Прорыв осады - Игорь Огай

Отряд у другой стены тоже тормознул. Со стороны это смотрелось даже забавно – две группы кричат друг другу голосом и по радио, сидя у противоположных стен коридора. Те, что были слева, попытались перегруппироваться – двое выдвинулись на несколько шагов вперед, держа под прицелом коридор, и… исчезли. Павлу показалось, что они шагнули прямо в стену. Им тоже крикнули, получили ответ, но обратно эта пара уже не вернулась. Дорогу назад гипербореи проложили как-то иначе.

Тогда старший сделал однозначный жест, и трое оставшихся двинулись к отлично видимой им входной двери. Кто-то вышел на середину коридора. Кто-то подался к противоположной стене… Старший и оглянуться не успел, как остался один. В его окрике отчетливо прозвучали признаки паники, но ответов он услышать не успел – правый отряд вдруг открыл ураганный огонь.

Павлу показалось, что прямо в него с Федором и Филиппычем. На самом деле – в какое-то из боковых ответвлений.

– Ну и чего мы тухнем? – раздраженно бросил Федор. – А, Семен? Как тараканы, по щелям разбегутся…

Он порывисто нагнулся и забрал у Анатолия излучатель. Опер не обратил внимания.

– Погодь, Федя! – проорал Филиппыч сквозь стрельбу и пригнул ствол оружия к полу. – Отсюда не попадешь! Чего это они всполошились?

– Да плевать мне!.. Пусти!.. – Федор попытался вырвать оружие, но Филиппыч не отпускал.

– Слишком кучно!.. Одним же лучом всех положишь!..

Федор перестал дергаться, взглянул на Семена с пониманием, и тот наконец выпустил ствол.

В этот момент огонь сбился и захлебнулся, будто солдаты потеряли цель. Первый с рацией махнул рукой, и пятерка тотчас поднялась в преследование. Опрометчивое решение. Двое сразу канули из вида, третий заметался от стены к стене, потеряв то ли товарищей, то ли направление. Еще двое перешагнули середину коридора и бежали теперь прямиком на Павла с Федором.

Пехота Земного отдела переглянулась. Павел злорадно усмехнулся и присел в подходящую позицию. Федор перехватил излучатель прикладом вперед.

Морпехи вышли на них совершенно неожиданно для себя – с их точки зрения, должно быть, просто вылетели из-за угла.

– Н-на… – выдохнул Федор одновременно с молодецким замахом. Смачное «хрясь» пришлось в правую скулу бойца. В падении тот пересек еще одну незримую черту и буквально провалился сквозь стену. На виду осталась только громыхнувшая железом каска.

У Павла вышло удачней. Не помешал ни стресс, ни отсутствие практики, ни частичная контузия. Тело сработало само.

Подсечка, удар по рявкнувшему короткой очередью стволу, завершающий хук уже по лежачему…

– Получите, – проворчал он, поднимаясь. – И распишитесь. Сволочь, ну откуда негры-то все-таки?

– От верблюда, – шикнул Филиппыч. – Очнется, сам и спросишь. Федя, держи дверь-то теперь!

Вовремя. Стоящие на стреме натовцы, судорожно меняющие магазины, вдруг раздались в стороны, прижимаясь к стенам, и бочком, бочком дунули из коридора наружу.

Должно быть, баки в БТР все-таки занялись – из вестибюля в распахнутую гиперборейскую дверь втягивались тяжелые черные клубы. И из этих клубов словно из серных испарений ада, через порог шагнул…

Ну, правильно, подумал Павел. Кто ж еще, если не он?

И без особой надежды опустился на колено, стягивая ремень винтовки с плеча поверженного морпеха.

Стрелять они с Федором начали одновременно. Тот как раз успел перекинуть режимы, и тугой плазменный жгут – без всяких скидок оружие для звездных войн – ударил в ящера вместе с кусочками меди калибра 5,56. Воздух в коридоре засветился от ионизации, в нос шибануло горячим озоном и пороховыми газами. С воплем рухнул одинокий, даже не задетый разрядом солдат и задергался по полу, пытаясь сбить с униформы пламя…

А вокруг ящера тускло мерцала повторяющая силуэт непробиваемая пелена.

Павел уже видел такое. На его глазах смарр однажды отразил нападение десятка интаев, правда, с ручными лучеметами. Тогда он держал перед собой защитную полусферу, но в Смарри несколько школ боевой магии, и каждая из них строит оборону по-своему.

– Полная мощь!.. – заорал Федор, перекрикивая вой истекающей из ствола энергии. – Еще секунд двадцать!..

Магазин у Павла кончился раньше. Бросив винтовку, он нашарил на поясе морпеха пару рубчатых шариков и, сорвав кольца, один за другим метнул в сторону двери.

Удар… Другой… И вышло как-то даже не громко, а напротив, жалко и беспомощно. Излучатель пискнул сигналом разряда батареи и затих.

– Вот гаденыш… – ошеломленно выдавил Филиппыч. – А Сергей еще говорил… Да не может быть, чтобы так!

Не может.

Это точно.

И Павел понял, что готов в эту минуту хоть свечку поставить, хоть намаз отсидеть, хоть Мироздание воспеть. То самое Мироздание, которое поставило сейчас одного из своих сынов на пути хищной рептилии полтора центнера весом.

А еще мгновение спустя он понял, что узнает гиперборея, шагнувшего из стены прямо перед входом, и похолодел.

– Градобор! – откуда только голос взялся? – Беги!..

Фигура главного дознавателя все больше размывалась, по мере того как мышцы его тела группа за группой входили в боевую вибрацию. Со стоном задетой невзначай гитарной струны клинок покинул заплечные ножны и…

И смарр вдруг подался назад. А изумленный возглас его легко преодолел двадцать метров коридора:

– Откуда?..

– Сто-ой… – выдавила на русском вибрирующая гортань гиперборея. – Де-ери-ись че-естно!..

Но ящер – ой, ящер ли? – сделал еще один шаг назад, и вдруг из-под плаща его вылетела рука со знакомым белым предметом! Дожидаться луча Градобор не стал. Прыжок в сторону, короткая пробежка чуть ли не по стене, взмах полупрозрачным от скорости клинком…

Щит интая выдержал и этот удар, лишь едва заметно полыхнув. Но ствол лучемета, должно быть, высунулся дальше положенного, и половинка оружия брякнулась на пол уродливым обрубком.

И еще капюшон слетел с головы от резкого движения…

Нет, никакого шока не получилось. А чего по большому счету удивляться? Если уж Павлу и самому довелось однажды прятаться под плащом смарра, умудряясь при этом имитировать неповторимую походку, почему бы Акарханакану, высокому послу империи Инка в Ассамблее, урожденному ацтеку, заклятому врагу Земного отдела в целом и Павла Головина лично, не повторить этот трюк? Усилив к тому же эффект с помощью лучемета и боевого генератора поля…

Упершись затылком в верхний обрез люка, индеец спохватился и прекратил отступать.

– Ты бессилен, гиперборей, – он произнес это достаточно громко, чтобы слышали и земляне. – Отойди с дороги, и уцелеешь.

– Ну-ка, Семен, – Павел пихнул Филиппыча под локоть. – Куда здесь наступать?

Тот понял и пререкаться, к счастью, не стал.