Только монстр - Ванесса Лен

Джоанна резко втянула воздух. Вчера Рут сказала: «Ты прислала сообщение с просьбой о помощи. И я позвонила всем остальным».

Та, видимо, догадалась, о чем думает сестра, потому что сжала ее руку и мягко проговорила:

– Ты же понимаешь, что ничего бы не изменилось, даже если бы я не получила твое сообщение с просьбой о помощи. На другие семьи монстров тоже напали. Ник и его охотники расправились бы с нами, где бы мы ни находились.

– И все равно я жалею, что успела отослать то SMS, – с трудом выдавила Джоанна, сжимая руку Рут в ответ.

– Знаю, – прошептала та. – А я жалею, что не прибыла на помощь раньше. К моменту моего появления… Дядя Гас и тетя Ада уже умерли. Берти едва-едва дышал. Я держала его за руку, одновременно пытаясь вызвать «Скорую», но телефон не работал.

Джоанна судорожно сглотнула, стараясь избавиться от кома в горле. Берти. Ей до сих пор не верилось, что это произошло. Что это произойдет в будущем.

– Откуда этим охотникам столько про нас известно? – нарушив повисшую тишину, спросил Аарон. – И как они сумели нас найти?

– Без понятия, – мрачно отозвалась Рут.

– Но ты пыталась это выяснить, когда просматривала архивы? – поинтересовалась Джоанна и после утвердительного кивка сестры добавила: – Удалось узнать что-то новое о нападении?

– Имеешь в виду, что-то новое о нем? – саркастически уточнила Рут.

Джоанна сглотнула. Она пыталась не вспоминать о Нике, и теперь ощутила вспышку злости, за которой последовала боль от предательства. Мысли о нем ранили так же сильно, как и порез от меча. Однако отогнать каскад обрушившихся после упоминания парня образов не удалось, причем не о роковой ночи, а других: когда они с Ником, не сговариваясь, явились в музей раньше остальных работников и все утро вдвоем убирались в позолоченной палате. Джоанна вытирала пыль с рам, а напарник мыл пол, закатав рукава рубашки до локтей. Солнечный свет казался тогда особенно мягким и теплым, заставляя ловить себя на желании, чтобы этот момент длился вечно.

Затаив дыхание, Джоанна выдавила:

– И что, удалось узнать что-то новое о нем?

– Кстати, я сама его так ни разу и не видела, – прокомментировала Рут. – Только слышала, как ты рассказываешь о своем ненаглядном Нике. – Ее губы скривились в грустной ироничной гримасе. – Ты только и делала, что говорила о нем тем летом. Я помню, как постоянно дразнила тебя и называла вас влюбленными ботаниками. Как же давно это было!

Для Джоанны прошло всего два дня.

– Судя по документам, такого человека вообще не существует, – после паузы продолжила кузина. – Я знаю с твоих слов, что Ник работал в Холланд-Хаусе, но записи об этом отсутствуют. Пыталась поймать его хотя бы на музейных видеокамерах, но и там облом, прикинь?

– Что еще? – подтолкнула Джоанна, когда Рут замолчала.

– Ты единственная, кто знала его, – мягко произнесла та.

– Неправда.

Вспомнился момент их первой встречи с Ником. Когда возникло ощущение, что они знакомы всю жизнь. Что ему можно доверять как самой себе. Джоанна это просто почувствовала. Но ошиблась. Никогда еще она не была в чем-то настолько уверена и не ошибалась при этом так сильно.

В горле встал ком, на глаза навернулись слезы. Всего день назад они с Ником сидели вдвоем в библиотеке. Он поцеловал Джоанну, а когда появились Оливеры, спас ее. Затем же посмотрел ей в глаза и сказал, что без колебаний убьет, если она еще раз украдет время у человека.

– Мне не удалось ничего о нем выяснить, – вздохнула Рут. – Ни настоящего имени, ни кем были его родители, ни того, как он узнал о монстрах. Никому не известно, кто Ник такой.

В голове вновь всплыло начало сказки: «Однажды давным-давно жил юноша, которому на роду написано было убивать монстров. Величайший герой среди людей».

– Бабушка рассказывала о нем, – тихо проговорила Джоанна. – Ты разве не помнишь?

– Но… – Рут уже начала качать головой.

– Про юношу, кому судьба предначертала убивать монстров.

– Но это просто сказки, – возразила кузина. – Страшилки для маленьких детей.

Джоанна посмотрела на Аарона, который наблюдал за ней с непонятным выражением лица, и спросила:

– Помнишь татуировку у того мужчины в лабиринте? Вот в этом месте, – она прикоснулась к основанию шеи на затылке. – Чтобы монстр видел изображение, если попытается забрать время. Это предупреждение. Ты не верил в гибель отца, пока не заметил символ. И явно его узнал.

– Это была эмблема героя из легенд, – не в состоянии отвести глаз под пристальным взглядом Джоанны ответил Аарон. – Волк. – При этих словах она почувствовала, как на голове зашевелились волосы, потому что бабушка рассказывала именно об этом.

– Величайший герой среди людей – выдуманный персонаж, – фыркнула Рут. – Как король Артур.

Но Джоанна видела, что в ее глазах промелькнули те же воспоминания о душной ночи, когда бабушка сидела с болевшими внучками, которые не могли заснуть, и рассказывала им сказки. В том числе о величайшем герое среди людей.

– Согласно легенде, этот человек положит конец существованию всех монстров, уничтожив самого первого из нас и предотвратив тем самым появление потомков.

– Детские сказки, – уже менее уверенно возразила Рут.

– Да, – согласился Аарон.

– Нельзя изменить уже произошедшие события, хронологическая линия этого не допустит. Поэтому никому не удастся убить первого монстра и помешать нашему рождению.

– Верно.

– Ладно, ладно, – не стала спорить Джоанна, увидев, как побледнела двоюродная сестра, на лице которой сейчас выделялась лишь красная помада. Как же не хватало бабушки! Она бы сумела все объяснить в своем обычном суховатом и таком ободряющем стиле… Но ее здесь на было. Она умерла, и останется мертвой, если Джоанна не предпримет чего-то. – Тогда подведем итог того, что нам известно. Произошло нападение человеческих охотников на монстров. Рут не обнаружила выживших, зато в архивах нескольких семей кто-то подделал записи о тех событиях. Это все?

Заметив, что кузина замялась, вновь бросив обеспокоенный взгляд на вход, Джоанна окликнула ее:

– Рут?

Возможно, она и не знает новую версию сестры, но не настолько та изменилась, чтобы на протяжении двух лет лишь прятаться и спасаться бегством. Прежняя Рут непременно бы постаралась выяснить все о преследователях.

– Наверняка мне больше ничего не известно, – неохотно произнесла кузина.

– Наверняка? – переспросила Джоанна.

Повисла тишина. Даже внешние звуки смолкли. Само здание, казалось, затаило дыхание. Только капли почти прекратившегося дождя едва слышно стучали по крыше. От рынка тоже не доносилось выкриков продавцов.

– Я думаю, что могла что-то видеть, – наконец проговорила Рут. – Сразу после побега, когда очутилась в восьмидесятых.