Сыскарь - Михей Абевега

– Тогда почему вы отвергаете меня?

– Нет-нет, что ты! Дело тут вовсе не в тебе, а во мне. – Похоже, вся кровь от мозга к другому органу отлила. Иным и не объяснить, отчего подходящие для объяснений слова совершенно не желали приходить на ум.

– Тогда я, наверное, лучше пойду. – Изящно покачивая крутыми бедрами, эльфийка гордо прошествовала мимо меня к двери и потянула задвижку.

– Подожди, Люсилия, – остановил я ее, перегораживая выход и кладя руки на плечи девушки. Хотя, если честно, ухватиться хотелось совсем за другие места. – Ты мне безумно нравишься, но я вынужден пока воздержаться от удовольствия провести с тобой время. Только прошу, не обижайся. Меня вчера подранили, и любое активное действие причиняет мне боль. А с тобой, я уверен, невозможно будет оставаться в состоянии покоя.

– Вы ранены, господин? Я не знала. – Выражение обиды на лице красотки сменилось состраданием и озабоченностью.

– Да. Видишь, вот, – аккуратно, чтоб опять не засветить чего лишнего, я показал Люсилии бинт на ноге. – А еще у меня в ребрах трещины. Вон даже таблетки пью.

Кстати, надо бы принять утреннюю дозу. Вспомнил про рану, и нога, даже несмотря на вспыхнувшее желание и бодрящий всплеск адреналина в крови, тут же напомнила о себе тягучей болью.

– У меня есть отличная мазь. – Голос орка, раздавшийся за спиной, заставил меня вздрогнуть и чуть не подпрыгнуть от неожиданности.

– Твою ж медь! – Оторвавшись от эльфийки, я одной рукой ухватился за сердце, а другой за раненый бок. Повернулся к газагу, стоявшему за приоткрытой дверью: – Митиано, ты смерти моей хочешь?

– Нет! – округлил глаза орк. – Наоборот! Мне матушка с собой мазь для ран дала. Так быстро заживляет, что уже завтра бегать будешь. Я вот, видишь, совсем уже здоров. А ведь весь подырявлен был.

– Мазь – это хорошо, – кивнул я, прислушиваясь к собственному сердцебиению. Вот ей-богу, такими темпами меня скоро инфаркт хватит. – Но давай ты в следующий раз, прежде чем входить, будешь стучаться.

– Так я ж не вошел, – пожал плечами орк.

Ну да, технически он был прав, поскольку все еще продолжал торчать в коридоре.

– Тогда так… – Я напряг мозг, чтобы более доходчиво сформулировать просьбу. – Стучись даже перед тем, как просто открыть дверь. Договорились?

– Хорошо, брат, – радостно оскалился здоровяк, – как скажешь. Ну и чудной же ты. Так я принесу мазь?

– Неси, – благосклонно разрешил я и повернулся к эльфийке: – Поможешь мне с перевязкой?

Люсилия согласилась и очень быстро заставила меня об этом сильно пожалеть. Ибо сдерживать накатывающее кипучими волнами желание, в то время как нежные ручки девушки разгуливают по твоему телу, будоража каждым своим прикосновением, – это та еще пытка. Но не Митиано же было просить помазать мне спинку. Наверное, кстати, только его сильно раздражающее присутствие в комнате и помогло мне не заработать спермотоксикоз.

Этот громила уселся за стол, спер с подноса одну булку и принялся ее поедать, напрочь игнорируя мои хмурые взгляды. Мог бы и у себя позавтракать. А еще я заметил, что и Люсилия периодически одаривала орка взглядами, от которых кого другого испепелило бы в прах. Но красномордого такой ерундой было не пронять. Чавкал, зараза, стремительно уничтожая мою сдобу, и в ус не дул.

Ладно хоть все не сожрал, оставил мне немного. Зато подхватил с подноса длинный острый нож, больше почему-то напоминавший кинжал, и принялся преспокойненько выковыривать им грязь у себя из-под ногтей. Оставалось только порадоваться, что не над завтраком. Но ножом этим я точно ничего резать уже не буду. Да там, собственно, и нечего. Оставшиеся булки я и так в состоянии сгрызть.

Вот спрашивается, и чего этому паразиту у себя в комнате не сиделось? Он что, так и будет теперь у меня над душой висеть постоянно? Это же все, прощай навеки личная жизнь! А может, это его сестра попросила, чтоб я ни с кем другим, кроме нее, не замутил? А сама, поди, уже чемоданы собирает, сюда вслед за братцем намылившись. Да нет, бред! Зря я себя накручиваю. Или не зря?

Чтобы как-то успокоиться и отвлечься от дурацких мыслей, попросил закончившую перевязку девушку принести мне письменные принадлежности, пока я расправляюсь с остатками завтрака. События последних дней не укладывались в голове. Расследовать взрыв на фабрике и убийство князя поручили мне. Но чтобы во всем разобраться, нужен был человек знающий и опытный. А мои познания в области криминалистики ограничивались прочитанными детективами. Ну и киношками просмотренными.

Просьбу мою Люсилия выполнила, но пришлось все же еще и самому тащиться в гараж, копаться в бардачке в поисках нормальной ручки. Тем, что использовали для письма в этом мире, я не смог накорябать и пары слов. Обыкновенная деревянная палочка с металлическим пером на кончике, которое нужно было макать в чернильницу, прежде чем что-то писать. Как я ни пытался, у меня ничего не выходило. Перо постоянно цеплялось за бумагу, норовя ее продрать. Чернила то отказывались оставлять на листе хоть какой-нибудь след, то стекали сразу здоровенной каплей, образуя уродливую кляксу.

Митиано, выгнанный мною из-за стола и с интересом наблюдавший теперь за моими потугами с подоконника, на который он нагло взгромоздил свой зад, несколько раз скептически кхекал, а потом голосом, полным сожаления, поведал, что у него самого с письмом тоже не особо ладится. Вот с саблей он управляется получше других. А всякое буквонаписательство – это не его. Кто бы сомневался.

В общем, решив не мучиться и не переводить зря бумагу, сходил я за шариковой ручкой, заодно по пути родив натуральный прогрессорский бизнес-проект. Ну а что, неужели не найдется тут мастеров, чтобы воссоздать не такое уж сложное приспособление для письма? Вроде мелочь, но, если толково взяться за дело и раскрутить хорошенько, можно миллионером стать.

Но пока стоило подумать над преступлениями. Поэтому на новом, еще не испорченном листе бумаги я нарисовал несколько кружочков, в которые мелким почерком вписал фигурантов двух явно связанных друг с другом дел: князя, комиссара и одноухого эльфа.

Видел я такое в кино. Теперь нужно будет вносить сюда всех подозреваемых, а потом соединять линиями тех, между кем обнаружится какая-нибудь связь.

На самом верху листа написал: «Кому это выгодно?»

Ну а что? Насколько я знаю, это самый главный вопрос любого расследования. Ищи того, кто больше всего заинтересован в преступлении, и обязательно обнаружишь самого преступника.

Кружок князя я соединил с комиссарским. А потом и с кружком эльфа. Раз он был среди тех, кто устроил засаду у оврага, значит, и к гибели князя имеет какое-то отношение.

Ну и что дальше? Кого сюда еще пририсовать? Может, княгиню? Если в деле заинтересованы эльфы – противники паровой индустрии, то теми же эльфами могут быть и арендаторы, имеющие мастерские на земле мадам Карабашской. Может, именно они и замешаны во взрыве котельной. А одноухий эльф – их подручный диверсант и убийца.