Не время для героев. Том 3 - Илья Соломенный

— Тёмный хан хочет союза!

— Пусть проваливает в свои скалы!

— Нам не нужна война!

— Он приехал высказать почтение нахару!

— Такие не высказывают почтение!

— Не воспринимайте слова этих пустоголовых всерьёз, владыка Хэлгар, — слезая с колесницы, говорит Вахеро. — Простолюдины вечно придумывают себе разные сплетни. А в честь праздника многие из них перепили кумыса. Для них ваш визит — повод почесать языками, у нас нечасто бывают чужеземные гости.

— Ничего, я понимаю, — отмахиваюсь я, и для пущего эффекта, поворачиваюсь к скоплению людей на восточной стороне площади и взмахиваю рукой. — Сек’леах асман тартау хасын гаш! (Пусть трава под копытами ваших коней всегда будет сочной! — авторский перевод).

Пожалуй, выучить это приветствие стоило хотя бы ради того, чтобы запомнить этот момент. Люди, только что голосящие, на несколько мгновений замолкают, словно по приказу. А затем снова взрываются криками, и на этот раз — в основном приветственными.

— А вы умеете расположить к себе толпу, — улыбается мой сопровождающий. — Идёмте, владыка Хэлгар. Кехару ждёт вас.

Мы проходим через выстроившуюся у входа колонну солдат к массивным резным дверям, которые распахивают слуги.

После полуденной жары и пекущего солнца войти в тени палат правителя кочевников кажется мне настоящим благом. Мы с Вахеро и прочими сопровождающими оказываемся в просторном холле с несколькими окнами под самым потолком. Оттуда задувает свежий ветерок, вентилируя помещение, пол вымощен гладкой, холодной плиткой, вдоль стен установлено большое количество вместительных кадок, в которых растут самые разнообразные деревья и кусты.

Кругом много охраны — в каждом зале и коридоре, которые мы проходим, стоят удивительно рослые для степняков солдаты в лёгкой пластинчатой броне и с султанами на шлемах.

Дворец оказывается куда больше, чем я предполагал — мы всё идём и идём, минуя комнаты, галереи и переходы, пересекаем «перекрёстки» коридоров, и лишь затем оказываемся в помещениях, принадлежащих кехару.

Та часть дворца, куда меня приводят, располагается под открытым небом. Это огромный сад с нескольким большими беседками и галереями по периметру, по которым курсирует стража. А вот сам сын правителя сидит в одной из беседок, на ворохе подушек, читая толстенный талмуд в кожаной обёртке.

Завидев нас, парнишка нехотя поднимается со своего места и выходит навстречу.

Он молод — лет шестнадцать, не больше. Загорелый, поджарый, жилистый, как и большинство его сородичей. Чёрные волосы собраны в короткий хвост на затылке, нос гордо вздёрнут вверх, на юном лице явно выделяются острые скулы, а вот глаза… глаза сильно отличаются от прочих кочевников. Они ярко-зелёные.

Одет парнишка в простую хлопковую рубаху белого цвета, с завёрнутыми до локтей рукавами, и свободные матерчатые штаны, подпоясанные широким изумрудным кушаком, заколотым дорогой брошью. На поясе — короткие ножны, в которых покоится кинжал с рукоятью, украшенной драгоценными камнями.

И что примечательно — кехару босой.

Я внимательно разглядываю его, и понимаю, что на самом деле он совсем ненамного младше меня… Да, я выгляжу куда старше, да и прошёл через столько, сколько далеко не каждый старик вынесет за жизнь, но…

По возрасту мы с ним практически ровесники.

— Кехару Сейран, — с низким поклоном говорит Вахеро. — Ваш гость прибыл.

— Рад встрече, — произношу я. — Для меня большая честь быть принятым сыном самого владыки моря трав.

Несколько мгновений парнишка разглядывает меня, а затем, щёлкнув пальцами, делает сложный жест — и Вахеро, сделав несколько шагов назад, оставляет нас.

Мы остаёмся один на один с принцем. В его глазах, внимательно изучающих мою фигуру, нет и тени страха. Молодой кехару совершенно не боится человека, подчинившего себе тёмное королевство по соседству с землями степняков.

Скорее, в его взгляде я вижу неподдельный интерес.

— Здравствуй, тёмный колдун, — наконец произносит он. — Расскажешь мне о магии?