Валлиста - Стивен Браст

Умирать вообще глупо.

Что ж, у меня имеется немало другого оружия, правильно?

Тварь сделала еще шаг, она почти нависала надо мной. Если сейчас она взмахнет своей ручищей, мне придется очень быстро прогибаться назад. Я мысленно пробежался по своему арсеналу. Может, хороший удар стилетом в один из жизненно важных узлов и пронял бы ее, но я не знал, где у этой твари жизненно важные узлы. Глаза разве что, но эта тварь девяти футов росту, и шансы попасть ей точно в глаз у меня невелики. А кроме того, эти глаза светились желтым. Ненавижу желтое. Куда? Как? Золото или дракон? Нож или яд? Камень или вода? Надо решать, а времени нет, и информации тоже нет. Будь у меня хоть чуть-чуть больше времени, клянусь, я бы подбросил монетку.

Да пошло оно все. Раз уж вопрос "делать или не делать", выбора на самом деле нет. Я сжал рукоять Леди Телдры и потянул.

И потянул.

И потянул.

И ничего.

Она просто застряла в Виррой проклятых ножнах, и вот тут-то я действительно запаниковал. Если вдруг мы ранее не встречались, я — Влад Талтош, и панике поддаюсь не так-то легко, ясно?

Как такое могло случиться? Что может иметь власть над Великим Оружием? Ладно, потом. Все размышления потом. Перебороть панику и придумать что-нибудь еще, причем очень, ОЧЕНЬ быстро. Да. Что-нибудь еще: драпануть во все лопатки, как если бы все демоны Чертогов висели…

Минутку.

Тварь остановилась, по-собачьи дернув головой.

Она ожидала, что я обнажу оружие, а когда я этого делать не стал, она не знала, что дальше.

Часть мозаики встала на место: Леди Телдра сама осталась в ножнах, то есть она знала что-то, чего не знаю я, что-то такое, почему нельзя было ее обнажать.

Спасибо тебе, Леди, но пожалуйста, никогда больше меня так не пугай.

Но что же это значит? Потом, все потом. Шаг за шагом.

— Извините, — сообщил я громадному уроду, — я вам не поверил, зато поверила она. Повезло.

Глаза твари сузились — я предположил, что это значит то же самое, что и у человека. Она выплюнула нечто недружелюбное или недоброе, или и то, и то одновременно. Вот в таких беседах я разбираюсь.

— Я так понимаю, что вы сейчас не слишком рады. Я, честно говоря, тоже. И мой голос слегка дрожит, потому что вы застали меня врасплох и вынудили приготовиться к драке, а я очень не люблю, когда голос у меня дрожит, и вряд ли прощу вам такое. Но пожелай вы меня выпотрошить, полагаю, вы бы это уже проделали. Значит, это запрещено, или помешает чьему-то плану, или вы просто не можете. А может быть, вы снова превратитесь в кого-то, с кем я смогу поговорить? Может, все-таки договоримся. Как вам этот вариант?

Тварь снова что-то прорычала, и я был почти уверен, что она не просто отклонила мое предложение, но и пожелала, чтобы со мной случилось нечто нехорошее.

— Ну, это уже становится скучновато. Если вы не собираетесь нападать и не хотите мне помочь, а также отказываетесь объяснить, что происходит, тогда я, пожалуй, просто пойду.

Моя угроза его не слишком испугала.

— Ладно, но хоть объясните, почему я не могу достать из ножен свое оружие? Вы же наверняка знаете, то есть знаете, что она разумна, и даже частично осознает происходящее, как я полагаю, но в любом случае…

— Ваше оружие, — раздался голос, — зовется Убийцей Богов. А вы в Чертогах Правосудия. Где обитают боги. Думаю, если вы дадите себе труд как следует подумать над этим, вы сумеете подобрать достаточно хорошую теорию.

Я бросил взгляд в сторону; рядом со мной был пес — среднего размера, золотистый, похожий на очень пушистого лиорна, только безрогого. Я хотел было сделать глупое замечание, но тут кто-то кашлянул. Я посмотрел туда, и конечно, увидел там вполне человекообразную фигуру.

— О, — проговорил я, — я-то думал, пес…

— Верно, — сказал он.

— Вы человек, — заметил я, — в смысле, выходец с Востока.

— И это верно, — согласился он.

— И вы живы, — добавил я.

— А это вы как определили?

Я предпочел не отвечать.

Он был примерно моего роста и с усами вроде моих, но подлиннее и свисающими пониже, и волосы у него напоминали мои, только подлиннее и более вьющиеся. На нем были темно-синие бриджи, заправленные в ботфорты для верховой езды, белая блуза с невероятно пышными рукавами, я бы такую в жизни не надел, синий кожаный дублет с оборками и подплечниками, сколотый булавкой с символом феникса черный плащ и черные кожаные перчатки. Ему б еще берет с пером, и один в один придворный хлыщ, вот только среди них людей не водится. На широком поясе с серебряной пряжкой у него висел меч, а на сгибе локтя восседал кот.

Я покосился на большого урода, которого не стоило упускать из виду, но тварь просто раскачивалась из стороны в сторону и смотрела на него.

Тип с котом что-то неразборчиво проворчал, тварь завыла и подпрыгнула, а потом развернулась и драпанула прочь. Она влетела прямо в фонтан, разбрызгивая воду, промчалась сквозь него и удрала куда-то дальше.

— Это было колдовство, — заявил я.