Молот Солнца 2: Камень Нируби - Дейлор Смит

Она посмотрела на Аларису, и улыбка сама собой сошла с ее лица. Алариса плакала. Никогда прежде Лауна Альва не видела свою подругу плачущей, но сейчас слезы катились из ее глаз крупными каплями, соединялись на подбородке в одну, еще более крупную, и падали на камни. Плечи у Аларисы вздрагивали.

— Там нет никакого лагеря… — всхлипывала она, начиная вздрагивать уже всем телом. — Почему ты решила, что он там есть⁈

— Потому что два других прохода мы уже проверили! — с жаром сказала Лауна Альва. — Алари, ты же помнишь это? Левый и центральный — мы там были! Остался только правый. Ты же сама говорила, что как раз он и приведет нас к лагерю… Нельзя сдаваться в двух шагах от цели!

Возможно, именно эти слова, а также уверенный тон Лауны Альвы, смогли успокоить Аларису. Во всяком случае, она перестала плакать и всхлипывать, и чтобы закрепить результат, Лауна Альва достала из сумки плоскую фляжку со «слезой раптора», и дала подруге сделать один глоток. Напиток этот был ароматным, притягательным, но вместе с тем достаточно крепким и, сделав один глоток, Алариса сразу закашлялась. Принялась утирать рукавом лицо.

— Вкусно? — спросила Лауна Альва, пряча фляжку.

Алариса помотала головой.

— Не знаю… Крепко…

— Хорошо, что крепко, сейчас тебе станет теплее…

Сначала они шли, ведя лошадей в поводу. Правый проход оказался просторнее левого — в этом Лауна Альва убедилась, когда они отошли от входа шагов на пятьсот. Она специально остановилась, а потом обошла пещеру с задранной над головой лампой. От стены до стены в этом месте было семьдесят пять шагов, она специально измерила. Впрочем, это знание им ничего не дало, поскольку ширину левой пещеры они начали замечать, только когда та сузилась, и дальнейшее продвижение стало затруднительным.

Но зато «слеза раптора» свою работу сделала на «отлично» — Алариса заметно приободрилась, даже повеселела и принялась рассуждать о свадьбе. Но не о свадьбе Лауны Альвы, а о своей собственной — с дядей Джоуном. Она говорила об этом, как о каком-то решенном вопросе, а факте, который уже нельзя было изменить. И попутно проклинала ректора Астариса за то, что тот услал ее жениха в неизвестно какие дали на поиски камня, которого с большой вероятностью не существует вовсе.

— Лишь бы Джоуни не очень долго бродил по чужим землям, — говорила Алариса на полном серьезе. — Я не хочу, чтобы к тому моменту, когда он вернется, я уже стала «оуки-млаха». У метентара должна быть настоящая жена, а не какой-то там просроченный товар!

Она много еще чего говорила, и Лауна Альва поначалу думала, что это всего лишь девичьи фантазии, разогретые глотком «слезы раптора» — напитка, от которого развязываются языки даже у последних молчунов. Но потом какая-то случайная фраза заставила Лауну Альву слушать свою подругу внимательнее, и она вдруг поняла: никакой фантазии в этих словах нет — вопрос действительно был решенным. Во всяком случае, со стороны самой Аларисы…

И тогда Лауна Альва осторожно пихнула ее в плечо.

— Послушай, Алари… Я не знаю, что ты там себе надумала, но я не хочу, чтобы для тебя стало неожиданность, если дядя Джоун не захочет на тебе жениться…

— Почему это вдруг⁈ — вскинулась Алариса. — На тебе, значит, все хотят жениться, а на мне никто не захочет⁈

— Да я не об этом говорю! Ты очень красивая. Из-за твоей красоты мужчины часто и боятся даже допустить мысль о том, чтобы жениться на тебе… Но сейчас я говорю только о дяде Джоуне… Насколько мне известно, в его планы на ближайшие годы женитьба не входила. И если ты будешь просто ждать, пока его планы изменятся, то точно успеешь стать «оуки-млаха»…

Алариса вдруг рассмеялась.

— Лальва, милая, ты что — подумала, что я свихнулась на мысли о свадьбе и выдаю желаемое за действительное⁈

— Я не сказала, что ты свихнулась… Хотя это и так бросается в глаза!..

— Погоди! — оборвала ее Алариса, подняв руку. — Ты просто ничего не знаешь…

— Чего я не знаю?

— Мы с Джоуни уже все решили.

Лауна Альва сбилась с шага, остановилась и нахмурила лоб.

— Вы с Джоуни?.. То есть, с дядей Джоуном⁈ Да когда вы успели все решить-то⁈

— Еще два дня назад… Точнее, за два дня до того, как мы въехали в Ительские скалы…

— Пока мы ехали с караваном? — воскликнула Лауна Альва, пораженная тем, что такое событие могло пройти мимо нее. — А я где была все это время⁈

— Ты носилась на своей Белянке галопом и визжала, как сумасшедшая… Мы с Джоуни сидели в фургоне, болтали о разном… А потом он меня поцеловал…

— Поцеловал⁈ Просто взял вот так и поцеловал⁈

— А что — меня и поцеловать уже нельзя? Мне, конечно, пришлось ослабить шнуровку на лифе, чтобы грудь стала объемнее, и Джоуни понял наконец намек… Но все остальное он сделал сам!

Лауна Альва прямо-таки задохнулась от возмущения. Закусив губу, чтобы не закричать, она растопырила пальцы и потрясла ими у подруги прямо перед невинным личиком. Как уже упоминалось, в Снежных землях этот жест означал высшую степень раздражения. На следующей стадии пальцы обычно сжимались в кулак, и следовал удар в зубы.

— Все остальное⁈ — все-таки закричала Лауна Альва. — Что ты имеешь в виду, когда говоришь «все остальное»⁈

— Тише, тише… — Алариса на всякий случай прикрыла лицо ладошками. — Успокойся!.. Может быть ты и решила стать «оуки-млаха», но я ею становиться не собираюсь!

— И для этого ты совратила моего дядю Джоуна⁈

Алариса убрала ладони от лица, вздохнула и покачала головой.

— Ну, знаешь ли… — сказала она. — Ты еще скажи, что это я во всем виновата! Вообще-то для акта любви требуются двое…

Лауна Альва нервно захохотала.

— «Для акта любви»! — громко повторила она, и эта фраза эхом отразилась от свода пещеры, вернувшись назад с издевательской интонацией. — И что — вы это сделали прямо в фургоне? Я имею в виду этот ваш «акт любви»?

Алариса усмехнулась, а потом с наигранной стыдливостью отвела глаза в сторону.

— А что в этом такого? — она искоса взглянула