Новичок - Аристарх Риддер

Тут расстояние было уже посерьезнее, так что вместо винтового АН-24 нас ждал рейс аэрофлота, выполнявшийся самолётом ТУ-154. Авиалайнером с очень непривычной, для компоновкой двигателей. Все три были достаточно высоко в хвостовой части самолёта

На мой «детский» вопрос Лукиянову, с чем связана такая странная конструкция, Игорь ответил что это нужно для того чтобы самолёт мог использовать не только аэропорты и аэродромы с бетонной взлетно-посадочной полосой, но и грунтовые.

Я, благоразумно, не стал уточнять последнюю фразу, хотя мне было дико думать о том что пассажирские авиалайнеры могут использовать грунтовку. Пока что, я всё время забываю в каком времени нахожусь. Я здесь, наверняка, еще и не то узнаю и увижу.

Столица Советского Союза встретила нас проливным дождем и ветром, настолько сильным что игроки «Автомобилиста» на полном серьезе думали что самолет отправят на запасной аэродром. Но всё обошлось и мы сели.

Чтобы сразу же отправиться в какую-то гостиницу в Сокольниках, неподалёку от ледовой арены наших следующих противников.

Вечернюю Москву, залитую дождем я практически не увидел в тот раз, болтанка при посадке была такая что мой молодой организм прилично так растрясло и я сел в автобус с лицом нежно-зеленого цвета, ну так со смехом на утро мне сказал Стас Виноградов.

Хорошо хоть пробок тут пока что нет, и из Домодедово мы доехали достаточно быстро.

В гостинице сил у меня хватило только на то чтобы сходить в душ и дотащиться до кровати, и едва моя голова коснулась подушки я провалился в глубокий сон.

Чтобы на утро вместе со всей командой услышать «замечательную» новость.

Матч со Спартаком перенесен из-за пищевого отравления хозяев.

— Могу себе представить спартаковские рожи сейчас, — засмеялся Татаринов, когда Асташев сообщил нам эту новость, — они все сейчас наверняка такого-же цвета как был наш жонглер вчера.

— Толя, это не смешно, — одернул веселящегося Татаринова Асташев, — не смешно и неуважительно. Подобное может случиться с кем угодно и это не повод зубоскалить. Если не хочешь чтобы я тебя оштрафовал, лучше замолчи. Лично я сейчас чувствую только разочарование, у нас отличный старт сезона и отличная-же форма. В отличии от Спартака. Они на старте сезона сыграли в ничью с Торпедо, которое мы только что разгромили и еле-еле выиграли две следующие игры с разницей в одну шайбу. Спартак сейчас явно не форме, и повторюсь, нам было бы выгодно играть с ними сейчас. Но, имеем что имеем.

И в связи с этим, товарищи, у меня к вам вопрос. Мы прямо сейчас возвращаемся в Свердловск, или у вас какие-то другие предложения?

Естественно предложения были. И все они, на самом деле сводились к одному — к магазинам.

Как ни крути а в Москве с этим дело сильно лучше чем у нас на Урале, и раз так получилось что у нас образовалось окно, большинство захотело сделать небольшой набег по московским магазинам, благо что деньги были у всех, премиальные за прошлую игру нам выдали еще в Усть-Каменогорске, не иначе Асташев с Завьяловым это заранее обговорили.

В итоге вместо тренировки вся команда радостно поехала в центр, туда где находились всякие ГУМы, ЦУМы и прочие елисеевские гастрономы, где можно было, если повезет, купить дефицит.

Поехали все, кроме меня и Кутергина, нас Асташев лично попросил задержаться, и объяснил почему.

— Саша, перед игрой со Спартаком к нам должны были приехать журналисты из Советского Спорта и Ленинского комсомола, брать у тебя интервью. Но обстоятельства поменялись, поэтому вы с Виктором, он на правах капитана, прямо сейчас едете в редакцию «Советского Спорта», там вы общаетесь с журналистами, и потом можешь ехать в гостиницу.

— А почему в гостиницу, товарищ главный тренер? Я может тоже хочу по магазинам пройтись. Чем я хуже других?

— Хорошо, Витя, побудешь экскурсоводом для Семенова?

— Конечно, без проблем.

* * *

Редакция главной спортивной газеты Советского Союза располагалась неподалеку от Курского вокзала, в том же здании в Нижнем Сусальном переулке что и пятьдесят лет вперед.

В будущем я был здесь два раза. Один раз после победы над американцами в финале чемпионата Мира, а второй перед той злополучной олимпиадой, в финальном матче которой я получил ту самую травму и в итоге оказался здесь.

Сегодня настал черед третьего раза.

И Москва и переулок и здание и сама редакция за это время изменились неузнаваемо. Во первых меня поразил сам город, и отсутствием какой либо рекламы с надписями на иностранных языках и непривычно пустыми улицами и общим ощущением.

Объективно Москва будущего намного красивее и чище. Но при этом она бездушная, что ли, город-функция.

Нынешняя не такая, да она неухоженная, да еще и с заводами, коптящими небо, но при этом в ней чувствовалось что-то, что заставило меня крутить головой во всек стороны пока мы ехали на такси из гостиницы в редакцию.

Сама редакция тоже была совсем другой.

В будущем большинство печатных СМИ приказало долго жить, и «Советский Спорт» был не исключением, полностью уйдя в сеть за десять лет до Новосибирской Олимпиады.

В той редакции того Советского спорта всё было вполне в духе того времени. Как и в этой тоже.

И приметами этого времени были печатные машинки на столах и сигаретный запах, которым казалось было пропитано тут буквально всё. Может быть это и было не так, но мне, человеку из другого времени именно так и казалось.

Интервьюировал нас уже возрастной журналист Владимир Пахомов, колоритный лысый дядька в очках с толстыми стеклами и в рубахе с закатанными рукавами. Кутергин познакомился с ним еще в бытность игроком ЦСКА, они немного поговорили о старых временах, о том как «Автомобилист» изменился с приходом нового тренер, о том какой Асташев тренер и о том как изменилась атмосфера в команде по сравнению с прошлым, ужасным сезоном.

Ну а потом настала и моя очередь.

ЧТо мне понравилось в этом интервью, так это то что Пахомов оказался действительно разбирающимся в хоккее человеком, и то что он сразу стал разговаривать со мной не делая скидок на возраст.

Впрочем вопросы о возрасте тоже были, как и о родителях и о том что окружало Сашу Семенова до попадания в «Автомобилист», например о молодежной команде Спутника и его тренере.

Правда, они, эти вопросы быстро закончились и мы перешли к обсуждению настоящего и будущего.

В общем, хорошо поговорили, душевно. И когда этот, практически двухчасовой разговор закончился Пахомов задал свой последний вопрос.