Маяк надежды - Маркус Кас

С огненной стихией было уже не так просто, как с водной.

Особенно если живешь не рядом с действующим вулканом, решившим извергнуться на ближайший городок. Вот там можно было сразу ранг взять.

Но таких поблизости не было. Да и слетались на подобные события маги огня, как мотыльки. Очень уж хороший способ развить свой источник.

Можно было устроиться на розжиг и поддержание доменных печей. Но это долго, выматывающе и опасно разоблачением. Менять внешность, личность и идти на месяц в не самое приятное для работы место… Слишком сложный путь.

Но проще чем, например, устроиться фонарщиком.

Несмотря на техническое развитие и дешевый эфир, в городах до сих пор горели фонари, каждый вечер поджигаемые стихийниками. Работа простая и неплохо оплачиваемая.

И тому была весьма интересная причина, которую знал и стар, и млад. Фонарщиков уважали.

Давным давно был жил один простой парень по имени Аскольд. Столичный сирота, каких было тысячи после одной из войн. Стихийник, коих во все времена было много.

Шансов выучиться и устроиться в жизни у Аскольда почти не было. И устроился он обслуживать городские фонари. Платили копейки, но на жизнь хватало. Шли годы, город разрастался, а Аскольд по-прежнему работал фонарщиком, постепенно развивая дар. День за днем, год за годом.

Говорили, он не пропустил ни единого заката, всегда заступая на работу в тот час, когда солнце склонялось к горизонту. Стал своего рода легендой, неизменным символом наступающей ночи. Забавной малоизвестной легендой, не более того.

Может он сам по себе был скромным и не имел амбиций, а может и правда не понимал своей силы.

Потому что к старости он стал внеранговым магом. Просто всю жизнь каждый день зажигая городские фонари.

Возможно, так бы и почил в безизвестности, но пришла беда.

Враг напал с моря и встал в заливе, организовав такую мощную блокаду, что прорвать её не было возможности. Момент был подобран как нельзя удачнее — император уехал вместе с сильнейшими магами, своими советниками.

Знали ли нападавшие, что артефакт-защитник, спрятанный под Кронштадтом, может активировать только правитель, было неизвестно. Об этом не упоминалось. Но времени было совсем мало, вот-вот грозили пасть охранные периметры под непрерывными атаками врага.

И на берег вышел маленький сухонький старичок.

Взглянул с прищуром на армаду противника и смел её пламенем такой силы, что вскипела вода в заливе. От врага не осталось даже пепла.

Долго ещё после этого восстанавливали морскую фауну, много одаренных трудились над этой задачей. Но главное — столица была спасена. Одним единственным человеком.

Император наградил фонарщика поистине щедро. Пожаловал титул, причем сразу княжеский и наследный. И никто не возражал, все признали Аскольда князем огня. Так был основан великий род Оболенских. Вспыльчивого княжича из которых я слегка обнажил на дуэли недавно.

Но с тех пор профессия фонарщика стала одна из самых уважаемых. И всегда хорошо оплачивалась из казны. Ни один из императоров не забывал того, что сделал Аскольд.

Тем более новоиспеченный князь после того события просто как ни в чем ни бывало продолжил работать фонарщиком, оставив своим потомкам заниматься делами высшего света.

Он прожил ещё очень долго, и в день его смерти, спокойной и тихой, столица в знак траура погрузилась в темноту. Никто не осмелился зажечь ни одного фонаря.

Ни у кого больше не хватило терпения повторить его путь к величайшей силе.

Так что пути могли быть разные. Но способ первого князя Оболенского мне не подходил. Хотя, безусловно, история была весьма впечатляющая.

— Ваше сиятельство, — вывел меня из раздумий голос старосты. — Испейте холодненького, умаялись же.

Евдоким Пахомович протягивал мне кувшин с квасом и я с удовольствием принял его, осушив наполовину. Пузырики засвербили в носу, но напиток принес нужной бодрости, чтобы подняться с мостков.

— Благодарю, — я по-простому вытер рот рукавом, тут на такие манеры не обращали внимания.

С пламенем обязательно что-нибудь придумаю. У судьбы я явно в любимчиках, главное видеть возможности, которые она постоянно подкидывает.

Водный мост я развеял. Показал управляющему, как его активировать и объяснил как часто нужна подпитка накопителями. Распоряжение доставить запас на месяц я уже сделал.

Научил и того работника, что владел стихией, вливать понемногу своей силы, чтобы поддерживать переправу. Скорее подстраховка, но заодно возможность для него развивать источник.

Мы с Тимофеем ещё прогулялись по деревне. Я выслушивал просьбы, хотя в основном люди были довольны и лишь благодарили. Да и просьбы их были совсем простые. Казалось, они это делали только чтобы меня порадовать.

* * *

По пути в город за рулем был Тимофей. Меня еще одолевала легкая слабость, так что я воспользовался временем в пути, чтобы восстановиться. А заодно поручил помощнику разузнать про пансионы и девочку Агнию. У рыжего отлично получалось добывать информацию в самое короткое время.

Ведро ряпушки я вез с собой, чтобы передать Прохору.

Как и множество других гостинцев от жителей деревни. Таким образом мы скоро совсем перестанем закупаться у лавочника. В багажник впихнули даже копченую ногу какого-то дикого животного.

В особняке было так тихо, словно вся родня уже уехала.

Но всего лишь отсутствовала тетушка. Веня ответственно выполнял задачу и увозил её на целый день.

— Её сиятельство вчера так утомились, что молчали весь ужин, — с довольной улыбкой доложил мне слуга, пока я помогал ему переносить деревенские лакомства. — Мне кажется, барин, она даже ходить тише стала. Чудеса!

— А прочие что?

— Сын их цельными днями читает возле пруда, да дрыхнет. Елена Васильевна с детишками в Александровском парке гуляет. Гордея нашего с собой взяли. Хорошая ба… женщина, только замученная какая-то.

Лука Иванович снова уехал, но теперь было ясно куда.

Под шутливое ворчание Прохора съев несколько бутербродов, я отправился в императорскую библиотеку. Стоило выяснить побольше про клятвы и связанных с ними призраков.

Матильда Викторовна Штулле, бессменная строгая хранительница знаний, встретила меня по-прежнему неласково. Тщательно проверила допуск, выданный тайной канцелярией, который так и остался у меня, и неохотно позвала сопровождающего.

Без толку проведя там два часа, я не нашел ничего полезного.

Если и были подобные события раньше, то данные о них хранились где-то ещё.

Поэтому далее я решил нанести визит ректору академии, благо идти было пять минут, через Екатерининский сад. В нем я остановился ненадолго, разглядывая свою статую на постаменте.

Искал что-то, что могу упустить. Ничего необычного…

Вдруг я заметил какой-то предмет в руке изваяния. Как же я раньше его не увидел?