Древние - Александр Гедеон

Минздрав не врал — курение убивало. Стремительная крылатая тень обрушилась на мага, а точный удар в затылок лишил его сознания. Прибежавшие на крики вахтенного матросы нашли лишь дымящуюся трубку.

Не желая испытывать судьбу, Лёха пролетел со своей ношей приличное расстояние. Кто знает, может Пауки снабдили особо ценного члена экипажа отслеживающими артефактами и решат броситься в погоню? Их право. Стриж даже не собирался заморачиваться, срезая с пленника каждую подозрительную пуговицу: фора у него такая, что времени с лихвой хватит и на допрос, и на здоровый сон.

На глаза попалась поляна среди могучих древесных стволов и Стриж пошёл на посадку. Проламываться сквозь ветви было удовольствием ниже среднего даже без живого груза, ну а с пленником… Наверное, предельно нелепо потерять ценного языка, случайно напоров его брюхом на острый сук.

Всё ещё не пришедшего в сознание Тигра Лёха сгрузил на траву, но приводить в чувство не спешил. Сперва нужно решить в каком облике вести допрос. Вызовет личина демона страх в представителе клана, чьей работой было устранение прорывов иномирных тварей? Весьма сомнительно.

Тогда кто? Человек? Эльф? Скорее последний. Над людьми член императорского рода привык иметь власть, а вот ушастые в его сознании должны быть опасными и непредсказуемыми дикарями. Достаточно, чтобы прочувствовать всю серьёзность ситуации.

Ухмыльнувшись, Стриж припомнил облик подручного Гарма и демон без лишних просьб приступил к изменениям. Боли почти не было: то ли Белочка всё же снизошла до какого-то подобия анестезии, то ли он уже просто привык.

Пленника Лёха усадил у древесного ствола и привязал затрофеенной верёвкой. Насколько он успел понять, связанные руки не блокировали возможность творить заклинания, но серьёзно ограничивали арсенал и точность.

Но на случай, если Тигр пережжёт верёвки, у Стрижа были старые добрые кинжалы, уже показавшие себя вполне надёжным фиксатором для магов.

После непродолжительной борьбы с паранойей, Лёха снял шлем. Со связанными руками маг не швырнёт в него припрятанный артефакт, а если и освободится — скорее всего просто вжарит чем-то убойным из своего арсенала. Заодно прочувствует, что его колдовство совершенно бесполезно против странного ушастого и растеряет всю смелость.

И, главное, первым, что пленник увидит после пробуждения, будет лицо эльфа. Возможно даже знакомого эльфа.

Не повезло: в глазах очнувшегося Тигра не было и тени узнавания. Он быстро осмотрелся, попытался пошевелиться и зло оскалился, глядя на Лёху.

— Что ты себе позволяешь, дикарь?! — рявкнул он тоном человека, привыкшего отдавать приказы. — Ты хоть знаешь, кто я?!

Стриж даже зауважал мужика. Молодец, не робкого десятка. Но другого бы и не послали на столь ответственное задание. А рейд к остроухим дикарям в полный опасности лес «синекурой» не назвал бы и самый отчаянный оптимист.

— Не знаю, — честно признался Лёха, — но собираюсь исправить это упущение.

Надев шлем, он присел напротив и спросил, выразительно поигрывая кинжалом.

— И как же тебя зовут?

Лезвие зловеще посверкивало в лучах восходящего солнца, но на Тигра это не произвело ровным счётом никакого впечатления.

— Я — Дориан из рода Золотых Тигров, — даже сейчас его голос сочился высокомерием. — А ты, проклятый, нарвался на большие неприятности для себя и своего племени.

Напыщенная речь не мешала магу внимательно и цепко осматривать доспех Стрижа. Не требовалось телепатии, чтобы понять, что рыжий уже мысленно примеряет на себя столь впечатляющий реликт древних времён.

«Смелый, — подала голос демоница. — Люблю таких. Их сила бурлит и клокочет, как игристое вино. И также пьянит».

Лёха её восторга не разделял. Уверенность мага напрягала, заставляя ждать подлянки. И хорошо, если он присмиреет поняв, что враг невосприимчив к его магии. А если нет? Придётся выбивать информацию, тратить время, а если ещё и в крови пачкаться — то лететь обратно к реке и отмываться.

— Со своими неприятностями я как-нибудь сам разберусь, — раздражённо ответил Стриж. — Ты о своих подумай и расскажи, что Тигр делал на борту корабля Пауков?

Ответ, в принципе, был достаточно очевиден, но Лёха хотел оценить готовность собеседника говорить правду.

Дориан презрительно сплюнул на сапог врага и гордо вздёрнул подбородок, не проронив ни слова.

— Слушай, молчаливый герой, — попробовал Стриж воззвать к разуму пленника. — Ты мне расскажешь всё, что я спрошу. Если начнёшь отвечать добровольно — больно не будет. Я даже отпущу тебя. Не думаю, что ты выживешь в этих местах, но и убивать не стану.

Будь Лёха в образе человека — рыжий точно бы не поверил в обещание отпустить. Тигр видел его лицо и дураку понятно, что захочет найти и отомстить. Ну а эльфа что взять? Поди выясни из какого он клана, откуда взялся и куда исчез. Такой не станет распускать слухов и хвалиться победой над представителем императорской семьи. И ему, по большому счёту, действительно могло быть глубоко наплевать на связанного человека. Он спрашивал о Пауках и этот интерес был вполне логичен и объясним.

— Предпочтёшь молчать, — продолжил Стриж описывать перспективы ближайшего будущего, — подыхать будешь долго и мучительно, умоляя избавить от страданий. Так что выбираешь?

— Хотелось бы помучиться, конечно, — усмехнулся пленник, даже не подозревая, что практически дословно процитировал героя культового фильма.

— Ну и дурак, — вздохнул Лёха.

За деревом, к которому был привязан рыжий, полыхнула яркая вспышка и завоняло жжёными волосами и мясом.

«Верёвки пережёг», — осознал Стриж, перехватывая кинжал для броска.

Тигр оказался быстр. Чертовски быстр. Почти как одноглазый Даран. Кинжал ещё летел к цели, когда маг вскинул руку и «выстрелил» роем огненных клинков, гудящих, словно разъяренные осы.

Заклинание врезалось в Стрижа и безвредно рассыпалось на мириады искр. А вот Тигру повезло куда меньше — клинок пробил его плечо и воткнулся в дерево, пришпилив человека на манер жука.

Дориан зашипел от боли, а через миг шипение перешло в хрип, когда сабатон воткнулся ему в солнечное сплетение.

— Я предупреждал, — холодно сказал Стриж, прибивая кинжалом к дереву и другое плечо Тигра.

Отдышавшись, рыжий с ненавистью уставился на своего мучителя.

— Как ты защитился от чар? — даже не спросил, а потребовал Дориан.

Лёха оценил его силу воли. Даже сейчас, по уши в дерьме, мужик умудрялся не только сохранять холодный рассудок, но ещё и пытался вытащить информацию.

Что ж, храбрость заслуживает награды. Тем более что рассказывать правду Стриж всё равно не собирался, а ложь продумал заранее.

— Этот примитив, что используете вы, низшие, — высокомерно процедил он и продемонстрировал припрятанное загодя золотое яблоко, — ничто перед магией изначальной. Древней, доставшейся нам от предков.