Кольцо бонанзы - Эндо Биндер

Но затем оно проявило себя как один из самых не поддающихся коррозии металлов. Когда появились космические путешествия, сплав золота стал стандартным покрытием для всего оборудования, используемого в других мирах, в некоторых из которых была ядовитая атмосфера, способная за считанные дни превратить железо или медь в бесполезную пыль.

Но золото в его упрочнённой форме не поддавалось влиянию самого худшего, что могли предложить другие миры. После этого золото стало коммерческим металлом, и его стоимость стала даже больше, чем когда оно использовалось в качестве денежного стандарта.

И вот, найдя золото, Гомер Тимкин внезапно разбогател, как любой испанский исследователь Нового Света в прошлом Земли.

— Вот уж точно будет приятно, — воскликнул Тимкин, — тащить этот кусок золота на Титан!

— Да, для меня!

Тимкин подпрыгнул, услышав позади себя голос, раздавшийся из ниоткуда. Он обернулся, разинув рот, и увидел, как к нему медленно приближается человек в вакуумном костюме и с реактивным пистолетом в руках. Тимкин мог видеть ракетный катер новоприбывшего, припаркованный рядом с его собственным. Тимкин был слишком поглощён своей находкой, чтобы заметить приближение его корабля.

— Хак Ларсо! — Тимкин узнал его, потому что знал всех старателей в доках Титана.

— Да, Тимкин, — ответил Хак Ларсо, ухмыляясь. — Я был в том самым ракетном катере, что недавно пролетел мимо тебя. Как раз перед тем, как ты скрылся из виду, я увидел, как твой корабль внезапно повернул назад. Такой манёвр намекал на находку! Поэтому я тоже развернулся и последовал за тобой.

Тимкину это не понравилось. Хак Ларсо был моложе, и его вакуумный костюм скрывал под собой мощное, грузное тело. Чёрная борода неопрятной бахромой обрамляла суровое лицо, видневшееся сквозь визор. В его холодных серых глазах было что-то такое, от чего Тимкин застыл на месте. Здесь, на территории колец, где царит беззаконие, существовала такая вещь, как незаконный захват участка.

— Ты, конечно, разбогател, — продолжил Хак Ларсо. — Но, может, ты меня не расслышал? Я сказал, что это удача для меня!

— Т-ты не можешь отнять это у меня, — начал Тимкин, и его голос, доносившийся из ларингофона, задребезжал жестью в ушах Ларсо. — Это моё! Я нашёл это!

— Конечно, ты нашёл его, — согласился Ларсо. — Но я забираю его у тебя, понимаешь?

— Нет! — взвизгнул Тимкин. — Это просто грабёж и пиратство! Я сообщу полиции на Титане.

Ларсо ухмыльнулся.

— А какие у тебя есть свидетели? Мы с тобой единственные люди на 50 000 миль вокруг. На Титане твоё слово будет против моего. Если я скажу, что нашёл его сам, а ты пытался его отнять, им придётся поверить мне. Потому что золото будет у меня.

У Тимкина не было оружия. Реактивный пистолет был вовсе не оружием, а просто устройством для перемещения в пространстве с помощью коротких, безвредных ракетных импульсов. Он пытался противостоять более крупному мужчине. Ларсо рассмеялся и толкнул маленького Гомера, от чего тот слетел с обломка и чуть не врезался в другое неровное кольцевое тело.

Затем, всё ещё смеясь, Хак Ларсо подтолкнул груду золота к своему кораблю, его реактивный пистолет за спиной полыхнул красным пламенем. Он повернулся и насмешливо взглянул на Тимкина.

— Я даже не буду убивать тебя, Тимкин, хотя мог бы. Не стоит утруждать себя. Там, на Титане, всё равно твоё слово будет против моего. У тебя нет ни малейшего шанса доказать, что это твоя находка.

Тимкин медленно вернулся на свой корабль. Он наблюдал, как Ларсо складывает золото в свой трюм и выбрасывает оттуда груду ископаемых костей, кусков угля, обломков механизмов и кусков резного камня.

— Вот, Тимкин, — усмехнулся Ларсо. — Можешь взять ещё кое-что из моего барахла. В любом случае, это поможет тебе оплатить поисковую экспедицию. Видишь? В глубине души я не такой уж плохой парень.

И с издевательским смехом Ларсо проскользнул сквозь люк в свой корабль. Мгновение спустя его катер выпустил реактивную струю и затерялся в чёрном космическом пространстве, оставив позади сломленного старика.

Долгие горькие минуты Тимкин плыл рядом со своим кораблём, не имея сил что-либо предпринять. Десять лет напрасных поисков и надежд — десять лет лишений и тяжёлого труда. Судьба наконец-то вознаградила его великолепной бонанзой, а затем дала ему по зубам.

Тимкин был на грани безумия. На мгновение он подумал о том, чтобы включить на полную мощность свой реактивный пистолет, выстрелить в сторону кольца и обрести там мир и вечное упокоение.

Но потом, вздрогнув, он вернул себе рассудок. Воля к жизни восторжествовала, как и у всех живых существ во Вселенной. Он посмотрел на вещи, которые Ларсо выбросил из своего корабля — они медленно дрейфовали, рассеиваясь в пространстве.

Придя в себя, Тимкин начал собирать всё это и складывать в сумку. Не стоило разбрасываться вещами, даже если это был издевательский подарок от ненавистного вора. Он всё равно должен был получить прибыль от экспедиции.

Тимкин на мгновение задержал в руке один резной камень, всматриваясь в его древние письмена. Он был треугольной формы и, похоже, имел два набора надписей. Чтобы не погрузиться в чёрное отчаяние, Тимкин попытался снова представить себе древнюю цивилизацию первой луны.

Но когда его катер покинул кольца и взял курс на Титан, за штурвалом громко всхлипывала одна маленькая сгорбленная фигурка.

Прибыв через два дня в доки Титана Гомер Тимкин уже успокоился и смирился с потерей. Он ничего не мог поделать. Бесполезно было подавать жалобу на Хака Ларсо в полицию. Как сказал Ларсо, это было слово одного человека против слова другого. В отсутствие свидетелей судебная тяжба могла закончиться только победой Ларсо.

Вздохнув, Тимкин нанял грузовичок, погрузил на него музейные экспонаты и поехал в центр Титан-Сити. Здесь, в окружении мраморных колонн возвышался Археологический музей Сатурна, величественный и внушительный.

Тимкин подъехал к служебному входу и позвонил в звонок. Открывший дверь пожилой мужчина приветственно улыбнулся.

— Ну вот, опять Тимкин, — сказал он. — Вернулся с очередной партией реликвий из колец? Я так понимаю, ты не нашёл ничего стоящего, а?

— Ну, я… — Тимкин замолчал. Нет необходимости углубляться в историю и рассказывать о его позоре и вселенских страданиях. — Нет, профессор Блик. Ничего стоящего. Но у меня есть куча вещей для вашего музея.

Профессор Блик, поправив очки с толстыми стёклами, вышел и осмотрел каждый предмет, вынутый Тимкиным доставал из грузовика.

— Наши цены остаются стандартными, Тимкин, — сказал он. Два СС-доллара за образец угля. Три — за ископаемые