Маг Стихий - Головачёв

— Естественно, существование такого могущественного и мерзопакостного артефакта на нашей планете не могло не вызвать у нас вопросов, и отец принялся за поиски упоминания о нём в исторических хрониках. И его труды очень быстро принесли результат. Ответ был найден в сказке барда Бидля о трёх братьях Певерелл. Но учитывая наличие у нас на руках физического подтверждения существования Даров Смерти, а иного убедительного объяснения происхождения палочки у нас не нашлось, назвать историю Бидля сказкой уже язык не поворачивался.

— И как в итоге твой отец смог избавится от палочки и разорвать с ней связь? — Воспользовавшись заминкой Ратислава, задал свой вопрос Тиберий.

— Когда мы поняли, с чем имеем дело, то решили использовать палочку в качестве дара в ритуале благодарения и празднования дня Мары (25 ноября). Мы посчитали, что возвращение палочку её дарительнице роду людскому — это единственный возможный способ избавиться от неё. И у нас это получилось! Палочка исчезла из ритуального круга, а наш род в благодарность получил дар от Вечной невесты. Вот только мы тогда посчитали и были уверены, что окончательно избавили тварной мир от нахождения в нём Бузинной Палочки. Но как теперь выяснялось — это не так.

Какая интересная информация… Но в свете только что открывшегося, у меня возникло сомнение в правильности решения, которое я принял, когда разгласил Лордам сведения о наличии палочки у Альбуса. Впрочем, был ведь ещё один дар Смерти, место нахождения которого было известно нашей семье. Раз канон уже пошёл по одному месту, а Дамблдор перестал быть прямо-таки недостижимой высотой, покушаться на которую стало бы неосмотрительностью с моей стороны, считаю, что вполне резонным и прагматичным будет изъятие кольца Гонтов к себе во благо. Не вижу острой необходимости оставлять то в хижине Гонтов, в надежде, что она окажется причиной смерти директора Хогвартса. Мне оно сейчас будет нужнее. Крестраж например можно будет пустить на усиление родового камня, который ещё только предстоит создать, а само кольцо уже после становления меня Лордом, использовать в качестве дара Морене. Намного уместнее это будет делать от лица новоиспечённого рода, ведь в таком случае ответная благодарность Высшей Сущности нашего мироздания ляжет уже на всех моих родичей принимающих в ритуале участие.

Мда… И почему мне сразу не пришла подобная мысль? Она ведь была не то чтобы очень сложной, замысловатой и недостижимой, а вполне очевидной. В мире волшебства, в котором я уже лично сталкивался с сущностью знакомой с Творцом, можно ведь было предположить и поверить в существование кого-то вроде Хель? И если принять данный факт за истину, то и вариант того, что делать с её дарами, можно сказать, лежит на поверхности.

«Ладно, сожалеть о содеянном бессмысленно. Раскрыл тайну нахождения Бузинной палочки и хрен бы с этим! Да и есть чем себя утешить, если на то пошло. Создал проблемы Альбусу».

А ведь у директора Хогвартса должна быть ещё и семейная реликвия Поттеров, третий Дар Смерти — Мантия невидимка! Вот только покушаться на неё будет подлым, а ещё и очень опасным решением. У мантии ведь имеется вполне себе законный наследник — Гарри Поттер! Так что не думаю, что при живом владельцы, реши мы в тайне от него использовать краденный дар в ритуале благодарения Морены, нам перепадёт от неё что-то хорошее. Как бы не наоборот. Это палочка уже давным давно как гуляет по рукам и не имеет законного владельца, так как кровная линия Антиоха Певерелл на нём же и прервалась. А вот у мантии и кольца наследнички имеются.

«Хм… А ведь точно! Кольцо не стоит использовать до тех пор, пока окончательно не прервётся земной путь Реддла, последнего наследника линии Антиоха».

Но об этом можно будет поразмышлять позднее, а сейчас стоит вернуть все своё внимание к происходящему за столом в вип-ложе.

— Так, стоп! Это что получается, директор Хогвартса сейчас является владельцем артефакта, который медленно, но верно сводит его с ума и делает опасным для окружающих⁈

Не на шутку всполошился Тиберий Огден, а вместе с ним и Уильям Солсбери, чья дочь сейчас является ученицей Хогвартса.

— Выходит, что именно так всё и обстоит. Избежать влияния дара Смерти на разум и душу его владельца невозможно. По крайней мере мы не смогли найти способ, как это было бы возможно осуществить. И если нам, Древнейшему и Благороднейщему Дому с огромным собранием сакральных знаний хранящихся в библиотеке рода не удалось справится с этой проблемой, то Альбуса, даже не смотря на его ученичество у Николаса, и подавно это будет не по силам.

Несколько минут за столом царила гнетущая тишина, но ровно до тех пор, покуда слово с самым решительным видом не взял Лорд Огден, обращаясь как к нам в частности, так и словно бы ко всей своей отчизне в целом.

— Я не допущу, чтобы этот идиот и впредь находился подле учеников Хогвартса. Необходимо приложить все наши силы, чтобы Альбус покинул стены цитадели, в которой взращивается новое поколение наших сограждан. Это будущее нашей страны. Дамблдор же представляет ему прямую угрозу.

Это прозвучало не просто как призыв к действию, а словно клятва, которую Тиберий давал самому себе.

— Я с тобой, Тиберий. Уже сейчас в Хогвартсе учится моя дочь, а в скором будущем должен будет поступить сын, — Уильям тоже не собирался мириться с этим и допускать возможность существования прямой угрозы своим детям.

Мне же, по большому счёту, на Оловянные острова, как таковые, было плевать. Лишь бы не происходило социальных, политических и прочих катаклизмов, которые могут осложнить жизнь моим близким. Остальное считал не моего ума дело. Но в случае с Дамблдором, с его тлетворным и пагубным влиянием, которое паук оказывал на подрастающее поколение, я был на стороне патриотов Англии. Его нужно было устранять, но в силу своей осторожности, делать это я намереваюсь чужими руками. Я вроде как трезво оцениваю свои шансы в открытом противостоянии с Дамблдором и считаю их очень высокими. Но вместе с этим присутствует у меня какой-то подспудный страх перед Альбусом. Моя интуиция нашёптывает, что не всё так просто с директором Хогвартса. Оттого-то и не хотел ввязываться с ним в драку. Он ведь в принципе мне не особо-то и мешает, а то что изредка приходиться действовать с оглядкой на Дамблдора, так невелика беда. Теперь же он стал уже