Наше будущее - Джей Эшер

Состоит в отношениях с Филиппом Коннором

Окей, это… хм… я не знаю…

Входит Эмма и плюхается на кровать:

– Нашел что-нибудь интересное?

– Нет!

Я быстро кликаю по красному крестику в углу экрана, страница «Фейсбука» исчезает, и AOL мелодично произносит «до свидания».

– Извини, – быстро говорю я, все еще чувствуя потрясение от того, что я только что увидел. – Хочешь, снова подключимся?

Эмма качает головой и усмехается:

– Скажи, ты правда поменял белье только потому, что я пошутила насчет боксеров?

– Нет, – говорю я. Хотя на самом деле – да. То, что она застала меня в одних трусах, было достаточно неудобно. Но, учитывая, что невозможно сказать, когда девушка, с которой у меня есть шанс жить вместе в будущем, может увидеть, что у меня под одеждой, я не хочу, чтобы ее первая мысль тоже была «Ты что, никогда не слышал о трусах-боксерах?».

После того как Эмма ушла, я принял душ и вытащил у отца из ящика новые трусы. Они мне немного великоваты, но пока сойдет. А после школы зайду в магазин и куплю себе несколько пар.

– Не забывай, я всегда знаю, когда ты врешь, – говорит Эмма. – А если ты сделал это ради Сидни, то все совсем печально. Ты же вообще ее не знаешь.

– Я пока не знаю ее, – отвечаю я. – Но это должно произойти.

– Да неужели? Она тебе вчера позвонила?

Я надеялся, что этого вопроса удастся избежать.

– Если она тебе не позвонила, – продолжает Эмма, – возможно, она вообще передумала.

Я молчу. А вдруг Эмма права? Мы с Сидни на самом деле совершенно не знаем друг друга. Может, она тогда заметила меня на уроке раньше, чем это должно было случиться, и теперь волны, расходящиеся во времени, отталкивают нас в разные стороны?

Эмма перегибается через мое плечо и снова набирает пароль AOL.

– Это неважно, – говорю. – Я все равно не ждал, что она позвонит мне прямо сразу.

Прежде чем направиться к Эмме, я отнес телефон в ванную и подключил его к розетке возле шкафчика с лекарствами. Открыл окно ванной и положил телефон на подоконник, чтобы можно было услышать сигнал из комнаты Эммы. Потом взял беспроводной телефон из комнаты родителей и поставил его возле входной двери, чтобы можно было быстро перебежать двор и ответить на вызов, прежде чем Сидни положит трубку.

– Тут ты прав, – говорит Эмма. – Она не станет тебе звонить сразу же, а будет играть в недотрогу.

– Ты думаешь?

– Так положено по правилам, – поясняет Эмма.

Эмма и Келлан часами болтают об отношениях с парнями и отвечают на всякие опросы в журналах. Если я пытаюсь вставить хоть слово, они только смеются и кричат, что я вообще понятия не имею, что говорю.

Эмма внимательно читает комментарии на своей странице.

– Не могу точно сказать, – говорит она, – но кажется, этот Кевин Сторм то ли пожарный, то ли врач.

Даже если Сидни решит изображать неприступность, она все равно когда-нибудь мне позвонит. Зачем иначе было спрашивать мой номер? Эмма просто пытается посеять во мне сомнения, и меня это бесит.

– Тебе повезло, – бросаю я. – Значит, он лучше того Джордана Джонса. Ты нашла еще что-нибудь интересное?

Эмма продолжает смотреть на экран. Мне не стоило бы задавать этот вопрос, раз уж я сам не готов честно на него ответить. Я сказал ей, что ничего не увидел, но ведь мой брат будет состоять в отношениях с кем-то по имени Филипп!

– Ничего нового, – отвечает Эмма. – Но я подумала про твой список, ну, про людей, будущее которых ты хотел проверить. Не уверена, что…

Я вытаскиваю сложенный листок из рюкзака. Эмма выхватывает его у меня и читает имена. А мне хочется сказать, что лучше бы выбросить этот список и больше никого не проверять. Возможно, люди скрывают какие-то факты, которые мы ненароком обнаружим. Как я с Дэвидом.

– Фу-у-у! – Эмма сует листок мне в руки. – С чего ты решил вписать сюда Кайла Симпсона?

Я смеюсь:

– Ты о чем? Ты же с ним встречалась!

– Всего пару раз. И у меня нет ни малейшего желания выяснять, чем он будет заниматься в будущем.

– Скорее всего, будет танцором «Чиппендейлс», – говорю я. – Или станет основателем нудистского поселения, или…

– Прекрати! – Эмма бросает мне ручку. – Если хочешь проверить чье-то будущее, для начала вычеркни Кайла из списка.

Я вычеркиваю, понимая, что в конце концов мы поступим так со всеми. Но если я сейчас скажу это Эмме, она поймет, что я что-то от нее скрываю.

– Мне никогда не понять, как ты можешь то встречаться с парнем, то говорить «фу» при его имени, – замечаю я. – Надеюсь, никто из девчонок, с которыми я встречался, на скажет так обо мне.

– Уверена, что не скажут, – отвечает Эмма. – Но Кайл мне вообще-то не нравился по-настоящему до того, как пригласил меня на свидание. Просто он оказался рядом в подходящий момент. Как та девушка из Сиэтла у тебя.

Вернувшись с каникул, я довольно много рассказал Эмме о девушке из Сиэтла и даже показал ей школьную фотографию, на обороте которой она фиолетовыми чернилами написала свой телефон. Снимок я показал потому, что девушка была хорошенькая, а еще потому, что мне хотелось заставить Эмму ревновать.

– У нас все было по-другому, – говорю. – Трудно поддерживать отношения на расстоянии. Но зачем встречаться с кем-то каждый день, когда он тебе даже не нравится? Мне бы хотелось, чтобы девушка мне сначала понравилась, а со временем я бы безумно в нее влюбился.

– А Сидни тебе нравится? – спрашивает Эмма.

Я смотрю в окно на свой дом. Телефон молча лежит на подоконнике ванной. Мне хочется сказать «Да, конечно, Сидни мне нравится». Она очень красивая. К тому же всякий раз, когда я видел, как она разговаривает с кем-то, она казалась очень милой. Но смогу ли я безумно влюбиться в нее? Хотя это же должно произойти?

– Мы с тобой очень разные в этом плане, – говорит Эмма. – Ты всегда хочешь, чтобы все было надолго, и ты будешь с кем-то, пока точно не поймешь, что это не подходящий для тебя человек. Поэтому я поняла, что ты врал, когда сказал, что ты бросил ту девушку из Сиэтла. Ты все время говорил о ней только хорошее, а это значит, что ты ее не бросил бы.