Баламут-3 - Василий Горъ

Владислав Мстиславович сделал стойку. Что было предсказано еще в момент изучения результатов изменения оружейной стали под заклинаниями школы Металла:

— Вы хотите сказать, что Ефремов является артефактором калибра покойного Святослава Борисовича… или был в курсе его наработок⁈

— Нет, государь… — ответил я, благо, ответ на этот вопрос подготовил заранее: — Клянусь Силой, что Игнат Петрович гораздо слабее моего деда, что узнал о возможности такого изменения стали только после принятия в наш род и что проект с торговым домом зиждется на чисто семейных наработках!

Он, конечно же, сразу сник, и Даша нанесла ему добивающий удар:

— В общем, будущее у Елисеевых-Багряных есть, в столице мы будем появляться не часто, а выходить в свет — и того реже. Научишься любить и скучать — будем заглядывать в гости. Нет — не обессудь. Как определишься с легендой, вынудившей отослать нас прямо с торжества — напишешь. На этом все, счастливо оставаться…

…За первые четверть часа после выезда из дворца Бестия не сказала ни слова — невидящим взглядом смотрела в окно, кусала губы и сосредоточенно думала о чем-то неприятном. Потом в сердцах помянула покойного супруга, свекра и свекровь, врезала кулаком по спинке моего сидения, решительно тряхнула волосами и… попросила Машу помочь ей стянуть платье. А где-то через минуту, натянув спортивный костюм, наехала на меня — заявила, что я был обязан догадаться, что ей захочется перебраться ко мне на колени, и снять мундир. Ведь прислоняться к орденам не так приятно, как кажется на первый взгляд.

Унялась только после того, как пригрелась одновременно в объятиях и в эмоциях. А в прямой видимости от «моего» дома вдруг потребовала, чтобы переоделись и Язва с Хельгой, ибо ей не хочется выглядеть деревней в толпе аристократов. Эта парочка, конечно же, как следует повредничала, но пошла ей навстречу и, обретя требуемый вид, помогла Бестии морально замучить меня. Пришлось сдаваться — перебираться назад, открывать там «зеркало», переходить в Замок, переодеваться в домашнее, аккуратно вешать мундир в шкаф и возвращаться обратно. А потом начались сюрпризы — выбравшись из машины и поухаживав за дамами, я вдруг почувствовал вибрацию комма.

Прилетевшее сообщение прочитала Шахова, сначала отказавшаяся «отдавать» оккупированную левую руку, а затем решившая потренироваться устраивать сцену ревности. И невольно загрузила:

«Сынок, как ты мог улететь в Великий Новгород без меня? Я так мечтала прошвырнуться по столичным магазинам…»

Ускоряться мы, естественно, и не подумали, хотя этот текст намекал на необходимость появиться в Замке при первой возможности. Спокойно дошли до лифтового холла, шокировали излишне легкими нарядами толпу соседей, спустившихся в гараж в теплых куртках, штанах, ботинках и шапочках, прокатились до своего этажа, вальяжно прогулялись по коридору и неспешно вошли в квартиру. Зато после того, как проверили ее взорами, троица моих женщин разыграла далеко не самое почетное и интересное право остаться «на охране коммуникаторов».

В этот раз повезло Долгорукой, поэтому проигравшая парочка, «жутко расстроившись», избавила нас от аксессуаров, местонахождение которых можно было отследить, и отправилась на кухню вроде как заедать горе. А мы при помощи «Ока» определились с местонахождением старших родичей, перешли в кабинет деда и изрядно удивили собравшихся.

Общую мысль высказала Степановна:

— А чего это вы не на приеме?

Эта часть нашей жизни касалась только семьи, а в помещении, кроме деда, «бабки» и моих родителей присутствовали Ефремов с Тверитиновым, поэтому я отшутился:

— Долгорукие вызвали нас в столицу только из-за подарка. А после того, как получили вожделенные заколки, забыли обо всем на свете, включая нас. Вот мы из дворца и уехали. Чтобы побыстрее вернуться к вам и продолжить покорять Эднор.

— С вылетом из столицы можете не спешить… — как-то очень уж хмуро сказал Виталий Михайлович и сразу же объяснил причину: — Пока вы летели в Великий, я погонял дроны по маршруту Певлем — Даргал…

— А Даргал — это у нас что или где? — спросила Бестия.

— Это столица королевства Овенор. Расположена в пятистах с лишним километров западнее места вашей нынешней ночевки.

— Поняла. Прошу прощения за то, что перебила.

— Ничего страшного… — вымученно улыбнулся отставной ротмистр и продолжил прерванную мысль. — Так вот, на территории Арле все прекрасно — я нашел два подходящих водоема и три мелкие шайки разбойников. Зато в Овеноре все не так радужно, как хотелось бы.

— К обеим дорогам, по которым вы теоретически можете въехать в это королевство, спешно подтягиваются войска! — сообщил дед. — Причем ждать вас будут не у границы, а километрах в двадцати от нее.

— И насколько большими армиями? — весело спросил я, намеренно выделив интонацией последнее слово.

Глава рода шутку не поддержал:

— По местным меркам весьма и весьма солидными — в каждой «армии» будет по пять с лишним сотен пехотинцев и по три-четыре десятка магов. Плюс встречать вас будут на подготовленных позициях.

Ерничать сразу же расхотелось, и я посерьезнел:

— А объехать этот самый Овенор можно?

— В принципе, да. Югом, через степной Ташшар… — кивнул Тверитинов. — Но смену маршрута надо как-то объяснить. Кроме того, раз разведка этого королевства вами уже заинтересовалась, значит, уже не отцепится…

—…если не получит по рогам так, что проклянет миг, когда сочла нас беззащитными! — холодно усмехнулась Бестия.

Степановна, явно отслеживавшая ее эмофон, заинтересованно потерла носик, выждала от силы две секунды и взорвалась: — Ну же, рожай уже, а то я сейчас лопну от любопытства!!!

Даша довольно ухмыльнулась, гордо задрала нос, развернула плечи и… начала издалека:

— Я надеюсь, вы понимаете, что первая же попытка уклониться от боестолкновения превратит нас из страшных и ужасных Елисеевых-Багряных в пугливых зайчиков, а нам — в смысле, боевому крылу рода — это как серпом по известному месту?

— Да!!! — хором выдохнула вся толпа, включая меня.

Долгорукая откинулась на спинку кресла, скрестила руки под грудью и задрала нос еще выше:

— Значит, уклоняться мы не будем, а заедем в самый центр засады и как следует порезвимся…

* * *

…Даша с Ларой вернулись в «мою» квартиру только после полуночи довольными до невозможности. Увидев, что мы с Машей заняты игрой со смертью, обозвали нас скучными, сгребли со стола коммы и… заявили, что страшно перенервничали, поэтому нуждаются в положительных эмоциях. На наши просьбы рассказать, как все прошло, ответили «агрессией», потребовав не портить будущий сюрприз совершенно неуместными расспросами. А затем «вышли из себя» и чуть ли не пинками отправили нас собираться.

Я спросил, куда именно, и получил не самый конкретный ответ:

— Само собой, туда, где можно распробовать эмоции, считающиеся положительными, и разобраться, нужны ли они нам на постоянной основе!

При этом страшная угроза «Кто-то у меня сейчас довредничается…» была проигнорировала, и я принял меры — поймал Долгорукую, оказавшуюся чуть ближе, за руку, дернул к себе, перехватил поперек корпуса, уронил себе на колени животом вниз и приложился ладонью к покрову над аппетитной задницей. Как и следовало ожидать, второй шлепок пришелся по упругим округлостям, а «жертва», скинувшая заклинание, мешавшее насладиться жутким наказанием, радостно заверещала:

— Девки, я, наконец, довредничалась!!!

Неподдельный восторг, прозвучавший в ее голосе, вызвал цепную реакцию, и мне пришлось вспоминать о справедливости. То есть, уделять «толику внимания» притворно обидевшейся Ларисе, а потом «мотивировать» хохочущую Хельгу, отловленную «уже замотивированными» врединами и уложенную на «лобное место». В общем, к моменту завершения последней экзекуции я успел смириться с необходимостью унять любопытство, поэтому без какого-либо внутреннего сопротивления позволил разошедшейся парочке взять власть в свои руки — дисциплинированно «построился» в прихожей, не задал ни одного вопроса, пока спускался в гараж, помогал дамам забираться в «Онегу» и усаживался на свое место. Более того, позволил Даше завязать себе глаза какой-то кружевной тряпкой и даже пообещал не пользоваться чувством леса без высочайшего разрешения. Правда, в обмен на нежность и ласку. Вот и балдел от массажа трапеций в четыре о-о-очень шаловливые ручки… без малого час.

Как выяснилось после того, как я снова обрел возможность видеть, за это время Шахова успела вывезли нашу компанию за город и доставить на территорию какого-то дома отдыха, чрезвычайно красиво подсвеченного разноцветными прожекторами, но почти незаселенного.

Кстати, во время разглядывания чувством леса ближайших корпусов, стилизованных под терема века, эдак, тринадцатого-четырнадцатого, я сдуру напрягся, так как не понял, по какой-такой причине в пятницу вечером на этой базе так