Я есть Жнец - Дмитрий Лим

— Это что за цитата из социальных сетей? — рассмеялся я, — Так, стоп! Ты знаешь японский язык?

— Придурок! — констатировала факт мадам, — Ты так же, как и я, можешь разговаривать и читать на всех языках… Разве ты этого не понял на соревнованиях? Там же куча учеников из-за рубежа!

— А, что?! — я отворяла взгляд от вывески, — Откуда я это могу? Я только немецкий изучал в школе.

Настя закатила глаза, а затем заговорила на японском языке, и что самое странное, я понимал, что язык не русский и прекрасно понимал то, что она говорит.

— Как? — только и мог спросить я.

— Благодари наших предков.

— Почему мы можем это делать?

— На этот вопрос — у меня нет ответов. Поинтересуйся у Главного, я думаю, он обладает более обширной информацией.

Я быстро перевёл тему, так как больше не хотел забивать сегодня голову подобными странностями.

— Что за гадюшник? — спросил я, когда мы вошли в двери, приглашая жестом пойти вперёд меня.

По ее поднятой брови, в стиле а-ля Мастер Джеймс я понял, что она явно не довольна тем, что я обозвал место, и постоянно ворчу. Но на ее реакцию мне были наплевать, поэтому я молча стоял и ждал, когда она войдёт.

Она отворила дверь перед нами, и я искренне старался сдерживать уровень смеха, с огромного — до умеренного.

Глава 28

Не дзюдо!

Причиной моего смеха — был колокольчик — прикрепленный к спице, торчащей из стены на малярный скотч и синюю изоленту.

Настя «позвонила» в «звонок» и мы вошли в зал.

«Зачем такой „звонок“, когда его не слышно в большой зале?»

Помещение оказалось весьма большим, хотя на первый взгляд — так не сказал бы. Тут было полным-полно народу, большая часть которого — были представители участников либо их родители. Ученики отличались банально — парни и девки в белом кимоно с различными поясами.

«Что за детский сад?»

Они сидели в турецкой позе на краю «ковра», по центру которого стояли два человека, в боевой стойке.

Один из возможных участников — был в белом кимоно, в то время как другой был в простетской спортивной форме марки «Пума».

Подросток, хотя… Ровесник, как оказалось, был обладателем черного пояса по дзюдо и прошу заметить — двигался весьма легко и правильно, на мой взгляд. Хотя, соперник двигался ничуть не хуже, умудрялся и атаковать, и уходить от захватов.

Бросок под ноги от «спортивок» — был в молоко, ибо обладатель черного пояса моментально раскусил замысел противника, и перехватил того за талию, развернулся и бросил на пол. Тот в свою очередь — моментально вырвался и вскочил на ноги.

Ложный захват от дзюдоиста, и уверенная победа — броском через бедро.

Весь зал зааплодировал.

— Насть, это не дзюдо, а борьба с кулаками! — заметил я, когда «дзюдоист» локтем выбил воздух из парня.

— Ой, а я говорила дзюдо? — включила она дурочку, — Не совсем…

Не понимая, что за стиль «борьбы» у участников, я все равно восхищался их движениями и грацией, а также — нереальной скоростью, понимая, что это обычные люди.

«Если бы „дзюдоист“ был Жнецом, то мне пришлось бы очень несладко, да почему только мне? Мастер Радс был бы в полном шоке!»

«Спортивки» поднялся с пола, и поклонился победившему его сопернику. В его глазах не было ненависти или злобы, что заставило меня еще больше восхищаться парнями.

«Красавцы, настоящий дух соревнований без какой-либо злобы!»

— Перерыв пятнадцать минут, — объявил судья соревнования, — Отдыхайте, пока я приветствую своих друзей!

Судьей оказался коренастый мужчина средних лет, с узкими глазами и высокими скулами, облаченный в черном кимоно, и по мере приближения к нам, он все больше и больше улыбался.

«Восточный бомж номер два!»

Как только он оказался в двух метрах от нас — низко поклонился, будто мы представители высокого сословия, но как мне показалось, поклон был адресован именно Насте.

— Добро пожаловать в мой дом Дзюдо! — сказал мужчина, разводя руками в сторону, будто бы приглашая нас.

— Какое нафиг дзюдо? Тут им и не пахнет, — начал я возбухать.

— Парень, ты только об этом никому не говори, — загадочно улыбнулся судья, — Я рад, что вы пришли на нашу скромную «презентацию».

— Учитель, — раздался голос за его спиной, обладателем голоса оказался тот самый победитель, чей стиль мне приглянулся, — Кто будет следующий на «презентации» нового стиля?

Судья улыбнулся и пожал плечами.

— Это Вадим, мой лучший ученик, — начал он, — А это…

Он на миг призадумался, будто вспоминал наши имена, но мое он не знал, а в Настиных глазах — началась паника.

«У него проблемы с памятью, или он любит поддеть ее?»

— Это Настя, И…

— Я Павел, — сказал я, — приятно познакомиться с тобой, Вадим.

— И мне приятно, — сказал ученик с лёгкой усмешкой, — Итак, кто следующий участник?

— Ой не знаю… Может быть, кто-то из наших прибывших гостей — хотел бы поучаствовать?

«Как в дешевом кино… Банально и легко предсказуемо!»

Но все же, я рассчитывал, что Настя сразу же согласится, но она почему-то — попросту молчала и выглядела как серая мышь.

Вадим посмотрел на меня с глазами полными любопытства, ну а я решил не молчать.

«В его глазах чувствуется вызов!»

— Давайте я попробую. Какие правила?

— Вы чем ни будь занимались, Павел? — спросил судья, — Может на какие-нибудь секции ходили?

«Интересно, подготовка для убийств злобных первородных — считается?»

— Не особо, так, дзюдо увлекался и боксом, — ответил я, делая «упор» на слове дзюдо, которым в соревнованиях и близко не пахло.

— Ты главное не бойся, — начал Вадим с самодовольной ухмылкой, — Это показательное выступление, я не причиню тебе особого вреда.

Меня вывело из себя его высказывание. Я прекрасно понимал, что могу оказаться слабее противника, но он явно издевался и нарочно поддевал меня.

Снимая свою человеческую мантию и вешая ее на крючок у входа, начал разминать плечи и мышцы.

Вадиму, казалось, понравился мой настрой, и он улыбнулся еще сильнее.

— Всем внимание, — раздался громогласный голос судьи, — У нас новый гость!

Ученики и их «родители» моментально повернулись к нам и уставились на меня. Вадим проскользнул через них и вышел в центр «ринга».

Мне же пришлось разуваться и испытывать неловкое чувство от пристального внимания зала. Я вошел в центр и замер.

«Ненавижу столько взглядов на себе…»

Меня оценивали, сматривали, обсуждали.

— Я готов, — начал я, — Приступим как будешь сам готов.

И после своих слов — встал в боевую стойку, которой научил меня