Аватар Х - lanpirot

Еще через пару домов он успел заметить два знакомых автомобиля коллег-«смежников» из МУРа и одну карету скорой помощи с большим красным крестом на борту. Похоже, что по тревоге подняли не только оперативные службы НКГБ, но и милицию с врачами. Только пожарной команды не хватало, но вокруг ничего пока и не горело. Хотя, вполне могло.

— Интересно, а МУРовцев чего принесло? — произнес Слава, останавливая автомобиль рядом с автобусом оперативной группы.

— Скоро узнаем, — буркнул Игнатий Савельевич, распахивая дверь. — Только ничего хорошего такая встреча не предвещает…

Выйдя на улицу, майор Потехин поднял воротник шинели — мороз крепчал, а мерзкий поднявшийся ветерок грозил выдуть из шинели блаженное тепло. Завидев подъехавшее начальство, от опергруппы отделился крепкий мужчина лет тридцати пяти — главный «технарь» Особого Силового управления по Дзержинскому району города Москвы капитан Митрофанов, и решительно направился к Игнатию Свельевичу.

— Здравия желаю, товарищ майор госбезопасности! — поприветствовал он начальника, коротко взяв под козырек форменной шапки-ушанки.

— И тебе не хворать, Петр Сергеевич! — протянул руку капитану Потехин. — Давай без официоза — не в Главном Управлении на совещании сидим. Докладывай, чего тут за ЧП произошло?

— Есть без официоза! — Капитан пожал протянутую руку, после полез в карман за папиросами. — Тут такое дело, Игнатий Савельевич, — зажав бумажный мундштук в зубах, произнес Митрофанов, — я с таким Выбросом Силы никогда «вживую» не встречался… — Он отвернулся от ветра, чиркнул спичкой и нервно раскурил папиросу. — Судя по остаточному фону Спаленного Силовыми Конструктами Эфира, Одномоментный Выброс составил, как бы не пятьдесят тысяч эрг…

— Сколько? — не поверил Потехин.

— Но это так — по ощущениям… — добавил Петр Сергеевич. — Прибор на месте происшествия словно с ума сошел! Зашкалило его, как только включил для замера!

— А ты чего, запасной не взял? — удивленно переспросил Потехин, зная, насколько скрупулезно капитан относится к своей работе.

— Так все приборы зашкалило, Игнатий Савельевич! — словно с какой-то обидой произнес Митрофанов. — Я все три, что у нас было, с собой прихватил! Как только перехватчик засек Силовой сигнал большой мощности…

— Ясно! — перебил его майор, тоже закуривая. — Давай вкратце — что тут произошло? Что свидетели говорят?

— Да все, как один утверждают — землетрясение произошло, — ответил капитан госбезопасности, глубоко затянувшись и выпустив дым в темное небо.

— Землетрясение? В Марьиной роще?

— В Марьиной! — Покивал капитан госбезопасности. — То же не обычное, а Магическое землетрясение. Похоже, что «Потрясатель» поработал.

— Ты сам-то понимаешь, чего несешь, Петр Сергеевич? — разволновался Потехин. — У нас на районе, да и вообще по Москве нет зарегистрированных «Потрясателей Тверди». Да и вообще, их и во всем Союзе днем с огнем не сыщешь! Откуда он в этой дыре взялся?

— Да я-то понимаю, Игнатий Савельевич, — развел руками Митрофанов. — Однако, факты — вещь упрямая! Ты вот этот пустой двор видишь?

— Вижу, — кивнул майор. — Странно, конечно, что пустой…

— Так он таким пустым стал только несколько часов назад! — выпалил Петр Сергеевич. — Стоял тут домик один, но в результате несанкционированного применения Силы — провалился в Преисподнюю, как утверждают в один голос все свидетели.

— Так уж и в Преисподнюю? — усмехнулся Игнатий Савельевич.

— Очень нехороший был домик, как выяснилось, — усмехнулся Митрофанов. — И его жильцам как раз в аду самое место!

Глава 20

— И кто же здесь такой обитал, что ему только в аду самое место? — Потехину даже интересно стало, что ответит капитан.

— Банда братьев Глазьевых здесь малину себе устроила! — Неожиданно раздался за спиной майора госбезопасности знакомый голос. — Здравствуй, Игнатий Савельевич!

Потехин обернулся и, встретившись глазами с усталым взглядом пожилого капитана милиции, произнес:

— И тебе не хворать, Трофим Павлович! Рад тебя видеть! Ты-то здесь какими судьбами?

— Стреляли… — Улыбнувшись, пожал протянутую Потехиным руку капитан Заварзин. — И не только стреляли, еще и глотки резали.

— А ты как о резанных глотках узнал, ведь не осталось здесь ничего? — Указал на пустой участок Игнатий Савельевич.

— Вон в той избушке, — показал Трофим Павлович вдоль дороги, — где мои ребятки суетятся, два «холодных» с перерезанными глотками нашлись. Такие дела наши, тяжкие, — устало вздохнул Заварзин. — Словно с цепи сорвались, сволочи! Продохнуть некогда — за двое суток седьмая мокруха!

— И тоже Глазьевские? — предположил майор.

— Они самые: Ломоть и Гривенник — оба под Шнифтами ходили, — подтвердил Трофим Павлович. — Похоже, что схлестнулись Глазьевы с кем-то, кто оказался им не по зубам! Туда им, сволочам, и дорога — люди в округе хоть спокойно вздохнут! И не только в округе… Глазьевы ведь и у тебя кровушки добро попили, не так ли, Игнатий Савельевич? Только мозги мне не пудри своей секреткой, лады? — заметив, как поморщился майор госбезопасности, поспешно добавил Заварзин. — У нас каждая собака знает, что Глазьевы Силовиками были. Старший — Лесовик, а младший — Мозгокрут.

— Все-то ты знаешь, Трофим Павлович, — улыбнувшись, покачал головой Потехин.

— Работа такая, — ответно улыбнулся капитан.

— Проходят эти твари и по моему ведомству, — не стал скрывать Потехин. — Но вот выйти на них нам никак не удавалось…

— Так же, как и нам в уголовном, — подхватил капитан. — Все-таки двое Силовиков в банде для УГРО — ноша неподъемная! Они же, суки такие, если свидетелей когда в живых и оставляли, младший Шнифт им воспоминания так зачищал, что не докопаться!

— Та же история, — согласно покивал Потехин. — У меня в отделе тоже Мозголома не хватает. Привлекаем иногда из Центрального Управления, но это же все не то! Все обещают, что вот-вот армейские спецы из СМЕРШа прибудут, но что-то вояки не спешат с нами делиться, — печально закончил он. — А насколько бы легче дела раскрывать бы стало!

— Полностью согласен, Игнатий Савельевич, — поддержал «смежника» капитан. — Нам бы тоже хотя бы одного, да хоть какого-нибудь завалящего Мозголома. Пусть даже и слабенького, хоть начального Ранга в штат… Но пока — это лишь недосягаемые мечты… — И Трофим Павлович кисло усмехнулся.

— Слушай, а откуда ты узнал, что здесь именно братья Глазьевы свою блат-хату устроили?

— Так хлопцы мои случайно одного свидетеля выловили, — не стал скрывать от чекистов оперативную информацию капитан, — который был в курсе всего, что тут происходило.

— Тоже из этих, — спросил Потехин, — из урок?

— Почти, — расплывчато ответил милиционер. — Лет через пять-семь точно стал бы из этих. Из беспризорников он, — пояснил Заварзин.

— Серьезно? — удивился чекист. — И ты ему веришь? Обычно из этих малолетних уголовников и слова клещами не вытащишь!

— Он сам подошел, как только мы подъехали… — ответил Трофим Павлович. — Невооруженным глазом видно, что пацан переживает… И он мне одну преинтересную историю рассказал, которая полностью вписывается в ту картину, которая и мне известна.

— Ну, давай, поведай, как тут все было? — согласился майор госбезопасности, пристукивая ногу об ногу. — И, желательно побыстрее, пока мы с тобой здесь не примерзли окончательно.

— Да, крепчает морозец, — согласился капитан, потирая покрасневшие уши. — Да и чего я тебе пересказывать буду? Пойдем в хату — сам пацана послушаешь, а я тебе потом свою побасенку расскажу.

— Так он до сих пор у вас, что ли? — спросил Игнатий Савельевич.

— А куда я его дену? — искренне удивился Заварзин. — За ради одного сопляка буду спецтранспорт в участок гонять? И так каждый литр топлива приходится с боем выбивать!

— И то, правда, — согласился майор, — проблемы у нас с тобой, старичок, одинаковые. Тогда веди к своему свидетелю.

Когда озябшие служители закона ввалились в избу, там уже заканчивали свою работу криминалисты Заварзина. Трупы уголовников уже были вынесены на улицу и погружены в машину скорой помощи. Только помочь бандитам никто уже был не в состоянии, разве что довести их остывшие тела до ближайшего морга.

Об их печальной участи напоминали только лужи крови, натекшие из перерезанных глоток. Но эта их «смертельная проблема» никого из собравшихся в избе абсолютно не волновала — отморозки сами сделали все возможное, чтобы приблизить свой бесславный конец. А была бы такая возможность, служители закона и сами бы руку приложили, чтобы хоть одной бесчеловечной тварью на земле стало меньше.

— Товарыщ капитан, — произнес усатый грузин-криминалист, когда Заварзин с Потехиным вошли в избу, — ми работу на сэгодня закончилы.

— Хорошо, Гиви, молодцы! — похвалил криминалиста капитан. — Тогда всей