Малыш - Игорь Сергеевич Градов

— Здесь курить нельзя, господин Линь запрещает!

— Ладно, — примирительно протянул Ред и затушил сигарету прямо о стол. — Могли бы сразу предупредить.

А сам незаметно кивнул мне — ты был прав, за нами наблюдают. Я слегка улыбнулся — кто бы сомневался!

Потянулись томительные минуты ожидания. Чтобы как-то отвлечься, я спросил у Реда:

— Кстати, ты верующий?

— С чего ты взял? — удивился тот.

— Ну, ты же сам только что сказал, что пойдешь в церковь и поставишь по свечке…

— Ну, это я так, — махнул рукой Ред, — к слову пришлось. Знаю, что некоторые из наших ходят в церковь, молятся и даже, говорят, исповедуются. Но Юродивый этого не одобряет — мало ли что они скажут священнику на исповеди! Некоторые секреты дорого стоят. Но и запретить он не может — это дело личное. Традиция и все такое прочее… Я сам в церкви редко бываю — только свечку иногда поставлю, если особо удачное дело проверну. Ну, типа спасибо Богу за подмогу. А так, чтобы каждый день молиться, да еще исповедоваться… Нет, это не по мне.

— А правда, что до войны Юродивый на церковной паперти побирался, как настоящий нищий? — поинтересовался я.

— Это ты у него сам спроси, — мрачно усмехнулся Ред, — если захочешь, конечно. Только не советую тебе этого делать — Юродивый очень не любит, когда в его личную жизнь лезут или о прошлом расспрашивают. К тому же слишком любопытные у нас долго не задерживаются. И вообще не живут…

Ред замолчал, давая понять, что не хочет распространяться на эту тему. Я задумался: насколько Юродивый был откровенен со мной, когда говорил о своем прошлом? Сколько, например, ему на самом деле лет? И что он делал во время войны? Как уцелел, как смог собрать свою банду? На эти вопросы у меня не было ответа.

Размышления прервал звук поворачивающего в скважине ключа.

— Ну вот и наш переговорщик пожаловал, — подмигнул мне Ред, — посмотрим кто это…

Железная дверь распахнулась, и на пороге появился… Желтый Глаз.

— Ты? — выдохнул Ред. — Что ты здесь делаешь?

— Догадайся с трех раз, — криво усмехнулся Глаз.

Мой бывший приятель вошел в комнату и уселся прямо напротив Реда.

— А… — начал догадываться тот.

— Вот именно, — кивнул Глаз, — я теперь служу переговорщиком у господина Линя. Так что, братан, базарить будешь со мной.

Ред скривился, но промолчал.

— Кстати, рад тебя видеть, Малыш, — добавил Глаз, обратившись ко мне.

Я кивнул — взаимно.

— Ну что, начнем? — продолжил Глаз. — Что твой Юродивый хотел нам передать?

— В общем, как бы это сказать… — начал Ред.

Я видел, что он основательно сбит с толку. Что же, надо дать ему время прийти в себя.

— Ты вроде на юг собирался, — поинтересовался я у Глаза, — хотел свое дело открыть. Что, передумал?

— Жизнь, Малыш, штука сложная, — туманно ответил бывший приятель, — не всегда получается то, что задумал.

— Ага, — поддакнул я, — человек предполагает, а судьба располагает.

— Вроде того, — согласился Глаз, — считай, мое появление здесь — ее очередная ухмылка, причем кривая. В общем, фишка так легла, что мне пришлось поступить на службу к господину Линю. И неплохое, скажу я тебе, место. По крайней мере, денег больше, да и безопаснее, чем лазить по развалинам. Ни «диких», ни радиации. Кроме того, господин Линь обещал мне помочь, если я все же решу открыть свою лавку на юге. Но сначала я должен помочь ему.

— Переговорщик — хорошая должность, — согласился я, — тебе по силам.

— Конечно, — улыбнулся Глаз, — с людьми я базарить умею. Сам знаешь!

— Да, — кивнул я, — умеешь. Но думаю, господин Линь нанял тебя не за твое красноречие, а потому, что ты знаешь всех людей Юродивого. И еще ты мутант и можешь противостоять таким, как я. Линю надо, чтобы ты нейтрализовал того, кого пойдет на переговоры от Юродивого. Значит, господин Линь заранее знал, кто это будет…

— Ты о чем, Малыш? — не понял Ред. — Как мог Линь заранее знать? Ведь мы никому ничего не говорили…

— Это просто, — пояснил я, — у вас в банде, Ред, завелась крыса, причем очень вредная. Она и шепнула тихонько господину Линю, кто будет на переговорах. Сечешь?

— И кто же это? — тупо уставился на меня Ред. — Кто предатель?

— А ты подумай, — усмехнулся я, — кто у вас недавно появился и сразу стал близок к Юродивому?

— Лом! — воскликнул Ред. — Вот ведь гад! Точно, это он. Я как чувствовал, что нельзя ему доверять, предупреждал Юродивого. Да только он меня не послушал.

— Все верно, — согласился Глаз, — Лом — тот еще гад. Даже среди вас, бандитов.

— Но он же своих двух людей положил, — размышлял вслух Ред, пропустив мимо ушей замечание Глаза, — и тебя, Малыш, с Глазом привел в качестве трофея… Своего господина, Линя, можно сказать, предал…

— Это для того, — терпеливо объяснил я, — чтобы ему поверили. Лом хотел попасть в вашу банду и поближе подобраться к Юродивому. Что у него и получилось. Даже небольшой ценой…

— Как только Юродивый его не почувствовал? — продолжал удивляться Ред. — Он же этих гадов за километр чует…

— Не знаю, — пожал я плечами, — хотя, думаю, Юродивый все прекрасно понимает. Но у него, судя по всему, есть свои виды на Лома, вот он и не стал его трогать. Юродивый ведет с господином Линем свою игру, и ему выгодно, чтобы Лом пока был в его банде.

— Ладно, — подвел итог нашей беседы Глаз, — раз всем все понятно, нет смысла ломать комедию дальше. Ты, Ред, подожди пока здесь, а мы с Малышом пойдем прогуляемся.

— А что будет со мной? — поинтересовался бандит.

— Господин Линь решит, — серьезно ответил Глаз. — И во многом это зависит от Малыша.

С этими словами Глаз поднялся и кивнул мне — пошли. Мы покинули комнату и оказались в коридоре. Ред остался ждать за железной дверью под присмотром дюжего охранника.

* * *

— Мы идем к господину Линю? — спросил я. — Ведь это он велел меня привести, так?

— Умный ты, Малыш, — улыбнулся Глаз, — сообразительный. Не то, что твой дуболом Ред.

— Он не мой, — на всякий случай уточнил я, — а Юродивого.

Глаз махнул рукой — не важно, и продолжал:

— Вообще-то Ред тупой: до сих пор не понял, что Юродивый скинул его со счетов, не просек, что его давно списали. Ред ведь только прикрытие для тебя, маскировка, верно?

— Ширма, — улыбнулся я.

— Что? — не понял Глаз.

— Юродивый назвал его ширмой.

— Точно, — кивнул Глаз, — ширма и есть. Занавеска,