему завтра? Разговор был про то, чтобы поговорить с Леймановым, и вернуться домой, — возмутился я.

— Не всё так просто, — Подоров покачал головой. — Полосу дадут только завтра в девять часов.

— Мне проще будет телепортироваться, — пробурчал я.

— Дело, конечно, твоё, но не советую. Если есть возможность избежать телепортации, особенно не стационарным телепортом, то лучше сделать все, чтобы её избежать. — Нравоучительно произнес Матвей.

— Угу, поучи меня телепортации, — в ответ Подоров усмехнулся, и в это же время подошла машина, которая и должна нас доставить до отеля.

Это был не клановый лимузин, вот что я могу сказать совершенно определенно. Когда мы устроились на заднем сиденье, Подоров добавил.

— Помнится, при нашей первой встрече ты сказал, что понятия не имеешь, как устроен телепорт.

— Так я и телепортироваться самостоятельно не умел, и даром смерти пользоваться тоже. — Я посмотрел в окно. — Куда мы едем?

— На верфи «Ундины». Виктор Лейманов сейчас там. — Подоров откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза. Вид у него был очень уставший. Понятно, что и без этого упершегося барана, проблем у Матвея хватает.

— А как поживает Великий князь Василий? — спросил я вкрадчиво.

— А почему тебя интересует Великий князь? — Не открывая глаз спросил Подоров.

— Ну как же. Мы же родственники, почти братья. К тому же возникает интересная коллизия: меня готовят принять клан Орловых, как его главу, значит Васëк будет в моём подчинении, с другой стороны, он наследник престола, и, следовательно, как только станет императором получит власть надо мной, и как мы будем выходить из этого тупика? Потому что это говно не успокоится, пока меня не уничтожит. Поднять знамена бунта, с одновременным изгнанием Васьки из клана?

— Тебе не кажется, что ты утрируешь? — Подоров открыл глаза.

— Нет, не кажется. Я тебе самую вероятную перспективу обрисовал сейчас. — Я повернулся к нему, и встретился с напряженным взглядом. — Так что ты мне на это скажешь?

— Я скажу, что ты торопишь события. Император пока жив, а Василий под домашним арестом. Все его контакты я отслеживаю лично. Есть, конечно, вероятность, что кто-то с ним свяжется, абсолютно все щели не перекроешь. Вот только, Васька не совсем идиот, и прекрасно понимает, что это может привести его к очень неприятному концу. Михаил лучше династией пожертвует, чем оставит страну в руках не просто идиота, который будет рожей торговать, оставляя принятие всех решений Совету кланов, а идиоту, продавшемуся другому государству. — Подоров продолжал на меня смотреть. — Есть, правда, ещё один выход. Ты поговорил с матерью?

— Частично. Она призналась, что брак был заключен, и что Виталий не сумел спасти в пожаре церковные книги. Но вот про свидетельство она ничего не сказала. И давить я на неё не стал. Ей просто физически плохо становится, когда она про этот брак вспоминает. — Я не отводил взгляда. Наша дуэль продолжалась недолго. Наконец, Матвей медленно произнес.

— Хорошо, я найду другой способ до неё достучаться. Мария не глупая женщина, должна понимать, что это значит для страны.

— Она беременна. Помни об этом, когда будешь искать другие способы достучаться до моей матери. — Он прищурился и слегка улыбнулся. После этого отвел взгляд.

Машина как раз затормозила и остановилась. Я задумчиво смотрел в окно на верфи.

— А что если мы не будем его уговаривать? — я говорил, обдумывая наши дальнейшие действия.

— И что мы будем в таком случае делать? Я не могу удерживать её в твоём отеле вечно. Она дочь правящего клана другого государства, и уже сидит на чемоданах, чтобы побыстрее убраться отсюда.

— И между ними ничего не было? — уточнил я очень важную для себя часть.

— Нет, похоже, что нет. — Подоров покачал головой.

— Это не просто козёл, это благородный козёл, — я ругнулся и ещё раз осмотрел верфи. — Давай так, что будет, если, предположим, их застукают в постели, и не абы кто, а самые жёлтые из всех жёлтых журналюг? Папаша Уэльс сможет продать дочурку достаточно выгодно для себя, после такого скандала?

— Сомневаюсь, — протянул Подоров. — Иначе Васька не сидел бы сейчас под домашним арестом, и не ждал решения императора по своему поводу. И это при том, заметь, что ничего из его художеств в прессу ни разу не попало. Всё на уровне слухов. А с девушкой все ещё сложнее. Не тот уровень, чтобы хвостом мести. Тут нужно гением конспирологии быть, чтобы и развлечься, и не попасться. Так что при подобном скандале, ей и её отцу долго будут припоминать и сам скандал, и его последствия. Это, если только совсем себя не уважающего парня в кратчайшие сроки не найдут, который на её приданное клюнет, и замуж быстренько не выдадут. Ну, ещё вариант — вручить девчонку, как приз, Адреасам. Френку плевать, кто у неё был до него, всё равно она замужем долго не проживёт.

— Очень хорошо, — я кивнул. — Значит, если в такой ситуации это будет не конюх и не садовник, а вполне респектабельный молодой человек, брак с которым даже не станет мезальянсом, Уэльс будет вынужден скрипя зубами согласиться?

— Всё равно будут условия, — Подоров задумался. — Переезд в Лондон, выход из клана Леймановых — это основные.

— Да, плевать, даже, если они в итоге разбегутся и никакой женитьбы так и не состоится, и всё закончится на стадии переговоров. Сейчас главное — это изолировать девчонку от старины Френка. Не дать ему жениться на ней и совершить смену династии, которая более-менее лояльно к нам относится.

— Вообще, это хорошая идея, — кивнул Подоров. — У меня появится, наконец, повод увезти их в столицу, хотя бы на время ведения переговоров. А то идея расследования уже себя исчерпала. Всё-таки, Камилла в данном случае жертва, а не подозреваемая в преступлении. А юристы у неё очень хороши, особенно тот, которого она с собой притащила. Вот только, каким образом ты сможешь их застукать в пикантной ситуации?

— А вот для этого мне нужно сделать пару звонков. А потом пойти и уговорить Лейманова поехать с нами. — Я вылез из машины, доставая на ходу телефон. — Мне нужен будет какой-нибудь легкий афродизиак и связь с её папашей рано утром.

— Костя, ты понимаешь, что это не делает нам чести? — осторожно спросил Подоров. — Я думал над подобной провокацией, но у меня недостаточно методов в её реализации.