Богиня Смерти II - Алексей Елисеев

Но фантазия Кали легко дорисовала райский сад во внутреннем дворе, существовавший тут до переноса в Улей. Увы, сейчас райские птицы были сожраны, а все фруктовые и экзотические деревья пущены на дрова и неказистые поделки дикарского клана. Зато вот фонтан до сих пор работал — из него местные атомиты брали воду.

Во внутренний двор выходили окна вполне себе жилых квартир. Вероятно, сотрудники этого промышленного предприятия жили прямо тут, а этот двор с парком-садом был чем-то вроде рекреационной зоны.

Что и говорить… Клану Баха Стикс улыбнулся голливудской улыбкой. Получить такой объект в своё полное и безраздельное пользование — невероятная удача. Кали бросила взгляд на счётчик Гейгера. Радиационный фон, конечно, повышен, но в целом приемлем для неё. Можно даже обойтись без противогаза. Скорее всего, это сами жители фонят излучением, а не местность, так что, если не целоваться с ними взасос, её Дар позволит прожить здесь неопределённо долгое время.

Пока блондинка крутила головой, «гостеприимные» хозяева провели их в подвальные помещения. Тут тоже было интересно, но, увы, намного сильней загажено. Да и радиационный фон возрос.

Сомнений не было — в подвальных помещениях местный клан и обитал всем составом. Это подтверждалось приглушённым светом, примерно на четверть от нормального дневного освещения. Глаза атомитов почти без исключений лучше приспособлены к ночному образу жизни, чем к дневному. Кали не покидало чувство, что она сама, своими ногами идёт в ловушку, но Пумба сохранял необычное для себя нордическое хладнокровие. Как бы невзначай блондинка перевесила сто второй АК на шею, чтобы в случае осложнений не тратить время, а сразу дать очередь на весь магазин — если атомиты захотят нарушить нормы гостеприимства, то пусть даже не надеются получить её живой…

Когда делегация встречающих провела гостей в просторный зал, где был установлен длиннющий стол, Кали, накрутившая себя по пути, даже удивилась, что не увидела горящих костров и пляшущих вокруг них атомитов. Но не расстроилась, нет…

Пумбу и Кали усадили по правую руку от главы стаба — Баха, — занявшего троноподобное статусное кресло с высокой спинкой. Тот, усевшись, скинул с себя чёрные тряпки, защищавшие его от солнечного света, и остался в обтягивающем трико вроде тех, в каких аквалангисты погружаются под воду.

Бах оказался худым, если не сказать — костлявым, — и высоким. Был он лыс, словно колено, но от человека отличался не сильно. Какие-то черты настораживали, но не до такой степени, чтобы начать в нём подозревать атомита или людоеда.

Постепенно, без лишней суеты свободные места за столом начали заполняться.

По правую руку от Кали пыхтел и елозил гигант Пумба, пытаясь пристроить обширный зад на узковатом для него кресле, а по левую устроился негр. Нет, ясно было, что это атомит, но чернокожих атомитов блондинке не то чтобы раньше не встречалось, нет — она даже и не слыхала, что такие существуют. Поглядывая на него искоса, она убедилась, что сосед ведёт себя прилично, и позволила себе немного расслабиться, вполуха прислушиваясь к диалогу Пумбы и Баха.

— Какое у вас задание, могучий Пумба? — пытался понять хоть что-то Бах.

— Пумба не мочь говорить. Пумба не рассказать. Это секретный секрет…

— Какой транспорт вам нужен? — не унимался Бах.

— Моя думать, багги или проходимый автомашина нашей подходить…

— Зачем вам транспорт?

— Наша нада догоняй и убивай бригада трейсер…

Кали с трудом смогла сохранить нейтральное выражение лица. Никакой особой секретности, кроме, разве что, жемчуга, в их задании не было, но Пумба старательно подпускал туману и нагнетал важность. Хотя, насколько блондинка успела узнать здоровяка-атомита, того явно распирало от того, чтобы выложить Баху всю историю и своё место в ней. Естественно, отведя самому себе центральное и героическое место, то, в котором он сокрушает полчища врагов своим пулемётом, топором и голыми руками.

Принесли блюда. Перед блондинкой появился настолько одуряюще пахнущий молочный поросёнок, что у неё аж слюнки потекли. Высокий атомит–негр, сидевший слева от Кали, не стесняясь, извлёк здоровенный нож Боуи и отхватил себе приличный кусок. Пока Кали колебалась, есть ей или не есть, он отхватил ещё один кусок и молча положил его на тарелку перед ней. Оставалось только благодарно кивнуть и промямлить:

— Спасибо…

Негр не остался в долгу, кивнул и ответил:

— Ешь. Это можно. Без радиации.

Он набил себе рот сочным мясом, забавно приподнял брови и показал комичную пантомиму того, как ему вкусно. Кали не удержалась и рассмеялась, на что тут же отреагировал Пумба, ревниво зыркнув на чернокожего соседа, но качать права не стал, вернувшись к беседе с Бахом. Совсем не этого она ждала от визита на атомитский стаб.

Никто вокруг даже не пытался соблюдать какие-либо приличия. Трапезничающие просто ели руками, некоторые, как её сосед, помогали себе ножами. Кали тоже извлекла свою жиганскую финку с наборной рукоятью, решив, что ничего страшного не случится, если она поест мяса с небольшим радиационным фоном. Вкус оказался божественным, хотя, по мнению блондинки, настолько хорошее и свежее мясо не нуждалось в таком количестве специй.

Над столом поднялся гул голосов. Всё это напоминало дремучие сцены из времён косматого феодализма — граф с дружиной изволят трапезничать. Для полноты картины не хватало только бегающих под столом кур и выпрашивающих кости охотничьих собак. В целом атомитский народ общался между собой спокойно, но всё равно приходилось вслушиваться, чтобы сквозь гул голосов уловить смысл разговора Баха и Пумбы.

Из обрывочных фраз Кали стало ясно, что они спорят. Пумба не хотел превращать их преследование в загонную охоту на мясо, а Бах, в свою очередь, возражал, что, если Пат объявил эту трейсерскую группу вне закона, значит, нечего пропадать свежему мясу.

От еды разыгралась жажда, и Кали потянулась к графину, стоящему на столе. Сняв пробку, с подозрением принюхалась. Пахло споровым раствором.

— Не рекомендую, — услышала она слова негра. — Это живчик из рад-споранов, но разбавлен он тяжёлой водой из атомного реактора.

Блондинка поставила графин на место и с интересом посмотрела на собеседника.

— Я Кали.

— Графит… — без церемоний представился чернокожий.

— Ты не местный? — заинтересованно спросила блондинка. — Для нашего региона такой цвет кожи скорее экзотика, чем правило.

— Не