Везуха - Сергей Чекмаев

Он не видел, как за его спиной девушка сняла трубки всех трех телефонов, нервно потерла пальчиками виски и, прихватив из верхнего ящика стола пачку «Золотой Явы», нырнула за ширму. В курилке дым стоял коромыслом – сразу трое курьеров травили легкие, готовясь к очередному забегу через полгорода.

– Представляете, парни, мужик сейчас приходил, лет под тридцать, а то и тридцать пять. Угадайте с трех раз, какой у него заказ!

– «Руки вверх», – предположил один из курьеров.

– «Тату»!

– Хуже. Никогда не поверите: «Точку с запятой». Три билета купил, причем явно себе – наличкой заплатил и приходник не взял. Вот странный, да?

– Может, сыну в подарок, откуда ты знаешь.

– Слушай, Элка, а вдруг он проверяющий какой-нибудь? Контрольную закупку делал, а? Ты бы на всякий случай позвонила шефу…

Не подозревая, что его персона явилась причиной таких пересудов, Андрей спокойно вышел обратно на Колокольников, разглядывая цветастые карточки. В верхнем углу располагался символ группы, тот самый знак препинания, как можно догадаться, а поперек всего билета шла кроваво-красная надпись: «Беспредельщики». Снизу – пояснение: «Неорганизованная преступная группировка». Андрей вздрогнул.

– Внимание! Всем группам наблюдения! Первый пошел на контакт. Передвижному-два обеспечить сопровождение и прикрытие, наружке-двенадцать и семь – перекрыть подходы к месту контакта. Как поняли, подтвердите.

– Я передвижной-два. Вас понял.

– Наружка-двенадцать, понял вас, выполняю.

– Я наружка-семь, принял, выполняю.

С интересом изучая надписи на билетах, Андрей не замечал зияющего впереди открытого люка. Телефонные ремонтники расковыряли колодец и с привычной беспечностью, даже не озаботившись огородить барьерами опасное место, ушли на обед. До разверстого зева оставалась пара метров, не больше. Андрей спокойно шел навстречу, не сбавляя шага.

Неожиданно к тротуару подрулила неприметная, немного подержанная «девятка», затормозила практически вровень с Андреем.

– Андрей Игоревич?

Вздрогнув, он сунул билеты в карман и настороженно обернулся.

Открылась правая передняя дверь, и из машины вылез прилично одетый, молодцеватый мужчина лет пятидесяти. Несмотря на сугубо штатский костюм, неискоренимая воинская выправка выдавала в нем офицера.

– Прошу прощения, Андрей Игоревич, разрешите отнять несколько минут вашего времени?

Андрей пожал плечами:

– Раз уж вы начали… продолжайте. А то я умру от любопытства.

Ерническим тоном он постарался замаскировать свою настороженность. Не каждый день случаются такие вот встречи, когда абсолютно незнакомый человек вдруг обращается к тебе по имени-отчеству. Поначалу Андрей посчитал его за сотрудника какой-нибудь частной охранной структуры. Слишком уж явно читалась в незнакомце воинская дисциплина. А по возрасту и странной практике скорее договариваться, чем командовать, незнакомец никак не тянул на обычного армейского офицера.

– Видите ли, у нас накопилось к вам несколько вопросов, не могли бы мы обсудить их в более спокойной обстановке?

– Все зависит от того, кто такие эти таинственные «мы».

Мужчина кивнул с пониманием, изящным жестом извлек из внутреннего кармана запаянный пластиковый прямоугольник:

– Служба безопасности холдинга «Тур Гелэкси».

Насколько помнил Андрей, в сей холдинг входил и родной «Евротур». Интересно. Что это такого случилось в любимой конторе, что вышестоящее начальство заинтересовалось? Неужто на Марта Викторовича компроматик копают? Говорят, он многим на фирме дорогу перешел. Если бы Панин так его не ценил…

– А вы? – спросил Андрей на всякий случай. – Неудобно разговаривать, не зная имени.

– Ах, да, простите. Петр Дмитриевич, начальник отдела внутренних расследований.

«Ну-у, – протянул Андрей про себя, – тогда шефу точно недолго осталось. Интересно, а от меня им что надо? Ничего такого я не знаю, ни в какие особые тайны не посвящен. Хотя…»

– Это надолго? А то у меня назначена встреча…

– Нет-нет, что вы! Мы ни в коем случае не собираемся мешать вашим планам. Час, не больше.

– Хорошо, я согласен.

Петр Дмитриевич любезно придержал перед Андреем дверь, подождал пока он сядет, захлопнул и сам устроился на переднем сиденье.

Никто из них открытый люк так и не заметил.

«Девятка» ушла с места плавно, почти нежно, пару секунд спустя вслед за ней по переулку проскользнула серая «Волга» с высокой антенной на крыше.

И лишь теперь стало заметно, как на заднем плане тихо сползает по стене пожилой прохожий, который, потеряв дар речи от ужаса, так и не успел предупредить Андрея об опасности. Он с трудом хватал воздух широко раскрытым ртом, судорожно указывая рукой на люк. Из подъезда ближайшего дома к нему уже бежали какие-то люди.

В дороге Андрей то и дело ловил в зеркальце заднего вида заинтересованные взгляды, которые бросал на него Петр Дмитриевич. В общем, интерес безопасника был ему понятен, но откуда тогда изредка проскальзывающая во взгляде опаска? А в глазах молчаливого водителя Андрею на мгновение вообще почудился откровенный испуг.

С чего бы это вдруг двум таким серьезным дядям бояться какого-то там старшего менеджера дочерней конторы?

Конечно, не исключено, что внутренняя безопасность действует не по чьей-либо указке, а по своей собственной инициативе. И на шефа просто решили таким вот образом надавить. Чтоб знал свое место и не лез в большие дела, прикрываясь давней дружбой с самим Паниным. И разговор этот, возможно, ограничится десятком ничего не значащих вопросов, а в ближайшие дни нечто подобное предстоит еще двум-трем менеджерам среднего звена. Если уже не случилось. В расчете на то, что испуганные сотрудники выложат все Марту Викторовичу как на духу, обрисовав перед ним картину массированного давления.

Хотя по-хорошему это какая-то чересчур сложная интрига. Скорее уж действительно в родной конторе кто-то всерьез проворовался, вот служба безопасности и копает. Под ту же выставку, вовремя подсуетившись, можно немало положить в карман.

Лично за себя Андрей почти не боялся, так, легкая настороженность присутствовала. Если бы недостачу решили свалить на него – никто бы с ним не цацкался, не того полета птица. А тут – в машину его пригласили вежливо, без намеков на угрозу, рядом никто не сел, наоборот, Петр Дмитриевич демонстративно устроился впереди. Машина не новая, центрального замка на дверях нет – то есть Андрею давали понять, что ограничивать его свободу никто не собирается. Да еще поглядывают как-то настороженно.

Минут через десять машина тормознула в малознакомом Андрею переулке перед дверями несколько зачуханной с виду забегаловки. Называлась она просто и без затей: «Кафе».