Две короны - Кэтрин Веббер

Роза оглянулась на Шена, ее голос был испуганным шепотом.

– Зачем ты привез меня на край света?

Шен не отрывал взгляда от скал.

– Добро пожаловать в Орту, принцесса, в дом ведьм.

Рен

Глава 15

На следующий день после встречи с Ратборном в розарии попытки Рен избежать встречи с лучшей подругой Розы прекратились. Она поужинала в столовой с Чапманом, съев тушеную говядину, морковь в медовой глазури и картофельный фондан, прежде чем отправиться в библиотеку. Там под предлогом вечерних занятий она начала планировать убийство Дыхания короля. В месте, где так много любопытных глаз и ушей, Рен нужно было совершить чистое убийство – что-то быстрое и незаметное. Вскоре исследование привело ее к варианту с отравлением.

Селеста нашла ее свернувшейся в кресле, погребенной под горой исторических томов.

– Попалась! – воскликнула она, влетая в библиотеку. Рен вздернула подбородок, ее сердце внезапно застучало в груди. Лучшая подруга Розы соответствовала описанию, которое она запомнила: высокая и стройная, с темно-коричневой кожей и черными вьющимися волосами, которые слегка подпрыгивали при каждом шаге. У нее были ярко выраженные скулы, теплые карие глаза и изогнутые в улыбке губы.

Рен сунула брошюру о ядовитых растениях, которую она тайно читала, под кресло как раз в тот момент, когда Селеста взяла книгу с колен. Это был трактат о торговых законах Эаны. Она высоко подняла его за один угол.

– В последнее время ты слишком серьезно относишься к истории с коронацией, – отметила Селеста, сморщив нос. – Роза, я все время говорю тебе: по-настоящему хорошая королева знает, как отдыхать.

Рен выдернула книгу из рук Селесты, притворяясь, что ей небезразлична чепуха, написанная внутри ее.

– Могу ли я сначала подождать, когда корона окажется на моей голове?

Селеста высунула язык:

– Я хочу вернуть свою лучшую подругу назад. Я скучаю по нашим ночевкам.

– Чапман думает, что я ничего не могу удержать в голове. Я пытаюсь переубедить его.

Селеста присела на подлокотник кресла Рен.

– С каких пор тебя волнует, что думает Чапман? – Теперь она была так близко, что Рен смогла почувствовать ноты жасмина в ее духах. – Тебе следовало гораздо больше беспокоиться о моем мнении, и, честно говоря, я не могу поверить, что ты избегала меня!

Рен скорчила гримасу:

– У меня ужасно сильно болела голова. Разве Чапман не сказал тебе?

– Ах да, он сказал, что ты ужасно себя чувствовала и не могла увидеться со своей лучшей подругой, но ты, конечно, не была слишком больна, чтобы ходить на свидания со своим новым любовником, – с этими словами Селеста театрально откинулась на спинку кресла. – Только не говори, что это тоже важное дело для коронации. Мне кажется, что меня заменили.

– Не говори глупостей! – Рен вскочила на ноги и начала убирать стопку книг. – Я тоже пыталась не встречаться с Анселем, но он просто так… привязан ко мне.

– Теперь ты заговорила по-другому. Ты не могла перестать щебетать о его мягких волосах и поэтическом сердце после вашего первого свидания. Ты даже пошла и попросила испечь для него торт, ради всего святого. – Смех Селесты зазвенел вокруг них, и Рен немного расслабилась. Лучшая подруга Розы была глотком свежего воздуха. Рен стало стыдно, что ей приходилось жить в постоянном страхе быть пойманной ею.

– Что ж, конечно, мне нравится Ансель, – сказала Рен, ловко прикрывая свою оплошность. – Но я думаю, что для любви нужно больше, чем красивые волосы и приятные слова.

Селеста подняла идеально уложенную бровь:

– После стольких лет я рада видеть, что ты наконец начала меня слушать.

Рен беззаботно рассмеялась:

– Только в редких случаях.

Селеста поднялась на ноги.

– И, кстати, о красивых волосах и приятных словах, я должна рассказать тебе о моих любовных похождениях с Арчером Морвеллом, ты знаешь, сыном кузнеца. Тот с плечами. Я встречалась с ним внизу, у мельницы.

– Ты имеешь в виду, у него настоящие плечи? – спросила Рен, обмахивая себя рукой как веером. – Только не говори, что у него еще есть нос.

– И неплохой рот. – Селеста подвигала бровями, и Рен снова засмеялась. Шен был ее самым близким другом в мире, но его стошнило бы, если бы она когда-нибудь попыталась завести с ним такой разговор. Возможно, она что-то упустила в своей жизни.

– Расскажи мне все до мельчайших подробностей, – нетерпеливо попросила Рен. – Я изголодалась по сплетням.

Селеста взяла Рен под руку:

– Я расскажу тебе по дороге на кухню. Кэм спрашивал о тебе.

Внизу, на кухне, Рен в безмолвном изумлении уставилась на гевранский торт-мороженое, заказанный Розой. Он был произведением искусства. Пять слоев белого бисквита тщательно вылеплены и походили на сверкающий замок. Он был щедро украшен глазурью цвета слоновой кости, серебристый туман клубился вокруг его основания, в то время как изящно закрученный сахар капал, как сосульки, с каждого аппетитного яруса.

– Это невероятно, – выдохнула она. – Он выглядит прямо как дворец Гринстад.

Кэм, главный повар, стоял позади торта в фартуке и белой шляпе и светился, как гордый родитель.

– Что ж, я очень надеюсь, что твой принц согласится с этим. Я же говорил, что в конце концов все сделаю правильно.

Уже было поздно. В кухне никого не осталось, за исключением их троих, воздух согревался жаром печей и успокаивающим мерцанием огня. Рен улыбнулась повару. Он ей сразу понравился: невысокий и пухлый, с круглым улыбающимся лицом, загорелой кожей и карими глазами. На нее также произвела впечатление легкость в общении с ним. Несмотря ни на что, ее сестре удалось найти в Анадоне настоящих друзей.

Селеста провела пальцем по завитку глазури:

– Итак, когда мы сможем попробовать этот волшебный торт, Роза?

– Руки от шедевра! – Рен шлепнула ее по руке лопаточкой, когда фейерверк великолепного плана взорвался в ее голове. Если она собиралась отравить Виллема Ратборна, то ей нужна была идеальная возможность. – Я собираюсь подать его на специальном приветственном ужине для принца