Олень - Mr.Eugene

стороны был человек, который рос в этих землях и некоторые аспекты закона и обычая понимал и принимал как что-то родное (а как иначе, если рос в этой культуре и в достаточно образованной для своего времени среде). С другой стороны был человек из другой эпохи, который мог взглянуть куда глубже и шире на такую систему, потому что её суть, зарождения и дальнейшая метаморфоза буквально были в учебнике. Впрочем, не в учебнике дело, а в учителе, который зажёг интерес так, что знания оказались обширнее чем «ну четвёрка и слава Богу».

До кодекса Наполеона или даже до Саксонского зерцала вестеросская правовая культура, прямо скажем, ещё не дошла. Правовая система объёмна, разрознена и никоим образом не систематизирована и не кодифицирована. Только большой массив отдельных узкоспециализированных именных законов, которые дополняют незакреплённые письменно региональные традиции, и религиозные нормы да обычаи, на которые вот уже триста лет мало кто может повлиять.

В своё время Джехейрис I потратил очень много сил и средств, пытаясь навести порядок в этой сфере. Не всё удачно, но самое главное, что у него получилось-таки привести к единому началу королевские законы и дать импульс мейстерам, совершенствовать свои познания в праве, которые, в свою очередь, добились больших успехов, составляя здоровенные сборники законов относительно регионов и народов.

Итог вполне очевиден — на данном этапе бал правят конкуренция правовых норм и их трактовка. Верховным лордам приходится обладать недюжинным чутьём и знанием законов, и обычаев, дабы наводить социальную справедливость в благородном обществе. Само собой, порой их сил и знаний не хватает, отчего споры и достигают Королевской Гавани.

Но, несмотря на столь громадный массив разрозненных законов и правовых норм, в них присутствует логика. Да и они сами по себе, для человека двадцать первого века, не отличаются очень уж сложным юридическим языком. Как я и говорил ранее, разобраться в них потихоньку для меня было не так сложно и даже почти не мучительно. По всей видимости, я сильно удивил Аррена, ожидавшего, как минимум, более высокий порог вхождения. Приятно, чёрт возьми, скажу я вам.

Помимо такой рабочей рутины, под мой контроль передали темницу Красного Замка, со всеми её постояльцами и персоналом. Тюремные казематы столицы, конечно, внушительны. Внушают они, в частности, количеством темниц и клеток, переполненных непередаваемыми зловониями. Учитывая, что Королевская Гавань громадный город, тюрьма всегда забита под завязку: убийцы, воры, насильники и прочая падаль, про которую, зачастую, тупо забывают. Что тоже вполне естественно, если брать в расчёт, что ими особо-то никто и не занимается. Финансирование небольшое, дознавателей, палачей и тюремщиков немного, а тот же Джон Аррен, как и его предшественник, мало времени уделял пенитенциарной системе. Поэтому не редкость, когда человек в темнице дожидается наказания многие годы, превращаясь с течением времени в жалкое своё подобие (и это на фоне жёсткого дефицита кадров в Ночном Дозоре!). Официально начальником королевской темницы является Королевское правосудие, главный палач всея Вестероса, молчаливый Илин Пейн. Как палач и мастер пыток Пейн, конечно, настоящий профи, но вот как администратор и управленец? Не очень. Совсем не очень. Навести бы порядок и стряхнуть пыль с этого прекрасного заведения, но ведь и здесь не обошлось без рекомендованного партией курса действий (перевожу: «полумер»). Да, если раньше Пейн осуществлял свою деятельность, отчитываясь напрямую деснице, то теперь всё будет идти через меня. Но всё равно, как мне неоднократно намекалось, главный палач и его кодла палачей тире тюремщиков для меня неприкосновенны. Под моим прямым подчинением оставили разве что дознавателей, хотя метил я сильно выше. Да, городскую стражу под мой контроль так и не передали, всячески отбрехиваясь, и развернув целую подковёрную игру против меня.

Но это не значит, что игра была совсем бесплодной. Когда страсти достигли должного накала, и когда стало ясно, что мне тут не выиграть, кто-то мудрый в рядах или окружении оппонентов шепнул, что моему благородному самолюбию нужно бы бросить «кость», ведь даже меньшие ущемления, как показывает практика и жизненный опыт, потом могут неприятно аукнуться. А кто хочет прищемить что-нибудь лорду? Брату короля? Человеку, по праву, чёрт возьми, носящему фамилию Баратеон и присущие ей достоинства и изъяны? В общем, опуская лирику, мне удалось добиться создания под моим патронажем корпуса юстициаров и, что немаловажно, удалось выбить подобающее ему финансирование и мелочи-услуги, которые облегчили бы новому ведомству его первые шаги. Лишь бы я больше не заикался про контроль над стражей.

«Корпус», впрочем, громко сказано. Так, несколько десятков человек и штат писарей, но это только начало. Осталось только всё организовать и набрать компетентных людей. И вот как раз с этим была определенная сложность.

Основной штат я решил набрать из тюремных дознавателей, которые имеют необходимые специфические знания. Дознаватели — весьма интересные граждане. В эту необычную касту идут люди с определенными навыками и методами, и идут, в основном, из благородного сословия. Их немного, и статус они имеют… «неприкаянный». Вот уже почти пятьдесят лет они работают без непосредственного руководства, без лорда-дознавателя. Отчитываются перед десницей или мастером над шептунами, оклад и довольствие получают у главного палача, то туда, то сюда. Лорда-дознавателя не назначали со времен Дейрона II, видимо, вовсе забыв про эту должность. Само собой, это заметно сказалось на эффективности дознавателей, как самостоятельного органа следствия.

Итак, с рядовыми кадрами всё более или менее понятно. Самое главное сейчас — найти руководителя, чтобы машина начала худо-бедно работать и показывать на практике, что и где нужно скорректировать. Руководителя, способного действовать от моего имени и так, как надо мне. Есть у меня соображения, осталось только…

— Лорд Ренли… милорд!

Ровный, с нотками улыбки голос вывел меня из каскада размышлений. Вздрогнув, словно ото сна, я огляделся. В зале малого совета почти никого уже и не осталось, только позвякивал своими цепями в коридоре Пицель, да собирался Бейлиш, упаковывая свои письменные принадлежности и хитро поглядывая на меня с пониманием.

— Заседание малого совета уже закончилось, милорд.

— Сильно я задумался. Так что там решили с северными пастбищами Росби?

— Пока ничего. Споры длятся уже очень долго, с тех самых пор, как был уничтожен Дом Дарклинов, — с учёным видом, доводил до меня свои соображения лорд-казначей, — и соседи до сих пор делят их наследство, несмотря на ярую неприязнь и противодействие Риккеров.

— Как бы не началось вооруженное противостояние.

— Это также тревожит малый совет, но, — Бейлиш, наконец, собравшись, и взяв свой гроссбух в подмышку, встал из-за стола, — к нашему счастью, ни лорд Росби, ни Стокворты не могут похвастаться