2134: Элемент - Сергей Извольский

— И делается все это не кулуарно, а с афишированием в обществе.

— Так точно.

— И это как-то… награда и наказание, не совсем стыкуется, верно?

— Так и задумано, в п-принципе, чтобы никто не догадался о вашем истинном статусе.

— А каков мой истинный статус?

— П-попроще вопрос, п-пожалуйста.

— Ясно, — протянул Никлас, хотя ему было совсем не ясно. — Что с американерами?

— П-пастор возглавит выживших. Для обеспечения деятельности рыбной фермы, до той поры пока не подрастут оставшиеся подростки, московская администрация выделит группу работников.

— А сам пастор, он что получается, ни при чем? Кто тогда приказ отдал, кто превратил людей в зомби?

— Ясного ответа нет, и скорее всего в ближайшее время не будет. П-предположительно, п-процесс изменения был активирован одним из тех, кого мы убили. В телах п-погибших обнаружен вживленный вирус-п-паразит, с п-подобным наша наука еще ни разу не сталкивалась. У тех, кто выжил, этого вируса нет. Уже по всей империи запущена масштабная п-проверка всех п-переселенцев на п-предмет наличия п-подобных п-подарков, также в экстренном п-порядке начинает работать усиленный входящий контроль. П-полагаю, впрочем, что никто ничего не найдет, а община американеров была п-первой и единственной ласточкой.

— Чего?

— П-попытки п-противника раскачать ситуацию в стране изнутри.

— Это Сверхразум смартмассы?

— Не факт, — после задумчивой паузы ответил Горчаков. — С одной стороны выглядит слишком топорно. С другой — может быть так топорно и задумывалось. С третьей — нельзя отметать возможность и стороннего участия, — бросил Горчаков взгляд на Катрин. — П-природа п-паразита, который взял под контроль разум людей, инородна смартмассе, так что это может быть п-привет от наших ближайших соседей.

«Новый рейх», — догадался Никлас.

— С четвертой стороны? — чуть погодя спросила Катрин.

— Эту сторону вслух обсуждать может быть слишком дорого, — отводя взгляд, произнес инспектор.

— Но она также в списке? — больше с утверждающей, чем с вопросительной интонацией произнесла ведьма.

— Да, — коротко ответил Горчаков после заметно долгой паузы.

Никлас, который сначала на понял, что за «четвертая сторона», теперь догадался: речь идет об измене, или внутренней игре противоборствующих имперских элит. Если бы недавно они с Катрин не обсуждали часто нюансы назначения Бойцова на должность командира бригады и последовавшие за этим процессы — как часть аппаратной борьбы властных групп, он об этом — о возможности внутренней провокации, даже и близко не подумал бы.

Вздохнув, Никлас прикрыл глаза на несколько секунд. Как все просто было тогда, когда он сидел за рулем машины, едущей в Пекле в составе конвоя. Сейчас же — командир штрафного отряда с золотым оружием, ввязавшийся непонятно во что.

Посидели, помолчали немного. Вскоре, судя по звукам, буханка в ворота заехала — оставшаяся в лесу часть группы, чье передвижение замедлял не помещающийся в машину ведмедь, прибыла. Горчаков, который даже не старался скрывать плохое настроение от долгой дороги, остался за столом. Никлас с Катрин чуть погодя — не дождавшись больше от инспектора никаких комментариев кроме язвительных, пошли организовывать выезд.

Выезжали в ночь — слишком в небольшом форте стало тесно после прибытия замены. Грузовик с ведмедем и Боливар с братом Павлом, Тришкиным, Вяземским, котом и собакой ехали сразу в Копанское. Ведмедя Никлас отпускал спокойно — Тришкин со зверем общался лучше всех, они словно на одной волне были, нашли друг друга. Ведмедь приказы Никласа выполнял, а вот Тришкина слушался. Ну, или прислушивался по крайней мере.

Быстро растущему щенку, прозванному за отсутствие смелости «Трусливым Псом», было все равно с кем и куда ехать — главное, чтобы с собой взяли. Кот Василий отправлялся в бывшее имение барона Волчанинова в уведомительном порядке: Никлас поручил ему в свое отсутствие следить за местностью и вообще быть за старшего.

Сам Никлас задерживаться на заставе тоже не собирался, без сожаления прощаясь с местом, где провел такие спокойные две недели. Но и в ночь до Петербурга без остановок ехать не планировал. Вскоре после того, как с лесной дороги выехали на асфальтированную, грузовик с буханкой поехали дальше, а Никлас остановился снять цепи с колес. После он — не став догонять ушедшие вперед машины, почти сразу свернул в техноград Саламгуба, решив переночевать там.

Приехал Никлас в ту самую гостиницу, где останавливались в феврале. Сам он чувствовал себя прекрасно, и поехал бы в Петербург с остальными двумя машинами, но хорошо видел, как мучается Горчаков. Инспектор и так в дороге из Москвы много времени провел, поэтому Никлас решил сделать ему приятное. Вслух и прямо об этом не сказал, конечно, но заметил, как Горчаков ему благодарно кивнул. Сразу стало видно, что у инспектора сходу настроение улучшилось — язвительность пропала и лицо от раздраженных морщин разгладилось.

Вместе ужинать не стали — день у всех был длинным, так что направились сразу по номерам. Включив воду в душе, Никлас очень долго в клубах пара стоял под горячими струями — успел уже соскучиться по благам цивилизации. Баня — это, конечно, хорошо, но как разовая акция. Ванная комната все же лучше, тем более что к хорошему — в виде нелимитированной горячей воды, очень быстро привыкаешь, и отвыкать сложно.

Никлас с наслаждением принимал душ ровно до того момента, как не услышал из комнаты странный хлопок. Насторожился, выскочил из душевой кабинки, уже с пистолетом в руке осторожно выглянул в комнату.

Осмотревшись, почти сразу опустил оружие: на стуле перед зеркалом трюмо сидела Катрин, не торопясь расчесывая мокрые волосы. Пока не понимая природу хлопка, Никлас, все еще настороженный, вскоре увидел рядом с ней открытую бутылку шампанского. Теперь уже совсем расслабился, убрал пистолет. Прикрыл дверь ванной комнаты, насухо вытерся и накинув гостиничный белый халат, вышел в комнату.

— Ты же не против, я открыла одну? — обернувшись, спросила Катрин, после чего отхлебнула прямо из горлышка. Напиток сразу вспенился, шипящие струйки потекли по подбородку ведьмы вниз на шею.

Катрин расстроенно цокнула языком, отставила бутылку и вытерлась — воротником своего халата. Снова сделала — уже аккуратнее, несколько глотков. И еще несколько.

— Из бокалов удобнее, — прокомментировал Никлас, озадаченно глядя как Катрин заливает в себя маленькими глотками большую дозу шампанского.

— А тут в баре нет бокалов. Стаканы только, но для такого шампанского это оскорбление.

В голосе ведьмы Никласу послышались странные интонации, еще ни разу до этого момента не слышанные. Он подошел ближе, забрал