Моров. Том 4 - Владимир Кощеев

Глава 13

Дворянский особняк рода Моровых. Иван Владимирович Моров.

— Ваше благородие, ваш пиджак, — произнесла Наталья, подходя ко мне со спины.

Я поправил жилет и кивнул, позволяя надеть на себя последний элемент гардероба. Строгая черная тройка с гербом рода Моровых, белая рубашка, красный галстук с зажимом в виде герба Российской Империи. В манжетах — запонки с защитой от стихий, на пальце родовой перстень с поглощением магии из чар смерти, под рубашкой нательный крест от магии крови. На левом запястье часы с наборным золотым браслетом, в каждом элементе по целительскому зачарованию — как для себя, так и для других.

Отросшие волосы аккуратно подстрижены, и я больше не похожу на сумасшедшего маньяка с сединой в юном возрасте. Хотя, конечно, золотые глаза вводят тех, кто видит меня впервые, в легкий ступор. Впрочем, если бы я действительно хотел кого-то напугать, сделал бы зрачки вертикальными, как у кошки. Я так могу, но пока не представилось случая попробовать.

Взяв трость, начиненную боевыми чарами, я в последний раз взглянул на себя в зеркало и, кивнув своему отражению, направился к выходу из особняка. «Коршун» уже ждал меня во дворе, как и два внедорожника с охраной.

Даниил Игнатович не подвел, теперь у меня появилось пятнадцать бойцов, каждый из которых развил свой магический дар до третьего узла. Суровые мужчины, не раз побывавшие в реальных боевых действиях, уволились с армейской службы и теперь присягнули роду Моровых. Со временем я превращу их в чародеев, достойных защищать Верховного мага, а пока что они тренировались по моей методике, расширяя собственные возможности и пополняя арсенал чар.

— Ваш плащ, Иван Владимирович, — произнес управляющий, подавая верхнюю одежду. — Метеорологи обещают сегодня первый снег, ваше благородие.

— Хорошо, — ответил я.

Вместе мы вышли на улицу. Холодный ветер тут же коснулся лица, но даже волосок на голове пошевелить не смог. Дуновения я не ощутил, а вот разницу в температуре все-таки почувствовал. Превращаться в лишенного осязание истукана я не собирался, хотя и мог благодаря вложенным в тело чарам.

— Прошу, Иван Владимирович.

Я сел на заднее сидение «Коршуна», и Демин закрыл за мной дверь. Обойдя автомобиль, Даниил Игнатович сел за руль.

— Поехали, — велел я, опираясь на трость, которую поставил между ног.

Рядом со мной ехал заранее положенный ларец из красного дерева с серебряными накладками. Явиться на бал будущей наследницы престола без подарка было бы серьезной ошибкой. Конечно, презенты будут давать все, однако я постарался сделать так, чтобы именно мой поразил всех гостей.

Ведь если хочешь быть самым лучшим артефактором, следует соответствовать. Конечно, реакция великой княжны тоже важна, но гораздо важнее — другие благородные гости. Правящий род и без того прекрасно знает, что равных мне нет. А до дуэли со Щелковым еще три дня.

Мне уже донесли, что на исход нашей дуэли начал раскручиваться самый настоящий тотализатор. И что интересно, коэффициенты были приятными. В меня еще не так многие верили, а потому Венедикт Кириллович поставил два миллиона моих рублей под своим именем. И еще пять своих, конечно, но на его долю я не претендую.

Пока мы ехали, я рассматривал город. Столица постепенно украшалась к предстоящей коронации нового императора, сотрудники коммунальных служб торопились привести Москву в порядок, развешивали гирлянды и флаги Российской Империи.

С экранов рекламных щитов на дорогу смотрели высшие чиновники, восхваляющие Виктора Константиновича на все лады. Подготовить народ к осознанию, что новый император знает, что делает, требовало времени. И грамотные специалисты вовсю старались, отрабатывая бюджет и зарабатывая премию.

В кармане завибрировал телефон, я достал аппарат. Сообщение от банка гласило, что мне расширили кредитный лимит. Количество средств на моем счету росло, как снежный ком, и банковские клерки стремились наложить на них свою жадную лапу, то и дело предлагая очередные предложения.

Особенно много предложений посыпалось после того, как я нанял дружину и закупил им амуницию. Достать оружие и броню, только что сошедшую с конвейера, оказалось весьма просто — один звонок Лермонтову решил вопрос. А двенадцать миллионов, отправленных на нужный счет, позволили получить покупку уже через шесть часов.

Пока что у меня было не так много людей в дружине, но покупал я наперед. Мой особняк вместит в себя еще немало жителей. А кроме того, имелось еще здание напротив лавки и сама лавка, в которой тоже можно жить. Так что до сотни людей обеспечить нужно всем, да и в случае столкновения придется обновлять снаряжение. Одних только патронов у меня закуплено на маленькую победоносную армию. И они расходуются даже сейчас, пока дружина проводит тренировки.

Наконец, впереди показался Кремль. Лампы, расположенные на Красной площади, били своими лучами в его стены, сверкали на крышах. Перед ним уже были расставлены столы для простолюдинов, которых будут угощать всю ночь за счет казны, суетились бесчисленные полицейские, в отдалении дежурил спецназ — охраны тут будет очень много. Проводили последние приготовления актеры и музыканты, готовящиеся развлекать простой народ.

Мы въехали в распахнутые ворота, и «Коршун» свернул на парковку для благородных гостей. Сопровождающие меня внедорожники с нанесенными на капоты и двери гербами рода Моровых откатились в сторону, где уже кучковались другие охранники дворян.

— Прибыли, Иван Владимирович, — сообщил Даниил Игнатович.

Двое слуг правящего рода уже приблизились к нам. Один из них открыл мне дверь, второй замер, ожидая, когда я передам подарок для великой княжны. Когда я прихватил за собой шкатулку, он потянул руки, но я покачал головой.

— Лично вручу, — объявил я.

Слуга глянул на коллегу, и тот подтвердил:

— У Ивана Владимировича есть такое право, — объяснил он явно младшему в иерархии. — Позвольте проводить вас, ваше благородие.

Кивнув, я последовал за ним, опираясь при ходьбе на трость. Корпус, отведенный под сегодняшний праздник, естественно, не относился к рабочим. Часть личных палат великокняжеского рода Константиновичей выделили. Здесь имелся свой вход, через который валом шли благородные гости, показывая на крыльце приглашения, заверенные рукой Варвары Викторовны.

Пока мы шли к крыльцу, расположенному в каких-то двадцати метрах от парковки, выделенной для сегодняшних гостей, я успел подумать, что великая княгиня и будущая императрица сама могла бы дать бал, но уступила право дочери. Виктор Константинович таким образом подчеркивал место будущей наследницы престола.

Я прошел по ступенькам, и слуга с поклоном оставил меня. Ему встречать новых гостей, а