Врата ада - Дин Кунц

— Нет, — с трудом выдавил Солсбери. — На французском, китайском, русском… Их слишком много, чтобы перечислять.

— Как интересно! Разнообразие языков вполне вероятно. Но английский доминирует?

— Он один из доминирующих языков. Послушайте…

— Ох, извините меня, — произнесла модифицированная горилла извиняющимся тоном, протягивая волосатую, крепкую руку, чтобы помочь Солсбери подняться. — Я, простите, позабыл, через что вам довелось пройти.

Вику еле-еле удалось подняться. Чувствовал он себя чудовищно: словно его облили керосином и подожгли, как факел. Каждый дюйм тела мучительно болел.

— Видите ли, это первый раз, — продолжил его спаситель взволнованно, — когда я встречаю кого-то из другой вероятности. Хоть поговорить, по крайней мере, удастся.

— Кто… — начал Солсбери, но язык его не слушался и заплетался, словно у непроспавшегося пьянчужки.

— Помолчите какое-то время, не теряйте силы. Кругом рыщут ваши враги, чтобы вас уничтожить. Нам надо спуститься на более низкие уровни, о которых они не знают.

— Хорошо, — сказал Вик, делая несколько пробных шагов.

— Хотите, я вас понесу?

— Нет.

Он увидел, что собеседник все же меньше, чем дикари — возможно, всего семи футов[6]роста, но остальные подчиняются ему.

— Я пойду сам. Вы не такой великан, как эти уроды.

Солсбери прошел пять шагов и упал.

— Вы еще очень слабы. Поберегите себя, — заметил незнакомец.

Он склонился над Солсбери, поднял его, как пушинку, и направился из пещеры.

— Мой род более изящен, но так же силен, как и ваши обидчики.

Здесь были и другие представители элитной породы гориллолюдей. В слабом свете Солсбери не мог рассмотреть их как следует, однако кое-что ему все же удалось заметить. Все они были в одежде, в отличие от полулюдей, которые мучили его; одежда их состояла из высоких кожаных сапог, доходивших до колен, и коротких штанов из грубой ткани. У каждого был лук, колчан со стрелами и нож в ножнах. Тот, что нес Виктора, отдал свое оружие товарищу, который был готов к отражению атаки и постоянно оглядывался по сторонам, держа оружие наготове. Кто его враги — Виктор не знал.

Они шли долго. Виктор не мог разглядеть, куда его спасители идут, но скоро почувствовал, что они спускаются все ниже и ниже в недра земли, оставив дикарей позади.

Но скоро Солсбери, измученный бегством, голодом и изуверской пыткой, потерял сознание.

Когда же он пришел в себя, то обнаружил, что неожиданный спаситель поддерживает его голову и пытается привести его в чувство раздавленными лепестками пурпурного цвета, издающими резкий запах. Виктор потряс головой, чтобы заставить незнакомца убрать это подобие нашатыря, потом откинулся назад… и почувствовал, что сидит в кресле! Это был добротно сделанный предмет меблировки, с подушками из темной ткани, кажется, набитыми либо пером, либо какой-то шерстью. Да, эти люди были более чем продвинуты по сравнению с дикарями, пытавшимися убить его.

— Возможно, мне надо дать вам поспать, — заметил спаситель, озабоченно глядя на Солсбери. — Но существует очень важная вещь. Я думаю, это наш шанс. Мы должны воспользоваться им так скоро, как это возможно. Но если вы чувствуете, что нужен отдых…

— Я в порядке, — ответил Солсбери.

— Хорошо.

Существо улыбнулось другим, стоявшим поблизости, давая Виктору возможность оглядеть комнату. Это тоже была пещера. Она находилась куда глубже в земле, чем предыдущая, потому что стены были более массивными, более однородными, и здесь не было выступавших глыб. Место это было очень ухожено и содержалось в исключительной чистоте. Одна из стен была украшена настенной живописью, отображавшей художественные принципы современной им эпохи, далеко ушедшей от наскальных рисунков. Другая стена была увешана полками с деревянными и каменными статуэтками, кажется, там была и одна соломенная фигурка, напоминающая коленопреклоненную женщину. Солсбери сразу увидел, что женщины этих полулюдей на девяносто процентов ближе к его представлениям о женственности, чем те, которые были у дикарей. В пещере сидело еще несколько людей; некоторые что-то пили из деревянных бокалов, некоторые, кажется, отдыхали.

— Я — Муг, — представился его спаситель, поворачиваясь к нему. — А вы?

— Вик.

— Это новое для меня имя.

— Мое полное имя — Виктор.

— Ах да. Некоторые из существ с других вероятностных линий этой области действительно укорачивают свои имена для удобства. Однако я никогда по-настоящему не понимал, почему они с самого начала не дают кратких имен.

— Нельзя ли мне немного воды? — попросил Солсбери, чувствуя, что горло его совсем пересохло, как в пустыне.

— У меня есть кое-что получше, — сказал Муг.

Он вышел, затем вернулся с деревянным кувшином.

Солсбери припомнил кашку дикарей.

— Можно мне обычной воды?

— Попробуйте это.

— Я…

— Пожалуйста.

Виктор взял кувшин и осторожно попробовал жидкость. Она не была противной, как он опасался, холодная, приятная на вкус, сладкая, весьма напоминавшая яблочный сидр, щиплющая за язык, но безалкогольная. Он опорожнил кувшин несколькими глотками и попросил Муга принести еще. Новую порцию он пил маленькими глотками, пытаясь представить события нескольких последних часов.

— Есть много вещей, о которых мне надо спросить, — сказал Муг. — Может быть, вы сами расскажете вашу историю? Так было бы быстрее, и мы ничего бы не пропустили.

— Я не знаю, стоит ли, — ответил Виктор настороженно.

— Мы только хотим помочь. Кажется, это не будет лишним для вас. Или я ошибаюсь?

— Вы не ошибаетесь.

— В таком случае начинайте. Мы слушаем.

Виктор не знал, стоит ли рассказывать все.

В самом деле, он очень нуждался в помощи и вряд ли мог ожидать, что получит ее, пока его спасители не узнают всю историю. Он чувствовал, что у них такой же цепкий ум, как и у него, с таким же высоким IQ, однако их цивилизация не продвинулась так далеко, как на Земле того вероятностного потока, с которого он пришел. Если он попытается довериться им, ему отплатят откровенностью, когда придет его очередь задавать вопросы. Было бы интересно узнать, откуда Муг знает английский, как он узнал о вероятностных линиях, почему он рискует вызвать гнев пришельцев, пряча от них Солсбери. Он решил быть откровенным и рассказать им всю историю.

Когда он закончил, Муг повернулся к другим и пересказал повесть Солсбери на их наречии. Затем все стали задавать вопросы; некоторые из них Муг переадресовал Солсбери, на другие отвечал сам.