Кризис самоопределения - Бен Элтон

– Невероятно, – пробормотал Мэтлок. – Буквально что угодно можно найти. По правде невероятно.

– Еще более по правде невероятно, что ты все еще находишь по правде невероятным то, что можно найти что угодно, а еще более по правде невероятно, что ты все еще говоришь “по правде невероятно” каждый раз, когда тебе удается найти что угодно. Пора уже привыкнуть к интернету, Мик. Он уже существовал за несколько лет до того, как я родилась.

Мэтлок понимал, что она права. Но понимал и другое – что он никогда окончательно не привыкнет к этому чуду. Никогда не привыкнет он к тому, что скайпить людей на званые ужины – нормальное дело.

Он включил запись.

На экранчике группа людей, каких в 1980-е называли “Ура-Генри”^[80], стоит перед Хайгейтским прудом. Пафосный старомодный голос из би-би-сишных документалок пояснял, что эти люди попытались занять пруд на том основании, что пространство, предназначенное исключительно для женщин, – это обратный сексизм. Мэтлок удивился, до чего устарело звучал мужчина-комментатор из “Панорамы”. Казалось, “би-би-сишных голосов” не стало, еще когда Мик был молод, но вот поди ж ты – свидетельство обратного.

На экране стародавние “урашники” были с виду очень довольны собой. Явившись в викторианских купальных костюмах, с надувными “крылышками” на руках и смешными плавательными кругами-уточками на талиях, они прихватили с собой и пиво.

– Ну и обсосы, – отметила Ким.

– И впрямь обсосы, – согласился Мэтлок.

А вот и Джералдин Гиффард, юная и рьяная, с мощной копной длинных кудрей. Она вела за собой воодушевленную толпу облаченных в купальники женщин-защитниц, которые, вооружившись маникюрными ножницами и булавками для волос, направлялись к протестующим купальщикам, чтобы проткнуть их надувные плавательные принадлежности.

“Мужчины собрались здесь с целью настаивать на своей мужской вседозволенности! – прокричала Джералдин в поддатые растерянные мужские лица тех далеких бинарных дней. – Женщины же собрались здесь, чтобы отстоять себя перед мужской вседозволенностью! Вы тупые козлы! Это совершенно разные вещи. Здесь единственное место на весь Лондон, где я могу позволить себе быть жирной телкой с обвисшими сиськами и в бикини и не думать о том, что мужчины заставят меня стесняться собственного тела. А ну пошли нахуй”.

В записи из “Панорамы” матерное слово запикали, но было понятно, что€ сказала Джералдин. Мэтлок нажал на паузу.

– Помню всю эту историю. Кажется, даже помню эту программу.

– Все честно, – произнесла Ким. – Крутая она была тогда.

– Ее считали вдохновительницей все до единой студентки из фемок, по всей стране, – сказал Мэтлок. – И не только феминистки. Она была по-настоящему популярна. Почти все – за вычетом немногих ветхих поганцев – понимали, что женщинам нужны места, где нет мужчин, больше, чем мужчинам – места без женщин.

– Есес-сна, – согласилась Ким.

Мэтлок набрал другой поисковый запрос. Ютуб показал другой мгновенный результат. Еще один новостной репортаж.

– По правде невероятно, – пробормотал Мэтлок.

Ким повесила голову, изображая отчаяние.

Репортаж освещал противостояние у Хайгейтского пруда, однако на сей раз то был специальный выпуск новостей “Скай” предыдущего лета. Минуло тридцать пять лет, и вот Джералдин Гиффард и небольшая группа ее единомышленниц вновь попытались отстоять свой пруд – теперь уже не перед компанией высокомерных мужчин-сексистов, а перед одинокой транс-женщиной.

Сэмми Хилл.

“На сей раз, – пояснял репортер «Скай», – Джералдин Гиффард вляпалась в историю не той ногой”. – Тут репортер поворачивается к представителю местных властей, и тот говорит, что попытка Сэмми искупаться в пруду полностью в рамках правил, и комиссия, отвечающая за порядок на этой территории, совершенно единодушно соглашается с тем, что самоопределяющиеся женщины суть женщины, а значит, у них есть право здесь купаться.

– И правильно, блядь, – сказала Ким.

Далее репортер берет интервью у протестующих, они признаются в своих страхах, что теперь какой-нибудь извращенец – или того хуже – сможет приходить сюда купаться, просто объявив себя женщиной. Протестующие говорят, что не чувствуют себя в безопасности.

– Можно подумать! – воскликнула Ким. – Да, блядь, хватит уже выделываться.

Напуганная, но гордая Сэмми далее рассказывает репортеру, что оне тоже не чувствует себя в безопасности – постоянно, если честно, а особенно во время купания, поскольку как транс-женщина оказывается мишенью беспрестанных домогательств и угроз. Сэмми обращается к возражающим – дескать транс-женщины хотят для себя прибежища в той же мере, в какой его имеют цис-женщины, поскольку транс-женщины также оказываются под ударом мужского насилия.

Ех довод перетянул на ех сторону многих – но не всех.

“Просто такое чувство, будто ради удовлетворения нужд очень-очень маленькой группы людей, – говорит нервная с виду молодая мамочка, – в жертву приносится само понятие о том, что такое быть женщиной. Женство – оно же особенное. Драгоценное. А дальше что же? Транс-женщины соревнуются с цис-женщинами в спортивных состязаниях? Я слыхала, что НСЗ лоббирует против использования слова «женщины» в информационных материалах по раку шейки матки и предлагает говорить «люди с шейкой матки». Вы уж извините меня, но человек с шейкой матки есть женщина, а женщина – это человек с шейкой матки”.

Репортер предполагает, что вся эта история с НСЗ – выдумка, однако юная мамочка утверждает, что в постах на ее мамском сайте говорится, что это правда.

А вот Джералдин, облаченная в черный совместный купальник, проталкивается к телекамере.

“Тридцать пять лет назад я защищала этот пруд от мужской вседозволенности и теперь делаю то же самое. Я сочувствую тем, кто страдает от гендерной дисфории, но самоопределение без полной смены пола – такое чуточку слишком далеко заходит. Не бывать в этом пруду никаким пенисам!”

Джералдин выкрикивает свой последний довод прямиком в несчастное, заплаканное лицо Сэмми, та прячет его в полотенце.

Мэтлок нажал на “паузу”.

– До чего же гнусная злая сука, – подытожила Ким.

– Да, – согласился Мэтлок. – Так говорит большинство людей. Джералдин Гиффард в этой стычке смотрится несомненно скверно.

– Она заслужила.

Мэтлок уставился на застывшую на экране Сэмми. Слезы у онех на щеках.

– Джералдин наверняка возненавидела Сэмми за это, – пробормотал он.