Рыжий 2 - Alex Berest

Появление в расписании телевидения этого сериала напомнило мне, что в Ленинградской области в мое время, в конце года, ввели талоны на мыло и стиральный порошок. И если порошком мы запаслись надолго, то мыло можно было бы и прикупить. А то у бабушки, всего два куска «банного» в запасе. Не откладывая это в долгий ящик, я приобрёл и хозяйственного, и туалетного мыла. Правда без особого фанатизма. Этот дефицит всё равно временный, на четыре года максимум, а потом всё будет — лишь бы деньги были.

В конце октября несколько семи-восьмиклассников из наших дворов обнесли склад с медицинским оборудованием, расположенный на территории «Сельхозтехники». Буквально через несколько дней их всех уже допрашивали в детской комнате милиции и проводили сбор похищенного ими.

Эти недоумки прятали украденные ими инструменты и аппараты в технологические ниши в подъездах и за защитные пластины батарей отопления. Я когда узнал об этом, то решил на всякий случай проверить подобные места в нашем подъезде. И почти сразу нашёл два болгарских тонометра в картонных пачках и пенал с болгарским же фонендоскопом.

Сдавать найденное милиции я и не подумал. Такие приборы, которые сейчас называются сфигмоманометрами, пригодятся и в нашей семье. Тем более у бабули уже начинаются проблемы с давлением, она время от времени жалуется на мигрени. Перепрятал вне нашего дома среди туристического снаряжения во дворце пионеров, подожду пока уляжется шумиха вокруг происшествия и тогда принесу домой.

Шумиха утихла очень быстро, виновными в краже не признали никого, так как не смогли найти хозяина склада. Всё найденное было передано в городскую и районную больницы, что очень повысило качество работы этих учреждений.

…

Утром 7 декабря, на уроке географии неожиданно задребезжали двойные вставки стёкол в окнах, а одно из них выпало и разбилось. И меня, как громом среди ясного неба, шарахнуло воспоминанием про Спитакское землетрясение. Вот честно, пытался хоть что-то вспомнить про него и так и не смог. А тут бац — разбитое стекло, и в мозгу горит дата 7 декабря 1988 года. Вечером в новостях западные радиостанции подтвердили сильное землетрясение в Армении. А советское телевидение об этом сообщило на следующее утро.

…

Весь декабрь мы с Олькой готовились к поездке в Москву. Собирали разрешения родителей с мелких, составляли списки вещей и продуктов в поезд. С нами ехала в качестве официального руководителя сама директор дворца пионеров.

Бабуля опять начала причитать, что я её одну бросаю, а потом как-то быстро изменила своё мнение об нашей поездке. Видимо уже стала тоже списки формировать, гостей на новый год.

Стартовали мы после обеда, 31 декабря с железнодорожного вокзала Ростова-на-Дону, на местном фирменном поезде «Тихий Дон». Как и в прошлые наши поездки, у нас были купейные места.

Разместили девчонок и мальчишек, разместились сами, накрыли столы тем, что взяли в дорогу, и начали праздновать приближающийся Новый год под музыку из купейных динамиков. В какой-то момент, начавшая играть музыка, показалось мне знакомой, и я прибавив громкости, с удивлением узнал голос Юры Шатунова:

Белые розы, белые розы,

Беззащитны шипы.

Что с ними сделал снег и морозы,

Лёд витрин голубых?

Люди украсят вами свой праздник

Лишь на несколько дней

И оставляют вас умирать

На белом холодном окне.

А люди уносят вас домой, и вечером поздним

Пусть праздничный свет наполнит вмиг все окна дворов.

Кто выдумал вас растить зимой, о белые розы,

И в мир уводить жестоких вьюг, холодных ветров?

Кто выдумал вас растить зимой, о белые розы,

И в мир уводить жестоких вьюг, холодных ветров?

Глава 13

Не откладывая в долгий ящик, сразу после песни отправился к проводникам и узнал что у них можно купить кассету с записями новой группы «Ласковый май». Купил сразу парочку. Дороговато кстати, пятнадцать рублей за кассету МК-60-5 подписанную просто шариковой ручкой — Первый альбом группы «Ласковый май» февраль 1988 год г. Оренбург. Мне сразу вспомнились рассказ Шатунова в какой-то передачи в будущем, где он говорил про вот такой способ рекламы, через продажу кассет. Раритет однако мне попался. Сразу после выступления Горбачёва и боя курантов, подарил вторую кассету Сидоровой поздравив её с наступившим 1989 годом.

…

Приехали мы в Москву первого января в восемь утра. По какой-то необъяснённой нам технической причине, поезд пришёл не на Казанский вокзал, где нас должен был ждать автобус, а на Павелецкий.

Людмила Михайловна, пыталась куда-то дозвониться с телефона-автомата, пока мы с Сидоровой охраняли пытающуюся расползтись группу. Но, видимо, её попытки не увенчались успехом. К нам она вернулась грустной и задумчивой.

— Никто не берёт трубку, — как бы оправдываясь, сказала она нам.

— Хм. Утром первого января оно и не удивительно. А куда нам ехать-то надо?

— Улица Волочаевская, дом тридцать восемь, — прочла она с какого-то документа.

А адрес-то мне знаком…

— Людмила Михайловна, это не республиканский центр туризма и экскурсий случаем?

— Да. Он. Ты знаешь как туда добраться? — с надеждой во взгляде спросила она.

Я вытащил маленький календарик со схемой московского метрополитена, который на всякий случай прихватил в поезде. Город и метро я знал посредственно. Несколько раз приходилось приезжать в тот самый центр детского туризма в девяностых годах на курсы повышения квалификации. Правда, я приезжал с другой стороны и на Ленинградский вокзал. Но в предполагаемой мной схеме движения это практически ничего не меняло, станция метро Таганская тоже для меня была узлом пересадки.

— Так. Мы на Павелецком. Нам надо до станции метро Площадь Ильича. Сейчас спускаемся в метро, доезжаем до Таганской, переходим на станцию Марксистская и уже оттуда доезжаем до Площади Ильича. Нам нужны пятачки для турникетов. Людмила Михайловна, сходите разменяйте, пожалуйста. Там, разменные автоматы, — махнул я рукой в сторону входа в метро.

Пока директриса ходила и меняла деньги, Олька ходила за мной и зло шипела мне на ухо:

— Лисин! Ты говорил, что никогда не был в Москве. Откуда ты так хорошо её знаешь?

— Сидорова, ты что-то путаешь! Я тебе