Гамбит Бессмертных - Эйрин Фаррон

– Если бы я знала, то сказала бы все! Особенно если бы это помогло мне защититься…

– УСК защитит вас, – пообещала Женя, и Алиса вдруг прониклась за нее гордостью. – Мы установим наблюдение за вашим домом. Я советую вам никуда не ходить без сопровождения и не покидать квартиру в темное время суток.

– Спасибо.

– Вы свободны. И пожалуйста, будьте на связи, нам снова могут понадобиться ваши показания.

Рысина кивнула, а Женя нажала на специальную кнопку под столом со своей стороны. В комнату зашел конвоир и вывел женщину из помещения. Молодая колдунья, словно обессилев, откинулась на спинку стула и прикрыла глаза.

А за зеркальным стеклом с другой стороны Алиса и Марк переглянулись друг с другом. Драгунов, который все это время сидел, заложив руки за голову, сказал Стасу:

– Она молодец. Ее ждет большое будущее в УСК.

Стас, стоя в своей любимой позе со сложенными на груди руками, кивнул, не сводя с Жени взгляда.

– Давайте вернемся к себе, – сказал он, – нужно это обсудить.

Он вышел из помещения первым и заглянул к Жене, чтобы позвать ее. По коридору они двинулись вместе, переговариваясь и оставив московских гостей чуть позади.

– Ты была неподражаема, здорово! – донеслось до Алисы, и, когда молодая колдунья повернулась к Стасу, девушка заметила румянец на ее скулах.

Уже в кабинете, когда все расселись по местам, а Марк и вовсе улегся на диван и закрыл глаза, Женя сказала:

– Хорошо, а как вы думаете – Красу убили из-за карьера? И кто? Нечистые?

– Версия хорошая, – похвалил Драгунов. – Уж не знаю, зачем нечистым мог понадобиться янтарь, но если со сменой владельца поставки прекратились, то они могли отомстить.

– Рысина сказала, что оттуда вывозили всего пару десятков килограммов в месяц, – добавила Алиса, – убить за такое количество? Да купить проще у любого местного дельца!

– Значит, что-то в этом янтаре было особенное, – проговорил Марк, не открывая глаз, – добудьте кусок и проведите анализ. А потом сравните его с другими образцами из области. Может, нечистые использовали его как лекарство? Или яд? Тогда убийство было бы оправданно.

– Осталось добыть янтарь с этого месторождения, – заключил Дан.

– О-о, Женя так напугала Рысину, что та будет готова вам хоть тонну насыпать, – рассмеялся Марк. – Кстати, не только бы ей ходить и бояться, Серый или как там его, тот волк, с которым ты, Стас, встречался вчера, тоже ведь в доле.

В ответ на его слова молодая колдунья робко улыбнулась и заправила светлую прядь за ухо. Драгунов и Стас засмеялись. Вот только Алиса не спешила присоединиться к веселью. Вся эта беседа внезапно натолкнула ее на безумную мысль.

– Янтарь, найденный в зубах убитой Красы, был трансмутированным, – заговорила колдунья, глядя в одну точку перед собой. – Что, если Марк прав и на нечистых этот камень действовал как-то по-особому… Например, усиливал их способности? Что, если офицеры СС, убитые тем же способом, тоже были как-то связаны с этим янтарем? Например, они открыли его необычное свойство, а нечистые узнали об этом и потребовали снабжать себя камнями. Тогда ведь шла война, и демоны могли пожелать защитить себя. Но «Аненербе» отказались, и тогда сотрудников уничтожили.

Договорив, Алиса оглядела присутствующих. В кабинете повисла тишина, пока все осмысливали то, что она предположила. Даже Марк приподнялся на локте и не сводил с нее взгляда.

– Ты хочешь сказать, что нечистые могут собирать армию? Здесь, в Калининграде? Но зачем? – засыпал вопросами Драгунов.

Алиса медленно покачала головой.

– Я не знаю. Их ведь после Великой Отечественной всегда притесняли. Может быть, вы просто чего-то не знаете? – она повернулась к Стасу и Жене. – В смысле, местное УСК не знает, и на самом деле нечистые конфликтуют с другими вервями?

– Ни о чем подобном мы никогда не слышали, – нахмурился Стас. – Но думаю, в УСК бы точно заметили, у нас ведь все это отслеживается.

– Но нечистые могут делать это втайне. Затаили ненависть и вынашивали ее до сей поры, – подкинула идею Женя.

В кабинете вновь стало тихо. Алиса переводила встревоженный взгляд на каждого из присутствующих. Все они понимали, чем грозит перспектива атаки нечистых для жителей города. Несколько лет назад в Москве демоны уже пытались проделать нечто подобное. Их возглавлял волот Андрей Фролов, и если бы не действия сотрудников УСК, то несколько станций метро исчезли бы с лица земли, погребя под собой ни в чем не повинных людей. Алиса была там. И она ни за что не хотела повторения подобного.

– Нам нужно сообщить о догадке Муромцеву, – тихо сказал Стас. – Даже если мы не правы, он все равно должен знать. Возможно, он поговорит с Верлиокиным и тот сможет ему помочь.

Колдун говорил о главе местной верви нечистых. Вот только вспоминая Лопастину, главную среди московских демонов, Алиса усмехнулась: на добровольную помощь можно было не рассчитывать. У нечисти всегда и со всеми были сложные отношения, и демоны старались держаться особняком, никому не доверяя и ни с кем не сотрудничая. Только если речь шла о совсем уж критических случаях.

Словно услыхав мысли девушки, Стас добавил:

– В крайнем случае Муромцев созовет Совет. Тогда Верлиокину не отвертеться.

– Когда ты хочешь пойти к нему? – спросила Женя, взволнованно покусывая губы.

– Прямо сейчас. Даже если наша теория не верна, мы не можем терять время.

10. Откровения

24 июня 2024 года, Калининград

Стас

К Муромцеву пошли втроем: Стас, Женя и Алиса. Начальник принял их сразу, будто по тону колдуна понял, что в деле появилась серьезная информация. Когда они заняли места вокруг стола, Лаврентьев попросил Алису еще раз пересказать ту идею, что пришла ей в голову, пока они обсуждали возможные причины убийства Красы.

Несмотря на то, что догадка звучала странно и даже безумно, Муромцев отнесся к ней серьезно и выслушал, не перебивая и не задавая вопросов. Когда же Алиса закончила, то начальник УСК ответил:

– Мы должны отработать любую версию, так что я сегодня же свяжусь с Верлиокиным. Надеюсь, он прибудет по просьбе, а не по принуждению через созыв Совета. Не хотелось бы стать инициатором.

Стас кивнул. Любой сотрудник УСК знал, что Советы глав городских вервей созывались только в самых экстренных случаях, а те, к кому призыв был обращен, не могли отказаться от участия и были обязаны явиться для переговоров. И если Совет был неизбежен, это означало, что у вервей проблемы. Но кому и когда нравилось признавать это?

– Нужно установить наблюдение за