Моров - Владимир Кощеев

И я почти на сто процентов уверен, что этот старик — чей-то слуга.

— Если вы о паре наемников речь ведете, то у меня встречный вопрос, господин Неизвестный, — разминая затекшие от напряженной работы пальцы, с усмешкой произнес я. — Вы уже похоронили то, что от них осталось?

Возникла короткая пауза, видимо, старик так и не понял, что поставленная им задача не была выполнена. Сообщение-то я чисто технически получил, только вот гонцы этого не пережили.

— Иван Владимирович, вы играете с огнем, — видимо, взяв себя в руки, произнес собеседник.

— Не переживайте, я уже достаточно взрослый для этого, господин Невежа, — отозвался я. — К чему эти игры в шпионов, назовите фамилию, которой служите, и я лично передам вашим хозяевам, что своих псин стоит держать на коротком поводке. И подальше от благородных людей. Вы же наверняка из потомственных слуг, а так грубо нарушаете этикет. Предки в гробу, наверное, переворачиваются.

— Мы еще обсудим предков, Иван Владимирович, — чуть дрогнувшим голосом ответил старик.

Очевидно, что мой пассаж про предков его все же задел. Да и, что уж греха таить, какой-то мальчишка из молодого рода Моровых смеет дерзить целому потомственному слуге явно высокопоставленного благородного семейства.

— То есть имени я так и не услышу? — уточнил я и, не дождавшись реакции, завершил разговор: — В таком случае прошу меня больше не беспокоить.

И я прервал звонок самым наглым образом.

Уж не знаю, на что конкретно рассчитывал этот старик, однако вести подобные переговоры он явно не умеет. Что, в принципе, неудивительно. Вряд ли в дворянской среде существует школа шантажистов и вымогателей для доверенных слуг. Все же такая деятельность — прерогатива бандитов и правоохранительных органов.

Пройдясь вокруг стола, за которым выводил ритуальные линии на запонке, я как следует размялся, прежде чем вернуться к работе. Точность крайне важна, и нужно настроиться, чтобы не совершить ошибки.

А пока я готовился продолжать, желудок напомнил, что в него не мешало бы положить что-нибудь. Так как от окорока и кофе, употребленных ночью, не осталось и следа.

Вынужденная пауза резко прибавила раздражения.

Мало того что из-за этого старика на меня напали, так теперь он отвлек меня от работы, и в итоге я, растеряв концентрацию, еще больше потеряю времени на еду. А ведь мог бы уже заканчивать с рисунком и переходить к заполнению ингредиентами!

В очередной раз меня захватили эмоции. И хотя это было естественно, но над собственной сдержанностью следовало поработать. Нет ничего хуже, чем психующий чародей. У такого и заклинания могут не так действовать, и сила расходуется быстрее.

Для магии воздуха лучше всего подходила пыль белого берилла. И она у меня уже лежала отмеренная в специальной серебряной посуде. Накрыв стол простым куском некрашеной холстины, чтобы в мое отсутствие ничего лишнего не попало в чашку с порошком, я направился на кухню.

Вечно на подножном корме жить нельзя. Так что еду пришлось готовить. К счастью, полуфабрикаты имелись, и через пятнадцать минут лазанья отправилась в духовку.

Телефон зазвонил вновь, когда я уже доставал стеклянную посуду из духовки.

— Моров слушает, — произнес я максимально нейтральным тоном.

Однако, похоже, настроение все же до конца скрыть не удалось.

— Я не вовремя, Иван? — с усмешкой спросила Варвара Константиновна. — Кажется, вы не очень рады меня слышать.

О ее предложении, озвученном на пороге особняка, и брате, смотревшем на меня с превосходством на приеме Завьяловых, я не забыл.

И встреча с Легостаевым логично вела к тому, что его сестра мне обязательно позвонит. Не мог ведь брат не высказать сестре, что познакомился с ее протеже на приеме. Но, черт возьми, я тут делом занят!

— С вами, Варвара Константиновна, это не связано, — ответил я, доставая чистую тарелку из шкафа. — Чем обязан вашему звонку?

Несколько секунд девушка молчала, оценивая мое состояние.

— Мне бы хотелось продолжить наш прошлый разговор, Иван Владимирович, — произнесла Легостаева после паузы. — Тем более, как мне кажется, вам было бы интересно взглянуть на дело, попавшее ко мне в руки.

— Боюсь, я вряд ли окажусь вам полезен, Варвара Константиновна, — ответил я, орудуя лопаткой в стеклянной форме, чтобы отрезать себе кусочек. — Это мои предки работали с запрещенной магией, я в этом не слишком заинтересован.

Вот она, прелесть того, что я не согласился идти в Службу Имперской Безопасности. У меня есть полное право отказаться. Разумеется, меня все еще можно привлечь, допустим, в качестве эксперта, но только — по решению дворянского суда. А дворяне крайне не любят, когда имперские службы им приказывают.

— Даже если я скажу, что дело касается культа, который вас похитил? — таким тоном, будто предлагает мне выигрышный билет в лотерею, уточнила собеседница.

— Если дело связано с кровавым культом, и о нем стало известно вам, следовательно, либо все уже мертвы, либо арестованы, — ответил я. — В любом случае это может подождать, пока я не закончу.

Варвара Константиновна снова помолчала некоторое время, а после все тем же тоном заявила:

— Странно, а брат сказал, что вы общались с Солнцевыми.

— И как же они связаны с кровавым культом? — спросил я напрямую, ставя тарелку с лазаньей на стол.

Легостаева решила выдержать театральную паузу. Мне кажется, ей нравилось играть мне на нервах.

— Среди убитых мы нашли тело Анастасии Венедиктовны.

Кровавый культ убил официальную мать наследника Солнцевых?

Глава 14

Логистический центр в Химках, закрытые на ремонт складские помещения. Иван Владимирович Моров .

— Не вздумай мне здесь блевать, сержант, — строго приказала Варвара Константиновна, смахивая пепел в рот искореженного трупа. — Ты первый раз, что ли?

Подобное пренебрежение к телам погибших от магии крови со стороны Легостаевой мне было понятно. Эта школа чар, если ее можно так назвать, искажает трупы так, что ни один анализ ДНК не приведет к удовлетворительному результату. Опознать тела можно лишь по особым приметам, если они уцелели.

Стоящий рядом сержант полиции судорожно