Чемпион - 2 - Валерий Гуров

понятно, че, жертва то уже заглотила крючок). А рядом с ней, чуть ли не в обнимку, увидел ещё одну свою незабвенную одноклассницу — Лизу Короткую. Эта девка считалась второй после самой Светки красавицей их класса, с меньшими формами, но, пожалуй с более милой мордашкой. Лизка была ещё одной дамочкой, которая охотно терлась вокруг Ромы, выделяя в нем альфасамца. Ну и бабки на кармане у Глисты водились с завидной регулярностью — Пельмень отнюдь не был единственным школьным лохом. Были и другие, которые охотно выворачивали карманы, пасуясь перед авторитетом Ромки.

Фотоаппарат пожужжал своё и следом выплюнул свежесделанный снимок — прямо Ромке в руки. Тот аж сиял от удовольствия, что сумел застать Пельменя врасплох в таком виде. Ещё бы, сука, целый план для этого разработал, а теперь пожинает плоды.

— Рома дай нам посмотреть! — сразу же выпалила Светка.

— Дай нам, да! — подругу поддержала Лиза. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!

Ромка жадничать не стал и протянул фотку. Ее зацепили девчонки, она оказалась в руках у Лизы, оказавшейся порасторопнее своей подруги. И Лизка принялась ее трясти и проявлять. Интересно только, что они собирались на ней лицезреть? Пельмень то вот он, если че никуда не делся, на кровати лежит и попрежнему светит всеми все своими достоинствами. И недостатками в принципе тоже.

Однако хавать это Саня, понятное дело, не стал. Он, которого весь этот тухлый движ застал врасплох, надо признать, медленно поднялся с софы. Сначала сел на ее краю, делая парочку глубоких успокоительных вздохов, чтобы не слететь с катушек. А затем выпрямился во весь рост.

Троица будто бы не обращала на него внимания — Ромка, Лиза и Светка были заняты разглядыванием фотографии, которая постепенно проявлялась.

В висках же у Пельменя пульсировала злость.

Сука.

Повелся.

Малолетки обвели его вокруг пальца играючи. И Светка зараза, ей с такой проникновенной актерской игрой в пору американского Оскара давать за лучшую женскую роль. Переоделась даже специально по такому случаю. Причём повелся Пельмень на такой галимый разводняк, что перед самим собой как-то неудобно стало. Насколько примитивно было все сделано. Даже интересно — практиковали ли подобное эти ребята с другими парнями из школы? И как «жертвы» реагировали на такой расклад? Или Пельмень первым попал впросак?

Понятно, что ответа у Сани не имелось. Хрен его знает, как на самом деле. Только теперь следовало понять что делать с таким раскладом и как в принципе на кипишь реагировать.

Рома отвлёкся от разглядывания проявляющейся фотографии, поднял глаза, покосился на Саню, теперь приметив, что тот поднялся.

— Здоров, Пельмень! — сказал он.

— И тебе не болеть, — сухо ответил Саня.

Кстати Глиста, нет-нет, а бросал взгляд на стручок Сашки. Туда же начали украдкой пялиться девки, стоило Пельменю подняться с кровати. Он то особо не прикрывался от народа. Че фоткать — пусть смотрят на оригинал, сами же хотят. Причём и Светка и Лизка, одноклассницы похоже оказались восхищены увиденным, судя по их горящим глазам и живому интересу.

— Харе на него пялиться, слышь девки, — зло буркнул Глиста, заметив их любопытство. И вдогонку раздраженно прокомментировал стояк одноклассника. — Этот придурок похоже нажрался химозы. У нормальных пацанов такого… э-э… нет такого.

— Может просто у тебя нет, а Ром? — спросила Лиза.

Девки дружно захихикали. Наверняка знали о возможностях своего дружка в обозначенном аспекте. Глиста аж покраснел густо. То ли от смущения, то ли от злости, пожиравшей его изнутри. А может от того и другого одновременно…

— Прикройся, слышь придурок! Не хрен своим причиндалом светить.

— Одежда моя где? — строго спросил Пельмень, стараясь сохранять максимальное спокойствие и держать себя в руках. — Тогда и прикроюсь.

— Покрывало вон с софы возьми, да?! — буркнул Ромка.

— Одежду отдай! — продолжал настаивать на своём Пельмень.

— Чего ты там невпопад пищишь, а жирный? — Глисту так и хотелось уколоть Пельменя, чтобы побольнее. — Бабки давай гони, если обратно свою одежду хочешь получить, — заявил Глиста. — Понял меня?

— Чего?! — Саня шагнул вперёд. — Какие на хрен бабки?

— Того! Верну тебе твои тряпки, если отвалишь нам пятьдесят рублей прямо сейчас.

— Ты рамсы не попутал со своими запросами? — нахмурился пуще прежнего Пельмень. — Одежду обратно отдал, кому говорю, по хорошему.

Ладно, допустим зачтено — Саня действительно повелся на дешёвую разводку одноклассников. Так с этим фактом никто не спорил как бы, сам виноват, честно говоря. Не той головой думал в моменте. Но стричь бабки таким вот наглым путём — это уже увольте, борзота. Подобное Саня терпеть не собирался.

Ромка со своей стороны также продолжал распыляться и напирать.

— Кто попутал, слышь жирный, это ты за базаром своим следи и не путай! Какой на хрен по хорошему? А как по плохому? Бабки говорю на базу гони, карманы давай живо выворачивай, пока по башке не получил!

Саня медленно покачал головой, продолжая стоять на своём.

— Никаких денег я тебе не дам. С хера ли баня завалилась?

— Хочешь сказать у тебя бабла нет? — хищно оскалился Глиста. — У тебя полные карманы, мудила! Не заставляй меня их у тебя вытрясать!

— Я не сказал, что денег у меня нет, — Саня снова покачал головой. — Я сказал, что тебе ничего не дам, если хочешь по хорошему замять.

— Короче, толстый, гони полтинник за одежду и ещё полтинник за фотку, если не хочешь чтобы она по рукам пошла. И вообще, если бы не девочки, я бы тебя уже урыл! Им спасибо скажи, что тебя жалеют.

Понятно.

Саня стянул с софы покрывало и прикрылся, напоминая собой римского сенатора с Римского Форума лет так две тысячи назад. Честно говоря этот Рома Глиста его порядком достал своими выкидонами и попытками поярчить перед одноклассницами. Пора бы поставить его на место и приучить отвечать за гнилой базар.

— Давай решай скорее, — поторопил Глиста, злясь от того, что Саня молчит. — А то ещё за одну фотку платить придётся!

Глиста тут же поднял фотоаппарат, навёл объектив Полароида на Саню и снова попытался его сфоткать, для чего подошёл поближе.

Зря.

Теперь уже ошибся Глиста, поведя себя как излишне самоуверенный тип. Пельмень церемониться не стал. И открытой пятерней со всей дури врезал по фотоаппарату Глисты. Мыльница отлетела, стремительно спикировала в стену, а ударившись о бетон — Полароид треснул и упал на пол, теперь уже окончательно разлетевшись на несколько частей. Вряд ли фотоаппарат теперь был годен к использованию. А Полароид в нынешнее время — дефицитная штука (интересно в принципе, где Глисьа его взял).

Ну извините — думать надо, а потом уже делать. Может после