Валентин Понтифик - Роберт Силверберг

– Попросите Й-Уулисаана зайти ко мне, – сказал корональ.

Лорд Валентин сидел в каюте своего флагманского корабля «Леди Тиин» за столом, заваленным испещренными множеством пометок и надписей картами и схемами зараженных областей Зимроэля. Шел третий день плавания. Он вышел из Алаизора с флотом из пяти судов под командованием Великого адмирала Эйзенхарта и направлялся в порт Нуминор, расположенный на юго-восточном побережье Острова Сновидений. Путь должен был занять много недель даже при самых благоприятных ветрах, а сейчас ветры были встречными.

Ожидая своего советника по сельскохозяйственным вопросам, Валентин продолжал просматривать документы, подготовленные Й-Уулисааном, а также то, что было доставлено по его запросу из исторических архивов. Он возвращался к ним чуть ли не в пятидесятый раз после выхода из Алаизора.

Он знал, что болезни и нашествия паразитов растений имеют столь же древнюю историю, как и само сельское хозяйство. Так что не было никаких оснований надеяться на то, что Маджипур, несмотря на все достоинства этого мира, окажется совершенно свободным от таких напастей. И действительно, в архивах отыскалось немало примеров из минувших эпох. При дюжине, если не больше, правителей отмечались серьезные неурожаи от болезней, или засух, или нашествий насекомых, причем не менее пяти из них были весьма тяжелыми – при Сетифоне и лорде Станидоре, потом при Трайме и лорде Вилдиваре, Струйне и лорде Гуаделуме, Канабе и лорде Сирруте, а также в эпоху Сигнора и лорда Меликанда, уже почти не проглядывавшей из туманной глуби былого.

Но происходившее сейчас казалось куда опаснее всех этих случаев, думал Валентин, и не только потому, что свои беды всегда острее тех, что благополучно похоронены в архивах. По сравнению с теми временами население Маджипура значительно выросло и насчитывало уже двадцать миллиардов, тогда как при Струйне не набиралось и шести, а при Сигноре была вовсе горстка. И если сельское хозяйство сильно пострадает, то при такой массе населения может начаться настоящий голод. А там рукой подать до краха общественного устройства. Валентин отлично понимал, что стабильностью бытия все обитатели Маджипура обязаны необыкновенной щедрости жизни во всех ее формах на этой гигантской планете. Поскольку никто здесь никогда не испытывал настоящей нужды, в обществе существовало практически всеобщее согласие с порядком вещей и даже с сословным неравенством. Но отними уверенность в полном желудке – и все остальное может рухнуть в одночасье.

И эти мрачные сны, одолевавшие его самого, видения хаоса и странные предзнаменования – пауки-сольпуги, размножившиеся в Алханроэле и тому подобное, – все это вселило в него ощущение тяжкой опасности, невиданной еще угрозы.

– Мой повелитель, прибыл Й-Уулисаан, – доложил Слит.

У советника по сельскому хозяйству был встревоженный и немного нездоровый вид. Войдя в дверь, он начал было неловко делать знак пылающей звезды, как того требовал этикет. Валентин нетерпеливо мотнул головой, жестом предложил Й-Уулисаану сесть и ткнул пальцем в выделенную красным область вокруг Дюлорнской долины.

– Что собой представляет лусавендра? Насколько важна эта культура?

– Чрезвычайно важна, мой повелитель. Это основной источник углеводов для всего населения севера и запада Зимроэля.

– И если ее урожай резко сократится?..

– Ее можно заменить в пище такой культурой, как стаджа.

– Но ведь стаджа тоже поражена болезнью!

– Совершенно верно, мой повелитель. А милиайле, играющая ту же роль в питании, поражена корневым долгоносиком, о чем я вам уже докладывал. Так что следует ожидать наступления серьезных трудностей в обширной области Зимроэля уже через шесть, максимум девять месяцев.

Й-Уулисаан кончиком пальца обвел на карте широкий круг, охвативший территорию почти от Ни-мойи на востоке до Пидруида на западном побережье и доходящий на юг до самого Велатиса. «Сколько народу может там обитать? – подумал Валентин. – Пожалуй, два с половиной миллиарда…» Он попытался представить себе, как два с половиной миллиарда голодных жителей, приученных всей своей жизнью к изобилию пищи, ринутся в города – Тил-омон, Нарабаль, Пидруид…

– Имперские житницы смогут на некоторое время покрыть нехватку продуктов. А мы тем временем придумаем, как справиться с бедой. Лусавендровая сажа уже появлялась около века тому назад, и тогда с нею справились.

– Только с помощью чрезвычайных мер, мой повелитель. Земельные угодья выжигали, а потом с пожарищ глубоко снимали почву. И обошлось это во многие миллионы роялов.

– Разве о деньгах нужно думать, когда люди голодают? Сделали однажды – справимся и еще раз. Если мы сейчас же развернем программу в областях, где разводят лусавендру, сколько, по вашему мнению, потребуется времени, чтобы вернуться в нормальное состояние?

Й-Уулисаан довольно долго молчал, с отсутствующим видом потирая кончиками пальцев необычно широкие и резко выдающиеся скулы, а потом сказал:

– Не меньше пяти лет. Но вероятнее, что десять.

– Это невозможно!

– Сажа распространяется стремительно. Пока мы с вами разговариваем, она могла заразить с тысячу акров. Проблема будет в том, чтобы сдержать распространение заразы.

– А как насчет заболевания нийковых деревьев? Оно распространяется так же быстро?

– Еще быстрее, мой повелитель. И похоже, что она связана с сокращением посадок стаджи; эти культуры обычно взаимосвязаны.

Валентин помолчал, глядя на стену каюты, но видел перед собою только серое ничто. После долгой паузы он сказал: