Глубина - Сергей Лукьяненко

Нас разнимает Дик, второй дайвер «Лабиринта», тот, кого Неудачник назвал хорошим человеком.

Мы деремся минут пять, не стремясь убить друг друга, просто вымещая ярость и ненависть. Дик просовывает между нашими сплетенными телами ствол своего «BFG-9000» и негромко сообщает:

– Еще три удара – и я стреляю.

Анатоль скашивает на него глаза, отлипает и коротко бьет меня под ребра. Я перевожу дыхание и пинаю его в пах. Теперь очередь Анатоля корчиться от боли.

Дик невозмутимо ждет третьего удара. Но мы стоим по стойке смирно.

– Хорошо, – решает Дик, опуская оружие. Он говорит по-русски, очень чисто и почти без акцента. – Д-дайверы… вашу мать.

– Этот придурочный ламер… – шипит Анатоль. – Этот козел…

– Остынь, – советует Дик. – Он хорошо шел, я смотрел. Не всегда честно, но всегда хорошо.

Дик невысокий, худой, гибкий. Но в этой паре он главный. Анатоль замолкает, начинает стирать кровь с лица.

Я предаюсь тому же занятию.

– Ты хорошо играл, – говорит Дик. – Но все непросто.

– Это я понял, – отводя взгляд от тела Неудачника, соглашаюсь я. – Что происходит?

– Объясни, Ан, – бросает Дик и садится на закопченное, битое зеркало пола.

Анатоль морщится, словно ему велели съесть пригоршню пиявок. Но подчиняется.

– Ты что, чудик, думал, мы здесь дурака валяем? – спрашивает он.

– Тебе виднее, – огрызаюсь я.

– Мы его каждый час водим! – вопит Анатоль. – Я семь раз его вел! Дик – восемь! Понимаешь, дубина? Мы тут каждый угол знаем! Нюхом чуем, когда что меняется! Понимаешь?

Я начинаю понимать.

– Гильермо тебе сказал, что мы пытаемся вытащить парня? – скучным голосом спрашивает Дик.

– Да… – Я хлюпаю разбитым носом.

– Прекрасно! – оживляется Дик. – Так какого… – Он глотает ругательство и устало машет рукой.

– Кто он тебе? – набычившись спрашивает Анатоль.

– Кто?

– Неудачник! – вопит Анатоль. Явно собирается пнуть тело в иллюстрацию своих слов, но вовремя останавливается. – Сват, брат? Кто он? Ты что, без бабок сидишь, что нашу работу взялся делать?

– Видно, как вы ее делаете!

– Анатоль верно спросил, – замечает Дик. – Кто он тебе?

– Никто.

– Парень, если ты знаешь его адрес, то лучше вытаскивать Неудачника ручками.

– Я не знаю его адреса, – говорю я. – Можешь поверить? Это просто клиент. Мне поручили его спасти.

– Кто?

– Тоже не знаю. У заказчика не было лица.

Я слежу за их реакцией, но ее нет. Мою фразу о Человеке Без Лица они восприняли как красивость речи.

– Час от часу не лучше, – говорит Дик.

– Легче, – автоматически поправляет его Анатоль. – Час от часу не легче.

– Спасибо. – Дик косится на меня. – Парень, как тебя зовут?

– Леонид. Леня.

Дик кивает:

– Ты меня знаешь под именем Крейзи Тоссер.

Я хлопаю глазами. Крейзи Тоссер – один из старейших и уважаемых дайверов. Пожилой веселый толстяк… в таком облике он является на сходки.

Вот где Крейзи зарабатывает себе на пропитание…

– Ребята, я не собираюсь отбивать у вас хлеб, – говорю я. – У меня конкретный заказ – спасти Неудачника. Я не мог отказаться.

Оба дайвера разом смягчаются. Похоже, вчерашний шум и мое стремительное путешествие сквозь уровни «Лабиринта» нагнало на них какие-то конкретные опасения.

– Ты думер, верно? – спрашивает Анатоль. – Еще из старых…

– Да.

– Ну… ты нормально шел… – отворачиваясь, говорит Анатоль. – Я слышал рассказы. Даже если половина – гонево, все равно…

– Спасибо, – бросаю я. Доброе слово, оно и чайнику приятно.

– Неудачника невозможно спасти, – говорит Дик.

– Что? – теряюсь я.

– Невозможно.

– Дик у нас фаталист, – усмехается Анатоль. – Ладно. Садись, я объясню.

Мы усаживаемся вокруг тела Неудачника, и Анатоль начинает рассказ. Я слушаю, отстраняясь от деталей и запоминая основные факты.

Неудачник не говорит своего имени и адреса.

Неудачник – великолепный стрелок… и будь он чуть удачливее, то прошел бы «Лабиринт» за сутки, сорвав все призы.

Неудачник никогда не стреляет в игроков.

– Что? – переспрашиваю я.

– То. Он не стреляет в игроков. Монстров бьет влет, – бурчит Анатоль. – Смотреть завидно. А в людей ни разу не выстрелил. Когда я его тащил во второй раз, то на этом и прокололся. Был уверен, что он поможет…

– Он «плывет»… – говорю я. – Считает происходящее реальностью… нет! Нет, он же сам мне сказал, что вокруг виртуальность!

– Ага, – соглашается Анатоль. – Ориентировку он не потерял. Но с человеколюбием у него заскок.

– Верующий? – предполагаю я. – Пацифист?

Анатоль лишь пожимает плечами.

– Значит – его каждый раз убивали игроки?