Только монстр - Ванесса Лен

– Ты пока назвал всего три вещи, – фыркнула Рут. – Уж их-то даже ты наверняка способен запомнить.

– Не верится, что я оказался в столь непритязательном обществе, – с нарочитым отчаянием вздохнул Аарон. – Все бы отдал, чтобы очутиться подальше отсюда: лучше всего дома с хорошей книгой.

Пока снова не разгорелась ссора, Джоанна решила вмешаться. Она с трудом выбралась из постели, потирая глаза, обогнула стеллаж и пробормотала:

– Привет.

– Выглядишь как ходячий труп, – прокомментировал Аарон, внимательно посмотрев на заспанную девушку.

– Ты и сам выглядишь… – она махнула рукой, но соврать язык не повернулся, поэтому добавила только: – Растрепанным. Не помешало бы причесаться.

Аарон картинно прижал ладонь к груди, принимая оскорбленный вид, после чего вернулся к составлению списка.

В ванной Джоанна посмотрела на себя в зеркало и поняла, что действительно напоминает ходячий труп с серой кожей и остекленевшим взглядом. Умылась, подняла голову и уставилась на отражение ходячего трупа с мокрым лицом.

Кошмар до сих пор сжимал сердце холодными пальцами и, как всегда, ощущался гораздо ярче и осязаемей, чем обычный сон. В желудке до сих пор чувствовалась резь от ужасного голода, а в сознании билась мысль о срочном побеге.

Джоанна сжала края раковины и глубоко вдохнула, напоминая себе, что находится не в тюрьме, а с Рут. И Аароном. Они сумели выжить. Сумели сбежать. И, пока остаются в живых, всегда могут сделать и нечто большее.

По возвращении в комнату Джоанну ждал завтрак: чай и намазанный маслом тост.

– Спасибо, – поблагодарила она, опускаясь на свободный стул. – Я тут подумала, как изменить уже случившиеся события.

– Мы же уже это обсудили, – не отрываясь от записей, проворчал Аарон. Он взял новый лист бумаги и вывел округлым, изящным почерком, какой мог бы быть у пожилой леди: «Проездные». – Тема закрыта.

– Вовсе нет, – возразила Джоанна. – Ты просто объявил, что это невозможно, и все. Но я так не считаю.

– О, ну раз уж ты так не считаешь, значит, мы все спасены, – насмешливо фыркнул Аарон.

– Я всю ночь размышляла, что монстры наверняка постоянно меняют исторические события только потому, что путешествуют туда и обратно во времени.

– У тебя действительно не найдется даже самого простого компьютера? – не слушая ее, обратился Аарон к Рут.

– Вчера, когда мы только появились в этом году, то разговаривали с людьми, повлияли на потоки транспорта и вполне могли помешать встретиться двум родственным душам, не дав им пожениться и завести детей, – ничуть не обескураженная его невниманием, продолжила Джоанна.

– Двум родственным душам? – Аарон с отвращением воззрился на нее, даже прекратив строчить.

– Только представь. Мы вчера много раз пересекали дорогу. Что, если это задержало машину, водителю которой предназначалось встретиться с будущей женой? Вот только наше появление этому помешало, так как он прибыл на место двумя минутами позднее и уже не застал девушку своей мечты.

– Ты сейчас рассуждаешь о незначительных для хронологической линии событиях, – включилась в разговор Рут. – Эти изменения настолько неважные, что тут же исчезают в потоке истории. Как… как… – она наклонилась и подула на чай. Легкая рябь на поверхности тут же разгладилась. – Вот в точности так. Монстры могут делать что угодно, но линия времени немедленно восстанавливается, сохраняя первоначальный ход событий. Все главные исторические вехи остаются неизменными.

– В твоем сценарии с влюбленными, – включился в пояснения явно задетый Аарон, – хронологическая линия устроит все так, чтобы «девушка мечты» тоже задержалась и в итоге прибыла вовремя для судьбоносной встречи. Ничего бы не изменилось.

Джоанна не могла отрицать, что и сама чувствовала некое сопротивление. Она вспомнила вчерашние два конверта, выпавшие из мешка почтальона. Вспомнила ощущение недовольно ворочающегося зверя в ответ на попытку вмешаться в ход истории. Но если поток времени вынужден оказывать сопротивление, то наверняка бывают и неудачи, когда изменения все же случаются.

– Вы хотите сказать, что не слышали ни единой, даже самой малюсенькой сплетни о событиях, которые изменили хронологическую линию? – настаивала Джоанна.

– Никогда, – решительно заявил Аарон, и Рут тоже покачала головой.

– Я вам не верю.

– Знаешь, как поступают маленькие дети? – вздохнул Оливер. – Они швыряют предметы о землю снова и снова, потому что только так способны изучить физические законы мира и понять их.

– Ты считаешь, что я веду себя как ребенок? – насупилась Джоанна.

– Нет, – мягко произнес Аарон. – Я считаю, что ты не желаешь признавать реальность смерти родных и отрицаешь саму возможность этого. А потому отчаянно ищешь любой способ вернуть их к жизни.

– Они еще даже не погибли! – воскликнула Джоанна, не понимая спокойного отношения к случившемуся Аарона. – До нападения охотников еще много лет! И я ему помешаю.

– Ничего у тебя не выйдет.

– Откуда ты знаешь? Мы ведь еще ничего не сделали. И даже не попытались. Хуже ведь от этого не будет?

– Будет! Тебе! После множества неудач ты будешь страдать еще сильнее! – слова вырвались у Аарона с непривычной горячностью. Он нахмурился, будто не собирался произносить их вслух, после чего с досадой отодвинул стул и встал. – Поступай как знаешь. Я же отправляюсь за приличествующей этому времени одеждой.

Когда дверь за Аароном закрылась, Рут перегнулась и подхватила с его тарелки оставшийся тост, заметив:

– А он красавчик, хоть и придурок редкостный.

– Кто? – удивилась Джоанна, прекрасно зная, что кузина ненавидит Оливеров, да и светловолосые парни были не в ее вкусе. – Аарон?

– Ты поэтому терпишь его общество? Потому что он тебе нравится?

– Что? – Джоанна почувствовала, как к щекам прилил румянец.

– Ну так как, я угадала? – спросила Рут с непривычным отсутствием поддразнивания в голосе. – Уж ты-то ему точно нравишься.

– Неправда! – с ужасом воскликнула Джоанна, не понимая, с какой стати вообще зашел разговор об этом. Последний парень, с кем она целовалась, убил ее родных. – Аарон меня презирает и… – она резко замолчала, обрывая цепь рассуждений на эту тему. – Неважно, что он обо мне думает.

– Может, и так, но он решил держаться вместе, хотя Оливеры – заклятые враги Хантов. – Суровое выражение лица Рут сейчас особенно напоминало бабушкино. – И все же твой драгоценный Аарон сопровождает тебя уже два дня после нападения.

– Он считает, что обязан вернуть мне долг, – вздохнула Джоанна. – За спасение его жизни.

– Долг, значит? – задумчиво протянула кузина. – Ну тогда ладно. – Она откусила тост и откинулась на спинку стула, неторопливо жуя. – Ладно.

– Ладно? – эхом повторила Джоанна. – Теперь ты успокоилась насчет присутствия Аарона?

– Ты спасла ему жизнь, – пожала плечами Рут. – Он обязан вернуть тебе