Отставник 2 - Павел Чук

почему его вновь вызывают на корабль командующего силами вторжения и в последний момент, а когда он уже был на борту корабля, ему изменили вызываемого адресата. И сейчас он вновь шёл запутанными коридорами к главнокомандующему силами вторжения, Великому Представителю — ашш Шнкасс Хонсу. Мыслей по поводу причины такого экстренного вызова у него не было. Всё время после освобождения из плена он находился в части, освобождённый на короткое время от полётов. Занимался рутиной: отрабатывал навыки на тренажёрах, делился опытом с сослуживцами и грехов за собой не знал.

— Разрешите войти? — в этот раз помещение не являлось залом для награждений, а представляло собой небольшую каюту, где, не считая охраны, находились всего двое истинно живых. — Капитан воздушного флота, пилот штурмовой атмосферной авиации — ашш Сошша Хааш, представляюсь по случаю прибытия…

— Входи офицер, — вместо ашш Хонса ответил ашш Иссааш, которого ашш Хааш видел во время вручения ему боевой награды. — Присаживайся. Капитан, вы хорошо знаете Устав?

— Так, точно, — хотел вскочить капитан, но его жестом остановили, а охрана напряглась при резком движении.

— Тогда расскажите нам с главнокомандующим обстоятельства, как вы попали в плен, как из него бежали.

— Мой генерал, — обращаясь к старшему по званию, заговорил ашш Хааш, а память лихорадочно заработала, вспоминая, что он рассказал во время допроса и что указал в своём рапорте, и убедившись, что всё рассказал без утайки, спокойно продолжил, — вся информация содержится в протоколах моих опросов и в составленном рапорте. К сказанному мне добавить нечего, но, если необходимо, я повторю с точностью до нескольких минут все обстоятельства, что помню.

— Не надо. Подойди, капитан, — главнокомандующий жестом приказал подойти к столу, где накрытый тканью лежал какой-то предмет. Капитан, не делая резких движений, подчинился.

— Это ваше??? — откинув ткань, главнокомандующий указал на предмет.

— Так, точно!!! — не скрывая радости, ответил капитан, — это фамильное оружие, что передаётся от отца к старшему сыну! Я очень рад, что поймали этого хоска, что взял меня в плен!!!

— Значит вы не отрицаете, что… — заговорил начальник разведки, но главнокомандующий его прервал.

— Капитан, свободны… хотя нет, ответьте, почему истребители не могли поразить цель?

— Что за цель, мой генерал?

— Тихоходный атмосферный бот, — этому вопросу капитан удивился, но виду не подал.

— Мой генерал, так система опознавания свой — чужой не даст этого сделать. Что касаемо истребителей, открыть огонь по летательным аппаратам, да и наземным целям, возможно, только после снятия блокировки, а таковая производится только в стационарных условиях. По поводу военно-транспортных ботов ничего ответить не могу, может у них своя специфика, но их оружие не причинит особого вреда ни истребителям, ни большинству наземной тяжёлой техники, — быстро ответил капитан, не понимая причину поставленных вопросов. Если его проверяют на знание тактико-технических характеристик летательных аппаратов, то для этого есть тест-тренажёры, которые он с успехом прошёл.

— Я вас понял, капитан, свободны, — произнёс командующий, но капитан оставался стоять, — вопросы, предложения?

— Мой генерал, разрешите забрать клинок? Он, как я сказал, передаётся из поколения в поколение. И вся моя семья очень расстроилась, когда сообщил о его утрате.

Командующий взглянул на начальника разведки. Всё-таки это вещественное доказательство и проходит по его ведомству. Тот неопределённо пожал плечами, мол вы старший, вам решать.

— Хорошо, капитан, берите, но больше не теряйте.

Когда младший офицер вышел, командующий обратился к ашш Иссаашу:

— Ваши выводы?

— Мой генерал исходя из имеющихся данных, — витиевато начал доклад офицер, — но складывается впечатление, что хоск на этой планете один. Может, корабль потерпел крушение, может, случайно забросило…

— К такому выводу я пришёл перед операцией по освобождению нашего пилота, — перебил доклад главнокомандующий, не упоминая, что фактически освобождение истинно живого из плена получилось спонтанно и как никогда кстати, — а сейчас только утвердился в этом. Анализ боестолкновений показывает, что он действует только в этих двух гексагонах, — командующий указал на трёхмерную карту планеты.

— Значит, где-то там у него база, — пришёл к умозаключению начальник разведки, — пусть он и хоск, но состоит из крови и плоти, и ему нужна еда, вода и отдых.

— Верно. Околопланетное пространство не сканировали? Может корабль неизвестный или обломки?

— Корабля точно нет, но на обломки не обращали внимания, я распоряжусь провести сканирование сферы околопланетного пространства.

— Даю добро. И пусть постоянно мониторят пространство, чтоб неожиданностью не стало, если эти хоски прилетят за своим… солдатом.

— Понимаю, мой генерал. И если принять за истину, что хоск один, то у меня есть предложение.

— Говори.

— Радиообращение к аборигенам.

— Думаешь, стоит? Мы никогда не входили в контакт с местными, ни разу.

— Мой генерал, Верховный Представитель, всегда что-то случается в первый раз. Тем более, как я докладывал, много аборигенов спряталось в подземных убежищах. Большое количество подземных убежищ зафиксировано в северо-западной части жёлтого континента.

— Что предпринимается?

— Этот вопрос лучше адресовать командиру группировки, — перевёл стрелки начальник разведки.

— Ладно, с ним я сегодня обсужу этот вопрос, а пока, готовь проект сообщения. Завтра начнём передачу по всем частотам.

Глава 17

В предрассветном утре увидеть силуэт, вылезающий из-под земли словно из могилы, было, мягко сказать, необычно. Я пригляделся. Вроде человек, вроде живой. Не труп, как пугают зомби-апокалипсисами современные предсказатели, а вполне живой, вроде. Лицо-то его я толком не рассмотрел, но когда он накидывал на себя теплоотражающую накидку, то руки его оказались на виду и живой труп не будет прятаться, используя специальные материалы, хотя, какая температура тела у зомби?

«Тьфу, какие мысли лезут», — чертыхнулся, а сам продолжал внимательно следить за субъектом. Тот, осторожно подошёл к неприметному пню, что стоял среди деревьев и наклонился над ним. Произвёл какие-то манипуляции, вынул из него что-то, положил к себе в сумку, что была спрятана под накидкой и внутрь пня установил что-то явно техническое. После проведённых манипуляций, неизвестный оглянулся и пошёл назад к тому месту, откуда только что вылез.

— Волга раз! — произнёс тихо, но, чтобы меня услышали. Иного пароля я не знал и произнёс его, надеясь привлечь к себе внимание, но вместо ответа неизвестный кинулся к лазу и быстро, что я даже не успел ничего предпринять, скрылся внутри, с лязгом закрыв за собой задвижку.

— Вот так вот, убежал… — произнёс, осматривая место, куда скрылся неизвестный.

Неприметный холм, едва выделяющийся на общем фоне, покрыт дёрном. Под ним я нащупал металлическую основу.

«Может разрыть и посмотреть, есть возможность открыть с внешней стороны?», — не успел подумать, как послышался лязг открывающегося запорного устройства. Я отпрянул назад, а то вдруг сразу палить начнут.

— Днепр четыре! — прошептали, не вылезая наружу.

— Это Бес. Назовись.

— Это Заря. Бес точно ты?

— Да, я, Заря. Мы с Партизаном… — только успел проговорить, как люк откинулся и жестом меня поманили внутрь. Преодолев по отвесной металлической лестнице метров пятнадцать, ноги почувствовали твёрдую поверхность пола.

— Люк закрыл?

— Да, — ответил и попал в объятия командира. — Тише, задавишь!

— Так, пошли, потом поговорим. А то всех тут у нас переполошил. Малой, что ходил элементы питания у прибора видеоконтроля поменять, чуть заикой не стал. Я сразу и не поверил, говорит, чёрт в лесу бродит и непонятные слова говорит. Хорошо, что сообразил — это ж один из наших паролей опознавания на марше. Отдышался? Пошли-пошли.

— Стой Заря, у меня там в лесу люди, — что недалеко прячутся девушки, я говорить не стал, дабы на первое время избежать лишних вопросов и, мало ли как солдаты себя поведут, узнав, что совсем рядом противоположный пол. Ещё голову потеряют, с шашками нагало на танки бросятся. Вот и утаил эту информацию.

— А Партизан где?

— Разделились с ним, потом расскажу. Нужна верёвка, носилки. Там двое ранены — ноги повреждены. Их надо забрать, пока не рассвело.

— Понял. Сейчас организуем.

Светало и приходилось действовать быстро, но соблюдая меры маскировки. И только через три долгих часа, после того как в жилой блок убежища доставили последнюю бывшую пленницу, я немного расслабился.

— Девушек разместили, выдали одежду, накормили, — доложил боец. От его голоса я вздрогнул. Не заметил, как задремал, сидя в кресле.

— Принято, занимайтесь по распорядку, — ответил Заря, а я ухмыльнулся. Всё-таки нормальный он командир, наладил быт, подготовился к приёму бойцов,