Третий сын - Константин Ежов

– Мог бы и помочь! – не выдержала и высказалась Палома.

– Чем? Нужно было подсказать взять пакет? – выразил я совсем неискреннее недоумение, но с абсолютно невинным и честным лицом.

– Мы спросили, но ни у кого их не было! – возмутилась моими инсинуациями Чус.

О! Вот это я понимаю, мужская солидарность! Видать, быстро прочухали тему. Не каждый день таких носильщиков увидишь! Их бы ещё в таком виде на субботник, да мётлы в руки. И чтобы обязательно в верхонках… Чёрт! Вот лоханулся, хоть бы на имеющееся убожество всё сфоткал. Эх… Теперь поздно.

– Вы чего как не родные? Складывайте добро на стол да присаживайтесь, – обратился я к неожиданно застывшим возле стола девушкам.

Настал тот самый момент, которого хотелось бы избежать, особенно в публичной плоскости. Лента была уже на столе, девушки на стульях, а умфон всё ещё в кармане.

– Розовый? – удивлённо поинтересовалась Палома.

Чус тактично промолчала.

– Ага, – нейтрально согласился я, мучаясь, с чего бы начать.

– А вы точно алмазами занимаетесь? – в лоб спросила самая разговорчивая в этой парочке то, что её интересовало больше всего.

– Нет, конечно же, – ответил я на автомате, погружённый совсем в другие мысли.

Интересная особа. Будто своими глазами не видит, чем занимаюсь.

– Вы же Кулешов? – продолжила докапываться она.

Мягко говоря, удовольствия это не доставляло. Сбивают, понимаешь, всё время с мысли…

– Да, – пришлось ответить.

– А как же тогда…

– Однофамилец, – грубо перебил я эту Палому.

Нет, ну что мешает просто немного посидеть спокойно.

– Чус, пошли от этого хама! Тоже мне, кулешовские бриллианты! – взорвалась она.

Пришлось даже оторваться и посмотреть вслед уходящей парочке. М-да-с, а работать она не любит. Про Чус такого не скажу, просто она была осторожнее, и данных маловато делать какие-либо выводы насчёт неё. В любом случае меньше народу, больше кислороду! Однако долго наслаждаться покоем мне не пришлось.

– Можно узнать, чем вы занимаетесь? – раздалось откуда-то сверху мягким бархатистым и настолько переливчатым голосом, что сразу захотелось предложить руку и сердце.

Слушал бы его и слушал. И ещё бы запер и не выпускал на улицу, чтобы никто больше не услышал! Естественно, поднял взгляд. Ох, грехи мои тяжкие. Да ей же на конкурсах красоты одни первые места собирать! А волосы, сильные и волнистые, цвета спелой пшеницы. И никакого декольте! Вообще. Мадонна! И размер-то явно четвёртый, без всяких сомнений. И что самое главное, ткань блузки тоненькая, и значит, никакого обману! Ух, какая талия. Оп. Аж пришлось срочно зажмуриваться.

Так и знал, где-то здесь подвох! Юбка была короткой, а за ней шли длинные стройные совершенные ножки. Даже сквозь закрытые веки жгли одними воспоминаниями. Нет, игнорировать их убойный эффект уже научился, но не так вот чтобы без подготовки.

– Вы присаживайтесь, – предложил я ей, не открывая глаз и изображая размышления о высоком.

Кое-как успокоился. Ну нельзя же так с нами, бедными мужчинами. Но решил всё же не искушать судьбу и посмотрел сразу на её лицо. Как только поднял веки. Лучше бы разглядывал ноги. Однако она выполнила мою просьбу, и они были недоступны. Я встретился с её взглядом абсолютно голубых, чуть прикрытых, обрамлённых густыми длинными ресницами глаз. И тут вспомнил, наконец, о её просьбе.

– Ой, извините. Занимаюсь улучшайзингом!

А так хотелось сказать, что плюшками балуюсь! Эх… И тут она заморгала, явно не сообразив, про что я. Давно меня совесть не мучила.

– Простите. Просто делаю свой умфон немного лучше, – пришлось добавить, чтобы не ставить девушку в неловкое положение.

Что же делать-то. Сегодня вечер занят уже назначенным свиданием, но и её не хочется упускать. Блин, что за невезуха. Стоянка в Багдаде не такая и длинная, и второй встречи, одну за другой, не провести. Блин, надо хоть познакомиться!

– Он розовый?! – сбила она меня с мысли.

Ну, Светка, припомню тебе этот номер.

– Потому и делаю временную шкурку. А через пару дней мне доставят новый, – я начал отмазываться, как мог.

– А что мешает его просто купить? Вроде бы здесь я видела салон, – заявила она мне.

Вот. Вот этого вопроса и ждал. Иначе интригу и закручивать не стоило.

– Меня Иваном зовут. Можно просто Ваня, – представился я в инициативном порядке.

Но ответа сразу не последовало. У, какая невежливая, а ещё красотка. Ну что же, отмщу и забуду! А пока пришлось посмотреть на неё внимательно, она сделала это в ответ. Поигрались в гляделки. Отвечать я ей так просто не собирался.

– Хорошо. Княжна Кемская, – наконец она сдалась, гордо вздёрнув прелестный носик.

Ух ты! Ещё и задавака. Но и мы не пальцем деланные. Гляделки продолжились.

– Ладно, Видана. Но только и вы скажите свою фамилию, – в этот раз она почему-то посерьёзнела.

– Вида, значит, – быстро сократил я имя.

– Ну, знаете ли! – возмутилась она и уже даже собралась вставать.

– Кулешов, – пошёл я на уступки.

А то такую райскую птичку можно и упустить! А вот её вид сильно удивил. Знаете, не каждый день можно увидеть такое изумление, граничащее с шоком, на чьём-то лице. Потом резкий переход на другое. Лучше всего описываемое состоянием человека, сорвавшего джекпот в лотерею. Ей ещё «Йес» воскликнуть, и мне можно падать от смеха.

– Вида так Вида, – неожиданно покладисто согласилась она.

А на лице сплошное довольство. Что-то мне это перестало нравиться. И тут она нахмурилась.

– А вы же не наследник? – задала она сразу же после этого вопрос.

Странный вопрос. Как бы взрывающий мозг. Частичка «не» смущала.

– Нет. Всего лишь третий сын, – проговорил я растерянно, так и не сообразив, как реагировать.

Но почему-то на её лице разочарования не было. Даже, сказал бы, засветилась она изнутри. Ещё краше от этого став. Да что с ней творится-то?!

– В общем, купить такой невозможно. Пока, естественно. Мне предсерийный образец доставят. Потом уж, когда пойдёт в продажу, заменят, – проговорил я без особой радости в голосе, всё ещё думая, как на неё теперь реагировать.

– А мне такой можно?! – задала она двусмысленный вопрос.

– Эм… Даже не знаю насчёт второго, – промямлил, решив, что речь всё-таки про новенький умфон.

– Да нет, мне можно отделку от вас? Так свезло сегодня. Я уж думала, ничего хорошего в этой экскурсии, перед отправкой в Японию, не будет, – выдала она, загрустив.

Да уж. Жизнь ей предстоит в ближайшее время не сахар.