Инволюция - Макс Вальтер

Он взял трубку для опия, немного отщипнул от общего куска, скатал между пальцев колбаску, а затем ещё раз отделил от неё кусочек, размером едва больше спичечной головки. Его он вложил в приёмник и поднёс к нему огонёк зажигалки. Немного подождал, пока тот начнёт тлеть и с силой втянул в лёгкие сизый дым.

– Ну, объяснения будут? – спросил я, когда пацан сбросил ногу Мутного с дивана и развалился на нём.

– Я ушёл от вас три недели назад, хотел насадить веру в захваченной ранее деревне, – приступил наконец к рассказу Царь. – Но там уже все были мертвы. Все до единого: женщины, старики, дети, все, даже куриц и тех постреляли.

– И когда тебя эта хуйня беспокоила? – пожал я плечами.

– Ты в натуре дурак или притворяешься?! – поднял на меня удивлённый взгляд тот. – Я говорю о нашей деревне, которая принадлежит нам по праву завоевателей!

– Так, успокойся! – поморщился я. – Ну подохли там все и хуй на них, чё теперь, плакать? Давай я тебе плюху за упокой накатаю.

– Пиздец, – вздохнул тот и на некоторое время замолчал. – Я, короче, назад вернулся. Вы здесь, вообще, все вповалку, хуй пойми кто жив, вообще, а кто нет. Тоня более или менее в адеквате…хотя какой там. Она вон там на полу сидела и глупо хихикала, когда я пытался до вас достучаться.

– Ну, достучался вот, – я обвёл руками комнату. – Хули так нервничать, ща всех махом разбужу и пойдём разберёмся, ебать.

– С чем вы разбираться собрались?

– Ой, да подожди ты, не суетись, – поморщился я, – на меня навалилось состояние апатии, – Бля, пить охота, пиздец на хуй! Где эти ебучие Жрецы… Э-э-э! – заорал я. – Воды, бляди, принесите!

– Никто не придёт, – усмехнулся Царь – Вы всё проебали.

– Да ты заебал, душнила, хули ты ноешь?!

– Да это ты заебал, Гера, включай уже мозги! В посёлке никого нет, все ушли.

– Куда?

– Я ебу?! – развёл руками Пётр. – Когда я вернулся, здесь уже никого не было. Мёртвые рабы только в сарае остались, видимо, с голоду передохли.

– Охуеть, – до меня только начало доходить происходящее.

– Вот я и охуел, – грустно усмехнулся пацан. – Видимо, до них наконец-то дошло, что вы никакие не Боги, а самые обыкновенные наркоманы.

– Кто бы, блядь, говорил.

– Ой, да иди нахуй, я не такой как вы.

– Это само собой, – ухмыльнулся я. – Ленка вон тоже заявляла, что в любой момент сможет спрыгнуть, ха-ха-ха. А ты, вообще, где сам был всё это время? Здесь до соседей пешком можно за день успеть.

– Я возвращался, – отмахнулся пацан. – Ну а хули толку, если вы здесь все в слюни.

– И чё дальше?

– Искать пошёл. Тех, кто в нашей деревне всех убил.

– Нашёл?

– Нашёл, но там одному делать не хуй.

– И кто это?

– Ну а ты, блядь, совсем тупой, сам не догадываешься?

– Я те чё, Ванга, блядь?

– Люди Бабая, – наконец выдал необходимую информацию Царь.

– Так он же сдох, – удивлённо уставился на пацана я. – Мутный его голову обоссал. Или его поднял кто?!

– Да кому он на хуй нужен! – снова перешёл на крик Пётр, видимо, его бесила моя тупость.

А мозг и в самом деле соображал очень туго. Информация вроде как влетала в уши, но усваиваться и задерживаться никак не желала.

– Бля, подожди, – помотал я головой, а затем втянул в ладонь несколько частиц и устроил принудительный вытрезвитель всей нашей компании.

Не прошло и пары минут, как друзья начали один за другим шевелиться. Видок у всех, конечно, ещё тот, озноб, кислые, мятые рожи, у Мутного на щеке что-то прилипло, возможно, даже та самая блевотина.

Мне тоже резко поплохело, захотелось курнуть и какими-то невероятными, нечеловеческими усилиями удалось сдержать порыв. В отличие от Мутного, конечно, который, не говоря ни слова, первым делом потянулся к трубке.

Пришлось снова прибегнуть к магии, чтобы отшвырнуть его обратно на диван.

– Да ебать-колотить, – удивлённо пробормотал он. – Хули так штормит?

И он снова сделал попытку добраться до трубки, как и в прошлый раз – тщетно.

– Тихо, блядь! – поборов тошноту, рявкнул я. – Никто не курит и не колется, пока я не разрешу. Лен, поставь нас на ноги.

– Ща, – выдохнула она, а затем напротив, набрала полную грудь воздуха и задержала дыхание. – Сука, икота напала, попить бы. Где эти ёбаные шаманы.

– Кто? – хрюкнул с дивана Мутный и тут же сложился пополам, выворачивая желудок себе под ноги.

– Ну Жрецы, блядь, какая на хуй разница! – огрызнулась Лена.

В отличие от нас, она уже практически пришла в норму. Ей, похоже, вообще непонятно слово «плохо», «болит», или ещё что-то подобное.

Её силы тоже серьёзно подросли, и теперь она могла поправить наше здоровье, не отрывая задницы от дивана. Не прошло и минуты, как поганое состояние отпустило, а само самочувствие сделалось бодрым, будто мы только что по паре кружек крепкого кофе выпили.

– А Тоня где? – я вдруг заметил, что девушки нет с нами в комнате.

– В сортире я! – донёсся глухой крик. – Блевала. Спасибо, Лен, сейчас намного лучше.

– Да говно вопрос, – крикнула в ответ та, – обращайся. А чего мы сидим-то?

– Сидеть! – рявкнул я, когда понял, что Лена тоже потянулась к трубке и опию.

– Ну Гер, по дэхе раскумарими всё, для настроения…

– Нет, потерпи!

– Ой, да и вали на хуй, козёл! – мгновенно сменилась в настроении та. – Зажал, что ли?

– Да блядь! Заткнитесь вы все на хуй! – крикнул я на полную мощь лёгких.

– Ты чё, бля, ебанулся совсем? – ухмыльнулся с дивана Мутный. – Не ори на хуй, динамики сядут, ха-ха-ха.

– Ща уебу!

– Да всё, всё, ебать. Молчу, – Мутный провёл пальцами по губам, имитируя замо́к-молнию.

– Короче, мы в полной жопе, – начал было Царь, но я запустил в него чьим-то ботинком. – Ты чё, ебанулся совсем?!

– Ебальник завали, щенок, – вместо меня огрызнулась Лена.

– Спасибо, – вежливо кивнул ей я. – Как уже сказал Петруха, у нас образовался небольшой пиздец.

– Хуясе небольшой… – попытался снова возмутиться Пётр, но теперь уже Мутный лягнул его ногой.

– В общем, вторая точка уничтожена, а наши верующие съебались, – наконец закончил я.

– Ой да и по хую́, – отмахнулся Мутный и снова потянулся к трубке.

– Да успокойся ты, ёбаный шашлык, блядь! – уже в третий раз я усадил кореша на место при помощи магии.

– А чё, прям все посъебались? – выбралась из туалета Тоня и встала в дверях.

– Прям да, – вместо меня ответил Царь. – А вторую деревню люди Бабая