Исповедь смертного греха 2 - Макс Вальтер

Глава 10

Не место для дружбы

Мы собрались у оружейки. Две группы, два точных, отлаженных до идеального состояния механизма. Долгие месяцы тренировок не прошли даром, и недооценивать друг друга мы не собирались. Нам дали всего два дня на подготовку, разработку тактики и какой-нибудь хитрости. В эти дни мы с Кариной больше не встречались, однако никто не запрещал нам общаться по визору.

Дашка подготовила сюрприз в виде вредоноса, который спрятала в мемчике. Эдакая шуточная картинка, где наша команда побеждает команду Карины, с надписью: «Готова к унижениям?»

На секунду повисла тишина, а затем Ибрагимова грохнула от смеха. И хохотала она открыто, во весь голос. А ведь именно такую реакцию спрогнозировал Санёк. Вначале я ему не поверил и до самого последнего момента хотел подписать по-своему, что-то типа: «Удачи». Однако Саня тут же отмёл этот вариант, сказав, что таким образом я вызову у подружки лишь презрение. И, скорее всего, она обязательно заподозрит что-то неладное. Он очень сильно вырос в управлении поведением.

Впрочем, мы все стали другими людьми. Даже Дашка со своей вечной добротой и совестью научилась отвечать жёстко. А иногда её взгляд делался ледяным, расчётливым. Да что там говорить, ещё два года назад она бы ни за что не пошла на то, чтобы подбросить вирус подруге во время экзамена. А сейчас сама предложила и не чувствует по этому поводу никакого дискомфорта.

Единственный из нас, кто практически не изменился в плане характера, это Мишка. Он всё так же балагурил по любому поводу и заряжал окружающих оптимизмом. К слову, мем, который я отправил Карине, собирал именно он, хоть и под чутким руководством Санька.

«Есть подключение», — прилетело сообщение от Дашки.

«Отлично», — вернул ей ответ я.

Наконец дверь оружейки распахнулась, и мы отправились облачаться. Я ходил вдоль длинных стеллажей с оружием, прокручивая различные комбинации. Дальней дистанции не предвидится, а значит, снайперские винтовки отпадают. Нужно что-то для среднего и ближнего боя, а для этого как нельзя лучше подходит оружие от старого, доброго концерна «Калашников». Здесь есть и дробовики, и укороченные версии автоматов. Несколько видов пистолетов, пулемёты и даже гранаты… Стоп!

Я замер возле ящика с гранатами и поймал на себе насмешливый взгляд Карины. Так вот что означала её ухмылка тогда, когда мы обсуждали применение светошумовых гранат. Она откуда-то знала, что в нашем арсенале они будут без всяких изощрений и колхозного изобретательства. Были здесь и шокеры — гранаты, которые поражали электрическим током.

В итоге я выбрал себе укороченную версию автомата Калашникова с магазином на тридцать патронов. Ещё четыре снарядил в запас. Плюс небольшой дробовик со складным прикладом и два пистолета-пулемёта под патрон десять миллиметров. Каждый взял по три гранаты: одну флешку и две электрички. Ну а по остальному вооружению каждый выбрал то, что считал для себя наиболее удобным. Санёк в качестве основного аргумента взял дробовик. А от автоматического отказался совсем. Дашка, напротив, ограничилась только автоматом и не стала себя нагружать дополнительным весом второго оружия.

Ну и, естественно, защита: наколенники, налокотники, тактические перчатки и шлемы. Не забыли и о лёгких бронежилетах. Боеприпас хоть и учебный, но прилетает им всё равно будь здоров. Мы ещё от первого экзамена толком не отошли, так что если есть возможность поберечься от травм, лучше ей воспользоваться.

На всё у нас ушло не более пятнадцати минут, и вскоре мы уже стояли на стартовой позиции, ожидая сигнала к началу атаки.

— Играем от обороны, — произнёс я, как только мы остались одни, без инструкторов. — Делимся на пары. Саня, ты со мной. Дашка — с Мишкой. Расходимся по флангам, ищем противника. В бой не вступаем, только огрызаемся. Задача: найти их, оттянуть на себя и привести к точке «В». Там встречаем их всей группой. Вопросы?

Вопросов не было. Мы отрабатывали эту тактику десятки раз на симуляциях. Каждый знал свой манёвр, свою зону ответственности.

— Тогда активируем меш-сеть — и вперёд, — скомандовал я. — И помните: никакой самодеятельности. Увидел противника, огрызнулся, доложил, отступил. Не геройствуйте.

Мишка хмыкнул, поправил ремень дробовика и первым скользнул влево, туда, где начинался лабиринт из грузовых контейнеров. Дашка двинула за ним с автоматом наперевес, лёгкая и бесшумная, как тень. Мы с Саньком свернули вправо, к сектору с бетонными заграждениями и ржавыми остовами какой-то техники.

Полигон встретил нас тишиной. Той самой, неестественной, которая давит на уши сильнее любого шума. Я знал, что где-то там, за контейнерами и баррикадами, уже движется группа Карины. Знал, что она тоже выработала свою тактику. Но какую именно, оставалось только гадать. Одно было ясно наверняка: мало нам не покажется.

Интерфейс работал в полную силу. Перед глазами развернулась боевая сетка. Полупрозрачные линии расчертили пространство, выделяя потенциальные укрытия, сектора обстрела, мёртвые зоны. Каждый шаг и поворот головы сопровождались потоком данных: дистанция до ближайшего укрытия, вероятность встретить противника за следующим углом, оптимальная траектория движения. Я уже привык к этому, ведь интерфейс давно стал частью меня, как продолжение собственного сознания.

Кстати, очень любопытная вещь происходила с телом в момент активации тактического режима. Руки всегда следовали за перекрестием, которое было расположено перед глазами. Словно они не мои и действуют сами по себе. В первое время меня это сильно беспокоило, но сейчас это состояние стало привычным. Тем более я уже успел убедиться в его эффективности на практике.

Мы с Саньком двигались слаженно, понимая друг друга без единого слова. Я шёл первым, сканируя пространство. Санёк прикрывал тыл и левый фланг, его дробовик был идеальным оружием для ближнего контакта. И обращаться с ним он умел. Мы петляли между бетонными блоками, и каждый наш шаг был выверен до сантиметра. Интерфейс подсвечивал оптимальные позиции зелёным, опасные зоны — красным. Мы скользили от укрытия к укрытию, как вода, обтекая препятствия.

— Чисто, — прошептал я, замирая у ржавого остова погрузчика.

— У меня тоже, — отозвался Санёк. — Мишка, Дашка, что у вас?

— Тихо, как в склепе, — сквозь помехи прорвался голос Мишки. Всё-таки нас глушили, и даже несмотря на то, что мы перешли на низкочастотную связь, отголоски шума всё равно прорывались. — Пока никого. Продвигаемся к точке «А». Дашка говорит,