Ковчег - Вячеслав Васильевич Васильев

— Хорошо. Докладывайте о ходе операции, — дал я ценное указание подчинённому надзирателю.

На этом трудовой день наконец-то закончился. Теперь можно и поспать, как говорится в известном мультике.

Я автоматически закрыл все окна на компе, и когда из-под них выглянула стандартная заставка Виндоус, нажал на «завершение работы».

Пока операционка «отходила ко сну», мне почему-то вспомнились читанные где-то в Интернете «заповеди киношного злодея». Точнее, одна из них. «Никогда не устанавливай в сети своей Цитадели операционную систему, совместимую с Виндоус».

«Что-то в этом есть», — подумал я, поднимаясь с кресла. «Надо будет поставить научникам задачу разработать свою операционку». Пусть примитивную, но свою.

Дальше обдумывать дела у меня не получилось.

Войдя в спальню, я обнаружил, что моя кровать уже расстелена. И горничная, её расстелившая, на данный момент занимается взбиванием подушек. Естественно, стоя ко мне задом, и нагнувшись.

«А ничего!», — оценил я вид, открывающийся под короткой юбочкой, ещё и задравшийся при наклоне, «Даже, прямо скажем, замечательно!».

В это время горничная закончила с подушками и развернулась ко мне передом, к постели, гм… задом. Вид спереди тоже вполне соответствовал… Выступающие части тела выступали ровно настолько, насколько мне нравится, личико тоже было симпатичным, а глаза… Глаза, конечно, были красивыми, но главное, эта зараза «горничная» даже не пыталась скрыть светившийся в них ум.

Спасибо тебе, папаша Мюллер! Подогнал мне «боевую подругу». Мой тип женщины. Я даже сейчас, в расстроенных чувствах от отсутствия любимой, и устав после выматывающего дня, начинаю приходить в боевую готовность.

Вот только фиг вам, уважаемый знаток человеческих душ! С возрастом я научился не передавать контроль над телом от той головы, что на плечах, к… Ну, в общем, научился. Тут кругом столько наверняка столько кинокамер натыкано, что к утру папаша Мюллер сможет смонтировать полнометражный порнофильм. И показать его Марине… Или сказать мне, что покажет… Неизвестно, какой из вариантов хуже.

Так что я молча, кивком головы, отпустил знойную красавицу, и принялся неторопливо раздеваться. Гипотетическая половая партнёрша вышла, а камеры никуда не делись, и незачем им видеть, в каком состоянии мой организм…

Блин! Теперь придётся, как Штирлицу, жить с мыслью, что каждое слово пишется. Даже хуже: пишется каждое движение, и нет во всём этом роскошном бунгало места, где можно было бы укрыться от внимательных посторонних глаз…

Прям «Дом-2» какой-то получается. Жизнь под объективами кинокамер. Как бы не свихнуться… Ладно. Будущее покажет.

Будущее показало, что к постоянному наблюдению за собой, любимым я привык довольно быстро. Нам, современным людям, вообще не привыкать к сопровождающим нас везде нескромным взглядам и любопытным ушам… Камеры стоят буквально везде: вдоль дорог (вот только ДТП с участием высокопоставленных чиновников они почему-то не замечают…), в магазинах, подъездах домов, на автостоянках… Даже в туалетах. Причём далеко не все из них установлены «Большим Братом». Есть множество любопытных и среди «простых людей». Которые, кстати, гораздо опаснее спецслужб. Если первые никогда не обнародуют свой компромат без особых на то причин, то «любители» могут выложить в интернет результаты своего подглядывания и подслушивания просто так, чтобы похвалиться: «вот что я снял!». Так что, лучше уж «Большой брат»…

Кстати, по поводу «Большого брата»: Между прочим, я был сильно удивлён, когда узнал, какая страна занимает первое место в мире по подслушиванию и подглядыванию за своими гражданами, по прочтению их личной переписки, по составлению досье на все стороны их жизни, на которые только возможно… Это отнюдь не «полицейское государство» Россия, а самая что ни на есть раздемократическая страна — Великобритания. Нам на Ковчеге, кстати, предстояло её переплюнуть. И не только по количеству видеокамер на квадратный километр, но в том числе и по любимому показателю нашего прошлого (и, скорее всего, будущего) президента — ВВП.

ВВП маленькой, но гордой Британии, превышает российский почти на треть. Хотя… Нам на Ковчеге, и чтобы российского достичь, надо лет пятьдесят упорного труда.

И мы трудились. Последующие дни, недели, и месяцы слились в одно бесконечное совещание, совмещённое с изучением основ буквально всего — начиная от металлургии и агрономии с животноводством, заканчивая вопросами социологии и педагогики. Если бы у меня раньше имелись какие-то сомнения в том, что управление реальной страной, пусть даже и небольшой, и компьютерная игра «Цивилизация», это немножко совсем разные вещи, то сейчас бы они окончательно испарились. Сотни и тысячи вопросов, крупных и мелких, требовали немедленного внимания, и правильного решения. Причём частенько один вопрос тянул за собой десяток других, о которых я раньше никогда бы не подумал, что они могут быть с ним связаны.

А по утрам и вечерам ещё эта горничная… Папаша Мюллер, как обычно, не стал класть все яйца в одну корзину. Горничных было три. И это притом, что я отнюдь не Король-Солнце, которого только одевало-раздевало с полсотни дворян… Я так понял, такое женское разнообразие было вызвано желанием Сергея Петровича, чтобы я клюнул хотя бы на одну из них. Все были подобраны в моём вкусе, все красивы, у всех есть за что подержаться, как я люблю…

Но я больше всего запал на первую. Однако держал себя в руках, не набрасывался, как голодный кобель… Хотя, «голодал» день ото дня всё больше. Она, несомненно, заметила, что мне нравится. Это женщины все на раз замечают, а тем более, если понравиться мне — это её задание. Но тоже не ускоряла процесс, старательно делая вид, что я — один из предметов мебели в комнате. Ага! Как говорится, если женщина на вас не смотрит, это не значит, что она вас не видит… Уж эту истину я за прожитые годы усвоил хорошо…

Я воспользовался служебным положением, и порылся в служебной базе персонала. Девушка действительно, оказалась не простая. Как говорится, не только красавица, но ещё и спортсменка и комсомолка. Высшее образование, красный диплом… Про спортсменку — это не шутка. Увлекалась таэквондо. Гм, надо бы быть с ней поосторожней… Мало ли что… Шутка, конечно. Ничего она мне не сделает, даже если я ей сделаю очень неприятно. Работа такая…