Карма. Том 1 - Ольга Громыко

Теперь слизеточивость сомиков играла пастухам на руку – через холмы путеводной нитью пролегала лакированная тропка.

– Вон они! – сказала запыхавшаяся Лиза, не сомневаясь, что Кай тоже прекрасно видит беглецов. Но начинать войну без ее официального объявления – дурной тон.

Сомовья стайка мирно паслась в лощинке у самого края барахолки. Туристы показывали на них подходящими конечностями, смеялись и голографировали. Здоровенная рыба в окружении мальков, более светлых и похожих на мелких осьминожек, и впрямь выглядела очень трогательно: она то и дело касалась их щупальцами, словно пересчитывая, и подпихивала к самым сочным пучкам осоки.

Кай с Лизой тоже позволили себе небольшую передышку. Их трое, а рыба, считай, одна. Загнать ее в пруд не составит труда – куда она побежит, туда и мальки. Спешить уже незачем, основную задачу пастухи с блеском выполнили – вон до сих пор блестят!

Лиза потопала ногами, пытаясь хоть немного избавиться от грязи. Что-то действительно отвалилось, но поручиться, что это не деталь экзоскелета, девушка не могла. Киборг скептически рассматривал рукав рубашки – отстирается или нет? Эдак у него скоро весь гардероб закончится, Кай шел на барахолку с расчетом пополнить его, а не проредить!

Туристы становились все смелее. Девочка лет пяти присела на корточки рядом с мальками и осторожно гладила их по спинкам, два шоаррца с селфодроном попытались сделать снимок в обнимку с сомихой, но та испуганно плеснула щупальцами и вывернулась, а потом сквозь полукруг зрителей решительно протолкалась бабка со здоровенным батоном наперевес и с яростным «цып-цып-цып!» стала крупными кусками крошить его прямо на головы сомикам.

Кай с Лизой напряглись – аквариумным рыбкам такой «прикорм» был строго противопоказан, проверено на собственном опыте!

– Надо, чтобы кто-то шуганул их со стороны барахолки, – сказала девушка.

Кай кивнул. При виде приближающихся пастухов сомики могут в панике кинуться в торговые ряды, где поймать их будет не легче, чем на скользком склоне. Насчет «кто-то» разногласий тоже не возникло, киборг проберется сквозь толпу куда ловчее грязнющего человека в экзоскелете.

Беззвучно свистнув Псу, Кай сбежал с холма, обходя лощинку по большому кругу, и нырнул в толпу. Доберман остался снаружи и начал ползком подкрадываться к рыбьей стайке, держась на почтительном расстоянии от любвеобильных детей, селферов и батонов. Лиза тоже спустилась до середины склона, но едва сомиха стала проявлять признаки беспокойства, девушка снова замерла.

Кай лавировал в толпе, как нож в супе, ловко огибая охающих и подскакивающих от неожиданности существ – киборг двигался так стремительно, что его появление и исчезновение осознавали уже задним числом. Зато потом еще долго чуяли – стойкий рыбно-аммиачный запах жестоко терзал даже самый «неприхотливый» нос.

Все шло прекрасно до огромного фрисса, который внезапно сдал задом, преградив киборгу путь. Вариантов полностью избежать столкновения не было, и Кай задел плечом фреанина в национальном костюме, забренчавшем, как куча металлолома. Рядом с ксеносом стоял изможденный, алкоголично трясущийся человек, который при «нападении» киборга с поразительной живостью кинулся наутек. Даже, кажется, раньше – его почему-то испугал сам вид бегущего в их сторону парня.

– Смотри, куда прешь! – рявкнул фреанин. С этим утверждением Кай в целом был согласен и даже покаянно вскинул руку, но тут ксенос добавил: – Обезьянья отрыжка!

Легкое чувство вины (не так уж сильно Кай его толкнул и вообще ушибся о дурацкий допотопный доспех гораздо больнее!) бесследно испарилось.

– От свиной отрыжки слышу! – на ходу огрызнулся киборг и той же рукой сделал куда менее дружелюбный жест.

На этом все опять же могло закончиться, как у двух кобелей, яростно облаявших друг друга сквозь забор, но тут фреанин обнаружил, что удравший наркоман прихватил с собой неоплаченный пакетик с дозой.

– А ну, стой, падла! – с утроенной яростью взревел ксенос, бросаясь в погоню за Каем – наркоман успел бесследно сгинуть, а его «сообщник» еще мелькал впереди, будоража толпу.

Фреанин не настолько разбирался в тонкостях человеческой киборгизации, чтобы сходу понять, кто перед ним. Да если бы и понял – сложно считать серьезным противником существо на голову ниже и вдвое тоньше себя, особенно зная, что обычный человек от твоего удара улетает на три метра!

Если продолжать аналогию с супом, то ксенос ломанул сквозь толпу, как перевернутый черпак, бесцеремонно отшвыривая с пути нерасторопные фрикадельки. Такой способ продвижения тоже имел право на существование, хоть и крайне не одобрялся обществом, но киборг все равно бежал быстрее.

– Лео, Хаим, меня грабанула парочка хуманских сучат! Один из них драпает в вашу сторону! – Фреанин вкратце описал подельникам вонючего рыбьего пастуха, а потом прибег к еще более бесчестному приему и во всю глотку заорал: – Держи вора!

Толпа стала расступаться охотнее, но если кто-то и пытался схватить беглеца, то киборг автоматически уворачивался от ловцов, даже не замечая этого. Тем не менее рев, звон и возмущенные крики за спиной в конце концов привлекли внимание Кая. Он притормозил, оглянулся, пытаясь понять, что происходит, и тут на него наскочил взбешенный фреанин.

Боевая программа отреагировала раньше мозга – «нападение враждебного объекта, возможные повреждения такие-то, производится контратака по оборонному типу», – и фреанин с изумлением обнаружил, что тоже умеет летать. Главное – правильно выбрать точку опоры, а эффективность системы рычагов не подвергалась сомнению со времен Архимеда.

– Ты что, рехнулся? – все еще относительно мирно спросил Кай.

Ему случалось участвовать в кабацких драках, в том числе с фреанскими воинами, которые обычно затевали побоища от скуки, чтобы размяться, а не оторвать противнику голову и засунуть ему же в задницу, как грозились. Уложенные носом в пол, они в большинстве случаев проникались к более сильному бойцу уважительными, а то и дружескими чувствами.

Но не сейчас.

На киборга налетели еще двое – вызванная фреанином подмога – и попытались скрутить его со спины. Попытка длилась три целых семь десятых секунды, люди летели еще дальше и красивее, но никакого удовольствия Кай от этого зрелища не получил. Типы выглядели откровенными бандюками, один даже прятал под курткой бластер с шок-эффектом. Технологи Кассандры придумали, как снизить его воздействие на имплантаты – теперь их парализовало только в зоне поражения и ненадолго, – но если стрелок попадет в жизненно важный орган, то киборгу придется почти так же паршиво, как человеку.

– Точно рехнулись, – заключил Кай и, пока полуоглушенные противники барахтались среди обломков и осколков раздавленных ими прилавков, осыпая киборга невнятными угрозами и проклятиями, был таков.

По-хорошему следовало бы разоружить негодяев и сдать в полицию, но это означало задержку и, скорее всего, проблемы. Авось полученный урок научит их относиться к спешащим по своим делам киборгам с бо́льшим терпением и пониманием.