Законы Рода. Том 4 - Ascold Flow

— У меня папа, после того как я в Сибирь съездила и вернулась живой, но с огромным количеством впечатлений, как-то подобрел. Так что, я думаю, ваше знакомство и беседа пройдут хорошо. Мы уже подъезжаем…

Мы подъехали к воротам, и личный водитель Светловой поморгал фарами.

Знакомый райончик… Отсюда до моего дома всего три-четыре километра пробежать надо.

— Я и не волнуюсь. Но всё равно говорить будешь ты, а я так, поддакивать. Ладно? — посмотрел я на неё, и Лена, подумав всего пару мгновений, кивнула.

Я вышел из машины и, помня наставления ещё со времён отрочества, проявил учтивость: открыл дверь и помог девушке выйти из автомобиля.

— Большое спасибо. Франц, — повернулась она к водителю, — проводите нас до главного дома. И предупредите отца, что я прибыла с гостем.

— Уже, юная госпожа, — поклонился он и двинулся перед нами в сторону большой, обросшей елями и пихтами усадьбе, что была в самом центре этого комплекса из нескольких домов, пруда, сада и ряда хозяйственных построек.

Невооружённым глазом видны забота о доме и уют, который создавался годами. А если у человека порядок дома, то и в жизни у него обычно полный порядок.

Мы прошли к большим и тяжеленным, вырезанным из цельного дерева, дубовым дверям, которые при нашем приближении начал открывать персонал. Нос уловил специфический запах от древесины…

— Морёный дуб из изменённых древесных пород Полесского излома? Это дерево считается одним из самых дорогих на аукционах! А ещё невероятно прочным и тяжёлым…

— Юный господин весьма прозорлив и сведущ, — с улыбкой поприветствовал меня дворецкий, что подошёл ко входу. — Вы вместе с Еленой Александровной прибыли для встречи с графом, правильно я понимаю?

— Да, Юзеф Павлович, всё верно, — ответила за меня Елена. — У нас произошёл кое-какой эксцесс… связанный с Ирисовым. И я обязана сообщить обо всём отцу. А ярл Миргорд Краст подтвердит мои слова, ведь был, к огромному сожалению, свидетелем и участником сего эксцесса.

— Ох, опять этот глупый мальчишка… Хорошо. Я доложу о вашем прибытии. Граф сейчас на деловой встрече в своём кабинете. Я сообщу вам, как только он освободится. Вы же пока можете разместиться в гостевой комнате или…

— Не переживайте, Юзеф Павлович. Я, как и полагается гостеприимной хозяйке, найду, чем развлечь нашего гостя.

— Тогда не смею вам мешать, юная госпожа, — улыбнулся утончённый мужчина в чёрном сюртуке и с примечательной испанской бородкой.

Хм, а тут довольно прохладно… Работает кондиционер?

— Мирослав, идём за мной…

— А тут всегда так холодно?

— Ой, я даже не подумала! Мы же маги льда, и для нас это комфортная температура. А вот летний зной мы еле переносим… Может, тогда во двор?

— Нет, всё в порядке. Я не настолько тощий. Не замёрзну, — улыбнулся ей.

Мы оказались в одной из комнат, в которой все стены были увешаны портретами членов рода Светловых. Серебряные волосы — их отличительная черта, и передавалась она из поколения в поколение, видимо, многие века.

— Это мой прадедушка. Он сумел переместить нашу семью в Москву и купить это имение. Тогда это были окраины. А сейчас — практически центр, — начала девушка небольшую экскурсию, демонстрируя мне видных членов её семьи и рассказывая, кто чем отметился в истории.

Было видно, с какой гордостью она говорит о своих предках и как воодушевлённо смотрит на ещё незаполненную часть картинной галереи. И, возможно, когда-нибудь повесят и её портрет. Пока же, как Лена сама выразилась, она слишком юна и озорна для этого.

— Вот когда повзрослею, выйду замуж и сделаю хоть что-то уважаемое всеми, тогда и мой портрет окажется в этом зале.

— Уверен, ты не успеешь заметить, как это случится, — поддержал я её.

— Ладно, идём дальше… — позвала меня ладошкой девушка следовать за ней.

Я уже было двинулся, когда ощутил движение в кармане. Прошёл всего миг, и Фома исчез.

Дальше были другие комнаты. Гостиные, зал для танцев… И везде я краем глаза замечал мохнатую жопу, с интересом разглядывающую убранство комнат. Естественно, младший сержант Фомченко делал это скрытно. Просто я уже наловчился вылавливать его пушистую жопку в те редкие моменты, когда он где-либо останавливается.

Судя по запахам, впереди кухня… И тут девушка остановилась возле рояля в большом зале гостинной и провела своими тоненькими пальчиками по клавишам.

— Ты умеешь играть? — не знаю зачем, но я спросил, и девушка обернулась в мою сторону, о чём-то задумалась на пару мгновений и легонько кивнула.

Она подошла к стульчику и присела, разминая пальцы. Медленно, даже немного неуверенно, Елена начала играть что-то из классики, постепенно входя во вкус и набирая темп.

Музыка была, словно мёд, и эхом расходилась по всему залу. Елена даже стала иногда «отключаться», закрывать глаза, продолжая бегать пальцами по клавишам и творить мелодию, что проникала прямо в душу…

Вскоре движения девушки начали замедляться, и наконец последняя нота была сыграна. Я стоял, поражённый чувственностью, нежностью и напором, с которыми красавица играла эту мелодию.

Звуки аплодисментов раздались позади меня, и мы с Еленой обернулись.

Высокий мужчина с серебряными волосами и атлетическим телосложением, которое не могли скрыть даже дорогие наряды и костюмы, стоял под аркой прохода и хлопал своей дочери.

— Браво, доченька, браво… Последний раз я слышал эту мелодию в твоём исполнении больше года назад, на дне рождения твоей матушки. Я даже не поверил своим ушам и прервал встречу ради наслаждения твоей игрой.

— Александр Сергеевич! — тут же уважительно поклонился ему.

— Папа… Прости что отвлекла, но что-то очень сильно поиграть захотелось.

— Что ты, родная. Эти минуты стоили куда больше, чем душные разговоры с партнёрами. А вы, молодой человек, и есть тот самый ярл?

— Простите, если мы вас отвлекли. Ярл Миргорд Краст к вашим услугам.

— Интересный вы человек, Миргорд. Давайте не будем стоять посреди комнаты. Пойдёмте. Юзеф, будь добр, принеси мне, моей доченьке и нашему гостю чего-нибудь выпить.

— Само собой, господин. Вам с Еленой как обычно?

— Да, — кивнул граф.

— Хорошо.