Программа. Идентификация - Сьюзен Янг

После оживленной партии в карты мы с Релмом пересели на диван посмотреть фильм в компании нескольких парней и девушек. Я прильнула к Релму. Медсестры ничего не сказали и не попытались нас рассадить. Можно было делать что хочешь, и это оказалось очень приятно. Впервые за долгое время я была сама себе хозяйка.

Когда медсестра Келл велела расходиться по палатам, Релм повел меня в другую сторону.

– Хочешь у меня посидеть? – спросил он, показав дальше по коридору. Я пожала плечами, держа его под руку.

В палату он пропустил меня первой и выглянул в коридор, прежде чем закрыть дверь.

– Прикольно потихоньку смыться, – сказал он.

– Еще бы. А мне казалось, ничто не перебьет действие таблеток, – засмеялась я. У Релма, однако, сделалось серьезное лицо. Он присел на кровать, а я в кресло, лицом к нему. Мне было неуютно – я знала, что сейчас он заведет разговор о Роджере.

– Слоун, я должен спросить… Он тебя изнасиловал?

– Что? – вздрогнула я. – Нет.

– А что тогда?

Я почувствовала, что отрицать бесполезно.

– Он предложил сделку.

– О боже…

– Всего лишь за поцелуй и… прикосновения, но я сразу врезала ему коленом, поэтому все ограничилось поцелуем. – Меня замутило, и я опустила голову, не желая, чтобы Релм видел мое лицо.

– А взамен?

– Он дал мне таблетку. Сказал, что она поможет сохранить воспоминания.

Релм выругался себе под нос и сильно потер лицо.

– Я его убью, – процедил он. – Я ему говорил оставить тебя в покое.

– Он и с другими это делал? – спросила я.

Релм кивнул, с болью глядя на меня:

– По-моему, это не вчера началось.

Я болезненно сморщилась, представив, как девушки терпели секс с этим уродом, и не понимала, как позволила ему дотронуться до меня. Я хотела сохранить что-то из прежней жизни и за это готова была вываляться в грязи. Разобиженная, я обхватила себя руками.

– Таблетка не поможет, – продолжал Релм. – Если воспоминание вырвано из контекста, оно не возвращается или остается непонятным. Не принимай ее.

Я вздрогнула, как от удара. Позволила Роджеру меня лапать, а теперь не получу обещанного? Все было зря? Я зря терпела?

– Не помогает? – напряженным голосом спросила я. Релм покачал головой. Мне показалось, что мир вокруг рушится. Пропала последняя надежда. Я все отдала за то, чтобы сохранить воспоминания. От меня ничего не останется.

– Отдай лучше мне эту таблетку, – сказал он.

– Не могу, – прошептала я. – Я ее уже приняла.

Лицо Релма исказилось от гнева.

– Идиотка! – закричал он. – Ты же в ящик могла сыграть!

Пораженная его резкостью, я опустила взгляд и встала, чтобы уйти, но Релм быстро схватил меня за руку.

– Слоун, извини, – сказал он. – Я не хотел тебя обидеть. Не уходи. Я просто разозлился. – Когда я снова посмотрела на него, он с облегчением выдохнул. – Извини, – повторил он, убирая руку. – Не будем больше об этом.

Идти мне было некуда, поэтому я снова опустилась в кресло.

– Проехали, – сказала я. Релм удивительно легко принимает Программу, с готовностью отдавая им свое прошлое. Но я, в отличие от него, не хочу меняться.

Релм подвинулся, похлопав по одеялу.

– Посидишь со мной? – спросил он. Я кивнула и перебралась на кровать. – Все будет хорошо, – тихо сказал он. – Уже почти все закончилось.

Я смотрела на него. Из меня словно вышел воздух.

– Мне что, ожидать, пока я останусь пустой оболочкой?

Он печально улыбнулся:

– Когда забудешь, уже не будет больно. Это единственное, что может нас спасти. – Он уперся лбом мне в лоб и прошептал: – Иначе нельзя. У тебя здесь огромная дыра, – он положил ладонь мне на грудь слева. Прикосновение вышло душевным и почти успокаивающим, без всякого романтического подтекста. К Релму я ничего такого не испытывала, но от его прикосновения почувствовала себя живой.

– Не знаю, выдержу ли я, – сказала я, закрывая глаза.

– Ты выдержала большее. Главное, что ты не умерла, правильно? – Отодвинувшись, он приподнял мое лицо под подбородок. – Теперь давай ты меня утешай, – пошутил он, прижав меня к груди и пристроившись на подушках. – Хорошо, что здесь есть ты, – продолжал он, играя моими волосами. – Не то пришлось бы мне обниматься с медсестрой Келл.

Я засмеялась, слушая его сердце и удивляясь, как быстро оно бьется.

– Нервничаешь? – спросила я.

– Я же в кровати с красивой девушкой! Это неконтролируемая реакция.

Я села. Релм передвинулся и улегся спиной на кровать. Опираясь на локоть, я рассматривала его лицо. Синяк под глазом стал бледнее, кожа выглядит более здоровой, чем во время нашего знакомства. Шрам на шее практически зажил. Интересно, давно ли он появился? Я провела указательным пальцем по припухлой розовой линии, и Релм встретился со мной взглядом.