Калгари 88. Том 3 - Arladaar

— Молодец! Ты огромная молодец! — встревоженный Левковцев подкатил к Арине, думая, что ей нужна помощь, но она вежливо отстранила его руку и сама покатила к калитке.

— Я сама! Спасибо вам огромное, но я должна сама! — прошептала она пересохшим ртом.

И Левковцев понял. Она сейчас действительно, должна сама дойти до скамейки. Тогда прокат будет полностью засчитан её внутренним судьёй.

Первое, что Арина сделала, добравшись до скамейки, это взяла из рюкзака фляжку с водой и выпила чуть не половину. Только тогда более-менее дыхание нормализовалось и стало возможным хоть немного разговаривать. Одногруппники подходили, поздравляли, по-товарищески хлопали по плечу, выражая поддержку. Они опять увидели чисто исполненные лутцы, но уже в программе, и понимали, что Люська сделала очередной шаг вверх.

— Так… Ребята, я понимаю, что вы все хотите поздравить Людмилу и пожелать ей дальнейшей удачи, но тренировка у нас ещё не закончена, — строго сказал Левковцев. — Муравьёва! На старт!

В этот раз Арина опять почувствовала недостаток кислорода в крови, однако он переносился более легко, чем прошлый раз, и уже через пару минут полностью пришла в себя.

— Ты как? — Соколовская внимательно посмотрела на Арину, словно оценивая её состояние, и раздумывая, что ещё можно ожидать от Люськи. То, что она зашла на тройной лутц с гораздо большей силой, чем требовалось, не осталось без её внимания.

— Жить буду, — улыбнулась Арина.

Тем временем Зоя начала свой прокат. Пришла она на тренировку одетая совсем не по-спортивному, похоже, не переоделась со школы, но это очень шло ей. Плотные шерстяные колготки визуально удлиняли и без того длинные стройные ноги и делали их ещё стройнее на фоне белого льда, а короткая юбочка постоянно развевалась в потоке воздуха. Синий свитер с вышитым на груди белым оленем смотрелся модно и привлекательно. Во всяком случае, лучше, чем унылый спортивный костюм.

— А она хороша… — заметила Соколовская. — Немного работы над прыжками и пойдет вверх…

Это пожалуй что, первое хорошее признание Соколовской об одногруппнице…

.

Глава 14

Вечер с Соколовской

Левковцев был сторонник трудового воспитания, а ещё он всегда держал своё слово. Отказаться от него было невозможно, иначе дети до конца жизни поминали бы об этом.

Поэтому в конце тренировки Арина с Мариной получили у технички ведро, швабру и тряпку. Дождавшись, когда все одногруппницы покинули раздевалку, приступили к мытью пола. Смотреть на это постороннему наблюдателю было было бы забавно, ибо ни та ни другая даже в теории не знали, как это делается. У олимпийской чемпионки Стольниковой уборкой квартиры занимались два робота-пылесоса, а иногда маман, раз в неделю по быстрому, наводившая марафет, между работой и готовкой. Маман в вопросах чистоты была довольно непривередлива, руководствуясь принципом «с глаз долой и ладно».

У дочери директора Уралвагонзавода в квартире уборкой занималась тетя Таня, как Марина называла приходящую домработницу. Марине, правда, иногда приходилось, когда её класс дежурил по школе, изредка мыть полы в школе, но за всю жизнь таких случаев — по пальцам одной руки пересчитать.

— Эмм… Мне кажется, эту штуку надо намотать сюда, — Арина брезгливо, двумя пальчиками, подняла тряпку и осмотрела её со всех сторон, а потом бросила на плечики швабры.— Теперь надо каким-то образом её зафиксировать тут.

— Надо завязать её узлом! — предложила Соколовская, опустилась на корточки, и взяв тряпку, завязала её несколько раз вокруг рукоятки. Пользоваться, правда было неудобно, но хоть что-то.

Арина притащила ведро воды, расплескав с непривычки по полу, и оставляя мокрые следы за собой, с грохотом поставила ведро на пол раздевалки и показала Соколовской:

— Вуаля. Пардон муа.

Соколовская погрузила тряпку на швабре в воду, вылив чуть не половину ведра, потом принялась с чавканьем размазывать влажную тряпку по полу. Получалось! Хоть и неловко, и без должной сноровки, процесс шёл. Размазав абы как по полу воду, девочки решили, что дело сделано. Вылив в туалете грязную воду в унитаз и бросив тряпку в ведро, они решили, что с заданием покончено.

— Ну чё? В кафешку? — предложила Арина, памятуя обещание Соколовской сходить развлечься.

— Да, но я… — замялась Марина, как будто уже пожалев, что согласилась сходить в кафе, но потом всё таки решилась. — Ладно, давай! Как туда проехать?

Соколовскую поджидал личный водитель отца Николай Егорович, поэтому она и затушевалась, как поступить. То ли отправить его одного восвояси, то ли попросить, чтоб ожидал у кафе. Решив, что как нибудь всё направится, она махнула рукой, призывая Арину.

— Поехали на машине! Сейчас дядю Колю попрошу!

Соколовская открыла заднюю дверь «Волги» и учтиво пригласила Арину садиться. Сама плюхнулась рядом с ней.

— Здрасьте! Как дела? — вежливо улыбнулась Арина, обращаясь к водителю.

— Да как дела… Хорошо, — Николай Егорович улыбнулся в ответ, гадая, каким образом у вредной дочери директора завода появилась подружка. Посторонняя девочка в машине, да ещё которая куда-то едет с Мариной, было делом неслыханным!

— Кафе «Теремок» рядом с «Детским миром». Знаете где? — спросила Арина у водителя.

— Всё, понял, вопросов нет! — понятливо кивнул головой водитель, посмотрев в салонное зеркало и улыбнувшись Арине. — Сейчас быстро домчим.

Народу в кафе было порядком, как и всегда, тем более рабочий день близился к концу, а в это время всегда многолюдно. Но место нашлось.

Соколовская растерянно разглядывала запрещённые лакомства на витрине, не зная, что выбрать. Но Арина помогла.

— Ну что тут гадать, Марина! — улыбнулась она. — Заказывай мороженое. Оно тут обалденное. Раз в жизни можно попробовать.

— Но ты-то наверняка не раз в жизни! — звонко рассмеялась Марина. — Ты всё тут знаешь.

Купили по сто грамм весового ванильного мороженого в металлических розетках. Два круглых шарика, посыпанных тёртым шоколадом и политых абрикосовым сиропом. Вкуснятина!

— Часто ты тут бываешь? — спросила Марина, с интересом разглядывая посетителей.

Народу ещё больше прибавилось, почти все места оказались заняты. Приходили родители с детьми, или подростки младшего возраста.

Поболтав о том, о сём, девочки закончили еду и вышли на улицу. Город начинал наливаться сумраком, зажглись фонари, но народа на улицах меньше не становилось.По виду Соколовской и по тому, как она с любопытством смотрела по сторонам, было видно, что всё ей в